Пока с интересом наблюдал за движениями пар, меня самого заметила местная преподша. Статная такая женщина с лёгкими движениями. Подошла к двери, у которой я стоял, и внимательно оглядела с головы до ног.
– Интересуетесь?
Как пишут в книжках, задница сразу завопила, что сейчас я могу огрести неприятностей. Ругать, может, и не будут, но девчонок здесь занималось явно больше, чем парней, и меня могут припахать как партнёра для танцев, а это мне точно не надо.
– Эээ… – замялся я, не зная что говорить. Потом в мозгах что-то щёлкнуло – Я хотел бы вашего разрешения заниматься после всех. Один.
Женщина посмотрела на меня с недоумением.
– Почему? Если хочешь чему-то научиться, нужен наставник, который вовремя подскажет, покажет как правильно. Да и с напарницей будет гораздо лучше.
– Ээээ… – снова замялся я. Женщина говорит всё правильно, но мне-то танцы даром не нужны! Как же ей объяснить, не вызывая ещё больших подозрений?
– Если честно, сами танцы мне не нужны – как можно мягче сказал я – Мне… мне нужны зеркала, чтобы самому видеть как я двигаюсь.
Женщина невольно оглянулась назад, где одна из стен на пару метров в высоту была покрыта зеркалами.
– Ты не хочешь танцевать, но хочешь видеть свои движения? – я кивнул – И для чего тебе это нужно?
Я снова замялся, не зная как объяснить своё странное желание. Стоп, так моя застенчивость и есть объяснение!
– Я… у меня… эта, как её… фобия.
– Чего у тебя?! – удивилась женщина.
– Ну… я очень стесняюсь, когда на меня смотрят, и очень боюсь показаться смешным своими неловкими движениями. Вот я и хотел бы позаниматься перед зеркалами, но один – женщина начала было открывать рот, хотела что-то сказать, но я её перебил – Танцы меня не интересуют, я просто хочу научиться двигаться и не стесняться своего тела и своих движений.
Женщина снова оглядела меня с головы до ног.
– По твоему виду не скажешь, что ты чего-то стесняешься или плохо двигаешься.
Как она умудрилась это всё увидеть вот так сразу? Хотя, она же танцы преподаёт и видит такие вещи на раз.
– Вы даже не представляете что творится у меня в душе даже от доброжелательного взгляда! – как можно серьёзнее сказал я.
Женщина скептически смотрела на меня, и вдруг улыбнулась.
– Да, в душу к тебе я не залезу и не увижу когда ты врёшь – я невольно начал краснеть – Ладно, – смилостивилась женщина – у нас тут редко убирают, так что будем считать, что я взяла тебя временным уборщиком. Дневные занятия проходят ежедневно, а танцевальный кружок проводится три раза в неделю вечером. Обычно мы заканчиваем в девять, можешь приходить к этому времени. Полы протрёшь, а потом можешь и позаниматься. Так тебя устроит?
Мои губы невольно сдвинулись в дурацкой улыбке. Поработать уборщиком? Да не вопрос. Всего один средний зал – тут работы на десять минут. Как раз библиотека закрывается в девять, так что я могу заниматься до упора, а потом сразу сюда. Десять минут разминки со шваброй, а потом час в моём распоряжении. Лучше не придумаешь.
*) девять часов – это в земных часах, чтобы не мучить читателей пересчётом фэнтезийных мер времени.
– Разумеется, госпожа. Для меня это идеальный вариант.
Женщина чуть кивнула.
– Сегодня мы ещё задержимся, а послезавтра можешь приступать к работе.
– Конечно, госпожа, я буду стараться – закивал я.
– Надеюсь.
Чего, спрашивается, я ухватился за этот зал? Ну, как бы это объяснить… Я ведь как оказался в этом мире, почти всё время был один. То работа до упора, то беготня, а молодое тело требовало движений, какого-то разнообразия, вот я и приспособился заниматься в свободное время, стараясь не попадаться другим на глаза. Ничего особенного я не делал, никакой системы не было, но неизвестно как на мои движения и позы среагируют окружающие. Обычно в начале я просто лежал на полу, стараясь расслабиться. Никакой медитации, просто расслабить тело. Ещё не старый, но во время лёжки на полу частенько слышал в теле какое-то похрустывание и пощёлкивание, словно суставы вставали на место (или выходили). Потом движения на скручивание. Никакой системы, чисто ориентируясь на своё тело. Оно ведь лучше знает в каком месте и как повернуться-скрутиться-напрячь мышцы. А потом по настроению – иногда в памяти всплывали какие-то позы (асаны) из йоги, обрывки комплексов ушу или вообще непонятно чего и откуда. Никакой законченной официальной системы, но чувствовал я себя вполне нормально. Во всяком случае, мог спокойно сложить ладони между лопаток или наклониться и достать пол ладонями (не сгибая колени, как говорят на физре). До настоящего шпагата мне ещё далеко, но врезать с ноги по морде противнику моего роста уже мог вполне.