— Стой это временно. Пока не разберемся в событиях этой ночи.
— Хорошо, — сказал я, решил на всякий случай прислушаться к его словам, но сам спиной понемногу стал пятится к краю площадки, благо было там чуть больше метра.
— Думаю нам следует представится, — начал говорить тот же магистр.
— Я магистр боевой магии, ответственный за безопасность этого города. И то что я сегодня увидел мне очень не нравится, — начал выговаривать меня и моего противника он, — Не могли свои разборки за городом провести?
— Я вообще наемник, где сказали там и буду воевать, — произнес мой противник.
— Я же не мог упустить «Мэтра», он может знать где находится моя похищенная спутница, — ответил я.
— Да не было никого в доме кроме своры бандитов и нас наемников, — зло крикнул в мою сторону наемник, — Нас из Нора выдернули порталом, а сам заказчик наоборот ушел в столицу округа.
— Так что все было зря? — не мог я поверить, что вся проделанная сегодня ночью работа коту под хвост.
— Да, да все было зря. Если б я знал что будем с боевым магистром сражаться точно бы не брал заказ. Тьфу, — сплюнул наемник, — Позарился на тысячу золотых, а тут только защитных артефактов на пять тысяч потратил.
— Все у вас наемников к деньгам сводится, — недовольно произнес один из присутствующих инквизиторов.
— Ну и что святоша. Зато мы никому не врем, все знают — заплатил деньги и получай результат, — вызверился на инквизитора наемник, ох, это было зря вон как лицо инквизитора скривилось в гневе.
— Этого к нам на допрос, — показал инквизитор на наемника и стал разворачиваться ко мне. — А с этим..- но ему не дал закончить наемник.
— Куда на допрос? А как же договор между нашей гильдией и вами? — начал возмущаться наемник когда его стали вязать подчиненные инквизитора.
— В городе введено особое положение. Брать заказы в таком городе можно только при условии урегулирования всех нюансов заказа с канцелярией любой из тройки: тайной службы, инквизиции, орденом Света. — пояснил лежащему перед его ногами наемнику инквизитор. — Обращался? — спросил инквизитор и не увидев понимания в глазах наемника продолжил, — Значит нет, таким образом представители любой службы из тройки имеют право на допрос наемника не уведомляя его руководство. — сказал он смотря наемнику в глаза, а потом посмотрев на подчиненных держащих наемника, произнес, — Уведите, и там построже с ним, — хмыкнул напоследок он.
— Господин Харин, а что делать с ним, — спросил магистр начавший разговор, и показал на меня пальцем.
— Сакор, глупостей делать не будешь? — спросил он меня.
— Я что дурак, — обвел взглядом окруживших меня людей готовых в любую секунду атаковать меня и посмотрел на инквизитора.
— Уже не знаю даже, — ехидно произнес он, — Это ж надо было в одиночку устроить войну против крупнейшей банды окрестных земель. Мы уже два месяца готовились к единовременной ликвидации всех членов преступного синдиката. Ховир снимай путы, — это он обратился уже к магистру.
— Это была единственная зацепка, — начал я оправдываться перед инквизитором.
— Не спорю, но можно было хотя бы согласовать свои действия с кем то? — спросил инквизитор предлагая жестом следовать за ним.
— Я, — начал говорить и замолк, задумавшись, а ведь я идиот. Действительно посмотрел на рядовых инквизиторов наводящих шорох в городе и решил не связываться с дуболомами. Вот и результат, упустил я ниточку к местоположению Элануэль.
— Вот именно. Представь как я должен реагировать на твою самодеятельность? Я только целовал свою внучку на ночь, как врывается мой денщик и вопит о катастрофе. — начал говорить инквизитор присев за столик с легким завтраком и каким то парующим напитком. Стол кстати был накрыт на двоих, — Присоединяйся, за тебя поручился мой друг Чаусел. Если бы не он то пошел бы ты следом за наемником. — честно сказал инквизитор и приступил к завтраку. Мне не оставалось ничего кроме как присоединится к трапезе.
— И что теперь? — спросил я закончив употреблять весьма вкусный чай, я даже отступил от своего правила употреблять только проверенную пищу диагностом. Просто я не рискнул применять магию в окружении такого количества вооруженных лиц. А не есть тоже не мог, не хотелось вызвать недовольство сидящего передо мной человека. Явно он обладал влиянием не меньшим чем Чаусел.