Она сжала губы, чтобы не закричать, но слёзы невольно катились по щекам. Ещё вчера она беззаботно проводила время с Авелем, смеялась с его глупых шуток и колких фразочек, нежилась в его теплых объятьях, а сейчас…
Глава 12
Боже, чем я это заслужил? Почему я, почему, почему, почему? В чем я виноват? Скажите, В ЧЕМ Я ВИНОВАТ?!
Сил не осталось ни на лишнее движение, ни на крик. Еще немного, и боль станет невозможно терпеть. Тело ныло от многочисленных ссадин и внутренних кровотечений, лишь гнев вперемешку со злостью продолжали держать в сознании.
Он смотрел на бездыханное мужское тело, идеально рассеченное надвое в области живота. Он видел кровавую кашу из внутренних органов и испражнений, постепенно начинающее гнить под воздействием окружающей среды. Он видел мужчину, который на протяжении всей жизни был его защитой, наставником и опорой, мужчину, что всегда поможет и даст совет. Он видел отца, от которого теперь осталась лишь груда изуродованной плоти.
Он смотрел на то, как кричала его сестра. Пронзительный, отчаянный, полный ужаса крик, пробирающий до костей. Она извивалась, пыталась вырваться, кусала руки, которые ее удерживали. Он чувствовал ее страх, понимал ее боль.
Он смотрел на то, с каким отчаянием родная мать наблюдает, как ее детей ведут вместе с остальными людьми. Он наблюдал за тем, как в некогда полных надежды глазах угасала последняя искра.
Он больше не хотел смотреть. Не хотел видеть страдания на лицах знакомых и дорогих сердцу людей, не хотел слышать крики, полные ненависти и отчаяния. Он уже ничего не хотел.
Было так больно, что хотелось рыдать, но слезы не шли. Было так больно, что хотелось кричать, но челюсть не разжималась. Было так больно, что хотелось просто умереть… Отец однажды сказал: “Сынок, все, что с тобой не происходит - к лучшему. Если тебе тяжело, знай - это боги посылают тебе испытания, пройдя через которые, ты станешь только сильнее.” К черту таких богов.
И в этот момент он закрыл глаза.
Вновь его поприветствовала привычная беспросветная тьма, включающая в себя полное и всепоглощающее ничего. Опять это состояние отвязки от времени, дезориентация в пространстве, желание вдохнуть тем, чего нет.
Но в этот раз что-то изменилось.
Понять этого парень не мог, ведь мир, что он видел, человеческий мозг не был в силах даже осознать. На краю сознания вновь вспыхнула мысль - он уже видел этот сон. Сотни, тысячи раз, видел почти каждую ночь.
Вот появляется свет, что находится одновременно везде и нигде. Не появляется - он был здесь всегда, и вместе с этим его не было никогда. Вот этот свет теперь существо. Вот оно открывает глаза, которые всегда были открыты, а вот существо смотрит на него…
Авель очнулся в холодном поту, но уже не в своей теплой кровати. Ледяной земляной пол пробирал до костей, морозил спину и внутренние органы. С трудом разлепив веки, он увидел рядом с собой свернувшуюся калачиком маленькую девочку.
Хотелось обнять ее, прижать так крепко, чтобы она забыла, как дышать. Сжать в своих объятиях и никогда больше не отпускать.
“Лиза…” - болезненно прошептал он - “Как ты себя чувствуешь?”
Услышав слова старшего брата, Элиза резко присела на колени. Из глаз на мгновение прекратили литься слезы, заменив чувство печали на мнимую надежду, после чего увлажнились еще сильнее. К счастью, на этот раз это были слезы радости.
“Братик…” - с улыбкой выдохнула она. Вот уже несколько часов она читала про себя одну и ту же молитву, которой когда-то научил ее дедушка. Она плакала, надеясь, что кто-то там, наверху, услышит ее, поможет. И вот Авель наконец-то открыл глаза! Невозможно описать, как Элиза была счастлива.
Прижавшись щекой к его груди, она тут же опомнилась и с ужасом отпрянула. Вот дура, у него же все тело в синяках! Но увидев, что брат вовсе не против, осторожно придвинулась обратно.
“Только аккуратнее” - слабо улыбнулся он. Боль была очень сильной, но все же не шла ни в какое сравнение с теми приятными чувствами, возникающими от прикосновений дорогого человека. С трудом положив больную ладонь на голову сестры, он начал нежно гладить ее по шелковистым волосам.
“Где мы? Где мама?”
“Мы в Лондреде, в каком-то подвале.” - не поднимая головы, ответила она уставшим голосом. Вот уже несколько часов она не могла уснуть из-за тревожных мыслей о произошедших событиях, но теперь все позади, почти все. Хотелось в это верить.