Второй семестр
Ура, сессия закончилась! Для меня она была трудной, но лишь в том плане, чтобы не показать что-нибудь лишнее из своих знаний. Всё-таки в моей голове курс земной средней школы (кстати, не такой уж и плохой), почти три курса института и опыт работы с огромными объёмами информации. Пришлось упереться рогом, чтобы разобраться с базовыми вещами уже здесь, но сейчас, когда в голове начинает складываться единая (с учётом магии) картина, стало заметно легче. Теперь я больше боялся ляпнуть что-нибудь лишнее, поэтому на экзаменах бекал и мекал, мучительно подбирая самые простые слова. Плюс старался вставить в ответ хотя бы одну ошибку, поэтому и оценки получал соответствующие. Две тройки, две четвёрки, но я гордился такими оценками, словно сдал всё на отлично. А что, по итогам сессии я оказался в последней пятёрке, и никакой ценности ни для кого не представлял. Никаких просьб помочь подготовиться к экзамену, разобраться с трудной темой, поработать на кафедре или начать заниматься в каком-нибудь кружке. Красота! Никому не нужен, и могу заниматься чем хочу.
Наконец-то начались и нормальные магические предметы. Первый – заклинания. Само собой, начали с классификации, основных характеристик, но главное – начали давать самое простое, но всё это сопровождалось практикой построения, и мне очень нравилось. Прям настоящим магом начинаю себя ощущать.
Ещё один новый предмет – артефакторика. Это уже как продолжение материаловедения, и первые лекции рассказывали о классификации уже применительно к нуждам магии. А ещё начали подводить базу под создание собственно артефактов. Оказалось, что само по себе заклинание – это просто (ну, сравнительно), а вот для артефакта нужно подготовить основу, внедрить заклинание в эту основу, внедрить накопитель, связи, активацию, направление действия, и на каждом этапе оказалась куча нюансов, которые нужно учитывать. Интересно, блин, хотя временами голова шла кругом в попытке учесть всю нюансы и совместить всё в реальном артефакте.
Всё это на практических занятиях, но там неожиданно появился отвлекающий фактор. Когда этот фактор первый раз вошёл в класс, Тотел впал в ступор, и было от чего. У нас большая часть преподов – мужчины, но практику почему-то вела женщина. Лет тридцать с небольшим, крашенная блондинка. Лицо чуть широковато (на мой вкус), но фигура неплохая и, как говорится, "налитая". Прямая юбка обтягивает бёдра, а блузка едва держится на пуговичках. Такое впечатление, что крайняя пуговка вот-вот отлетит, так туго была натянута ткань на весьма приличной груди. Очень аппетитная женщина, правда, непонятно – чего это она так старательно подчёркивает свои прелести? Не, я не против, приятно взгляду, но обычно преподавательницы одевались скромнее. Тем более, что основная масса была за сорок, а вот молодые преподши были совсем не против подразнить воображение студентов и молодых преподов. Ну, при избытке женщин их можно понять. Сама о себе не побеспокоишься, могут и студентки забрать перспективных парней.
Что удивительно, новую преподшу я видел только обычным зрением. Даже странно. Смотреть на женщину было приятно, но мой организм (или мозги) почему-то не посчитали её достойной более детального исследования. Или наоборот, посчитали достойной, поэтому не стали травмировать мою нежную натуру рассматриванием внутренностей. Возможно, в надежде на более приятное продолжение. Да и фиг с ними, этими выкрутасами организма. Мне очень понравилась практическая артефакторика, и после часа вдумчивого разглядывания училки, рассказывающей нам о практической работе, я, получив пробную пластинку для исследования, как-то забыл про новую преподшу. А на следующее занятие она пришла в более скромной одежде, и учёба стала просто учёбой.
А через пару недель идиллию разрушил Тотел. Шли после практики в столовую, и он вдруг брякнул.
– Знаешь, Жаклин, а ведь новая магиня к тебе неравнодушна.
У меня мысли были заняты выбором между кашей и супом, и я даже не сразу понял о ком он говорит.
– Ты вообще о чём?
– Да о новой преподе, о Герде.
– Герде? Да вроде, не придирается.
Тотел хмыкнул.
– А я разве что-то говорил о придирках? Я сам на неё облизываюсь, но мне там ничего не светит. А потом заметил, что больно уж часто она на тебя смотрит.
– Ничего удивительного – невольно хмыкнул я – нас всего двое парней в группе, так что если она не смотрит на тебя, значит, остаётся смотреть на меня. Ну, если не считать девчонок.