– Эээ… это что?
Я замялся.
– Ну… некоторые мысли записывал.
– Так что это? – снова повторил препод.
– Наброски – понурился я – Пока ничего конкретного.
– Так ты на экзамен пришёл или новые теории решил строить?
Я вообще опустил голову. Сейчас точно выгонит.
– На экзамен, господин Линоро.
Препод ещё посверлил меня взглядом, но потом всё-таки соизволил взяться за листок с моими ответами по билету. Пробежался взглядом по строчкам и сразу ткнул пальцем в место с заранее приготовленной ошибкой.
– Здесь знак перепутал, а здесь арифметическая ошибка.
Я глянул в расчеты. Точно, и здесь ошибка. Хоть я и тренируюсь постоянно, но в этой долбанной местной системе счисления всё равно ошибки лезут, так что серьёзные расчеты я делаю дважды – сначала в привычной земной, потом в местной. А сейчас остаётся только печально вздохнуть.
– Теорию ты знаешь, но она ничего не значит, если ты не можешь применить её при банальных расчетах – менторским тоном произнёс препод.
Я только снова вздохнул. Трояк поставит или на пересдачу отправит? Препод помолчал, глядя на мой понурый вид.
– Из-за ошибки в расчетах больше четвёрки тебе не поставлю – я сразу взбодрился. Четвёрка для меня сейчас самая желанная оценка! Но препод тут же добавил – Следующий раз, если увижу, что занимаешься посторонними делами, сразу выгоню с экзамена!
– Да вы что, господин Линоро! Да чтобы я… да чтобы ещё раз… да ни в жизнь!
Препод снова посверлил меня строгим взглядом, потом взялся за ведомость и что-то там написал.
– Ладно, иди.
Я потянулся за своими черновиками и замер под строгим взглядом препода.
– А это всё оставь.
Ну… ладно. Я, конечно, себе ещё нарисую, но зачем преподу чужие черновики? Да и ладно. Экзамен сдал, а остальное неважно.
Вернувшись в преподавательскую, Линоро положил стопку бумаг на свой стол, а потом подошёл к одному из преподавателей, сидевшему у окна.
– Вы не заняты? – обратился он к мужчине.
– Да нет – улыбнулся тот – Экзамен принял, ведомости сдал, теперь вот думаю где пообедать. У Сахила или у госпожи Хаспи?
– Приятная проблема выбора, господин Тайран – улыбнулся Линоро – А что вы скажете об этом?
Мужчина взял протянутые листки, внимательно просмотрел, даже несколько раз переворачивал их, словно ища продолжения.
– Ну что сказать – протянул он задумчиво – На первый взгляд, это какие-то задачи из оптики. Углы преломления, фокусы, прохождение лучей света. Похоже на необычную зрительную трубу, но в последней схеме зачем-то семь линз, причём, три из них вогнутые разной кривизны. Наверное, какой-то смысл в этом есть, но не зная поставленной задачи, я не могу оценить данное решение. Строчки символов – это, скорее всего, некие формулы и расчеты, но я с такой системой знаков и обозначений не сталкивался. Даже интересно становится – с какой книги вы это списали? Неужели там не было расшифровки?
Линоро поморщился.
– Это я отобрал у одного из студентов на экзамене.
– И не спросили откуда он это списал?
Линоро снова поморщился.
– Со своей головы он списывал. Пришёл на экзамен и почти до самого конца что-то писал. Я думал он подробный ответ пишет или списывает, а оказалось… вот это.
– Так им же основы оптики будут давать только в следующем году – удивился Тайран.
– Вот именно – кивнул Линоро.
– Интересные у вас студенты учатся – улыбнулся Тайран – И всё же, где он мог это прочитать?
– По разговорам, парень очень старательно учится и все вечера проводит в библиотеке. Скорее всего, наткнулся на какую-то книгу по оптике.
– Очень может быть, но меня смущают эти значки. Он иностранец?
– Почему иностранец? – не понял Линоро – Насколько я знаю, он местный.
– Тогда откуда у него эти знания?
– Раз мы этому не учили, остаётся библиотека? – резонно предположил Линоро.
– Может быть, – задумчиво протянул Тайран – но раз он писал из головы, значит, может перевести и в привычные нам символы?
– Сейчас экзамены, не до этого, а когда начнутся практические занятия по оптике, можно будет попросить расшифровку. Думаю, он не откажет.
– Жаль, мне уже интересно стало. Вы не будете против, если я оставлю листки себе и попробую повторить схему?
– Не против, – кивнул Линоро – но это, как я понял, черновик, наброски. Имеют ли они какую-то ценность, я не знаю.
Тайран улыбнулся.
– Мне сейчас гораздо важнее, что есть некое направление, которое я как-то упустил. Насколько я знаю, с вогнутыми линзами у нас почти не работают, но ведь не зря же в этой схеме их целых три. А теорию я могу проработать и на бумаге.