“Да ладно тебе, 2 года осталось до окончания контракта. И деньги хорошие платят, и звание обещали. Мне как внеочередного майора предложили, я сразу согласился. Представь, всего 5 лет мучений, и сразу две здвезды на одну большую заменю. Красота…"
”Ну не знаю я Пашка, не знаю. Мне вот уже 35, а я так и не понял, чего от жизни хочу. Жены нет, детей тоже. Да и не тянет как-то”
“Понимаю тебя Василич. Ну, сам знаешь, не каждому дано. Мне вот одному гораздо спокойнее.”
“Да дело не в этом. Я не грущу по этому поводу даже. Просто, знаешь, 35 лет, седина уже на горизонте, а ничего не добился до сих пор. Недавно одну игру купил, ну прям типичное фентези. Взял шлем полного погружения… Ухх, все жду следующую неделю отпуска, чтобы опять влиться”
“А как игра называется?”
“Да я хуй его, не помню. Не в этом суть. Это же все ненастоящее. Так почему мне там так интересно?”
“Мне бывшая рассказывала, которая на врача училась, Марина. Это из-за дофаминовой системы. Мозг не понимает, что это игра и воспринимает все буквально. Ну знаешь, когда квест какой-то выполняешь, сразу так приятно становится.”
“А-а-а, ну понятно. Круто было бы в такой мир отправится. Нашел бы себе эльфийку, поселились бы где-нибудь на отшибе и колдовали бы в свое удовольствие.”
“Дээ, странные у тебя фантазии. А мир изучать и все такое? Ходить по шлюхам и демонов с вертухи крутить, вот это круто...”
“Ты, Пашка, молодой еще. Вот будешь моего возраста, поймешь.”
“Да ты не развались смотри, Василич. На тебя дай бог еще дворфы заглядываться будут.”
“Да иди ты. Пойдем проветримся, а то так курить охота”
Несколько минут спустя двое военных стояли на узком балконе старого дома, закутанные в ночной полумрак. Один оперся локтями о холодный металлический поручень, другой чуть в стороне, лениво придерживал сигарету между пальцами, позволяя дыму неспешно рассеиваться в тишине.
Ночное небо над головой было чистым, глубоким, как бесконечная бездна, усеянная россыпью далеких звезд. Город внизу жил своей жизнью - где-то вдалеке мерцали окна, слышались приглушенные голоса, редкие звуки машин.
“Тихая ночь”
“Да, как перед чем-то большим” - эту фразу паренек недавно услышал в каком-то фильме, и до этого момента все никак не мог придумать, где бы ее применить.
"Перед большими сутками?" - с улыбкой произнес капитан.
"Да нет блин. Забей, короче"
И тут, словно подтверждая его слова, по черному бархату неба скользнула комета - яркая, почти ослепительная полоса. Она летела быстро, беззвучно, оставляя за собой светящийся след, похожий на разорванную шелковую нить.
Оба молча смотрели, как небесное тело растворяется вдали, исчезая так же внезапно, как появилось. Один из них задумчиво стряхнул пепел.
“Загадал?” - спросил лейтенант.
“Я уже давно не загадываю” - усмехнулся второй, затушил сигарету о перила и устремил взгляд обратно в бесконечность ночного неба.
"А что, комет дохуя видел?)"
"Да иди ты."
Глава 9
Глава 9.
Величественный город простирался на многие километры, как каменное чудовище, выросшее из самой земли. Он был столь огромен, что обычный человек не смог бы и за целый день пройти от одного края до другого. Огибающие его стены, вознесшиеся ввысь на пятьдесят метров, казались не творением рук человеческих, а древнейших исполинов, некогда стоявшего здесь в зените древних времён. Эти чудовищные каменные громадины пережили ни одну атаку, за всю свою историю ни один полководец, ни одна армия, никто не смог взять их грубой силой.
На этих стенах сейчас стояли воины - тысячи стальных фигур, застывших на краю судьбы. Они смотрели вдаль, туда, где за горизонтом клубился едва различимый чёрный змей — армия врага, приближающаяся бесчисленной лавиной. Им не было конца и края, десятки, сотни тысяч точек медленно, но верно приближались все ближе и ближе.
Некоторые солдаты стояли молча, их глаза блестели под шлемами, отражая свет предрассветного солнца. Они сжимали оружие, проверяли доспехи, оглядывались на своих товарищей - единственных, кто мог бы увидеть их страх. В воздухе витал горький запах масла, которым лучники натирали тетивы своих луков, и металла, нагретого под ладонями мечников.
Кто-то сидел на сложенных тюках с провизией, перебирая пальцами молитвенные речи. У других нервы дрожали, и они заливали страх глотками крепкого вина, смеясь через силу, шутя громко, чтобы заглушить тень ужаса в собственных сердцах.
***
“Папа, папочка!”
Маленькая девочка, восьмилетнее чудо, стояла, словно живое воплощение ангела. Её длинные, мягкие локоны ниспадали на плечи, переливаясь золотом при каждом движении. Глаза – огромные, лучистые, будто две капли утренней росы, таили в себе всю чистоту детской души.