{Не все так просто. Даже если мы каким-то образом сможем уговорить его вытащить нас из клетки, уйти мы не сможем из-за все той же охраны у дверей. Ты просто нарвешься на еще одни побои.}
{И что, мы ничего не сможем сделать? У меня уже руки чешутся переломать им все пальцы.}
*Хм, я отчетливо ощущаю его негативные эмоции. Почему они не подавляются его психологическими отклонениями? Так не должно быть. Или, может, у него и не ASPD вовсе? Но что тогда?*
{Можем, но не с твоими нынешними силами. Вариант с выкупом мне сейчас симпатизирует больше, но это не значит, что мы откажемся от первого.}
{Хорошо, и что мы будем делать сейчас?}
{Тренироваться, конечно.}
Глава 15
{Ты серьезно?}
{Да. Какие-то проблемы?}
{Нет, никаких проблем. Просто, знаешь, что-то я не вижу здесь тренировочного полигона.}
{Не паясничай. Сейчас важно понять, как использовать нашу новоприобретенную силу. Те мужики у выхода явно не будут ждать, пока ты соизволишь подготовить удар.}
{С каких это пор моя сила стала нашей?}
В голове вдруг появилась картинка отвратительной полуголой старухи, медленно снимающей с себя бюстгальтер.
{Фу, убери этот ужас, убери.}
{Есть еще вопросы?} - гримаса старухи расползлась в широкой улыбке.
{Да все, все, вопросов нет. Хорошо, и что нам делать?}
{Сфокусируйся на ощущениях в ядре. Попробуй гонять ману туда-сюда, высвобождать ее и всасывать обратно. В общем, экспериментируй!}
{Да, мастер.}
*И откуда в нем столько язвительности?*
Сконцентрировав все свое внимание на задаче, Авель начал медленно высвобождать ману из ядра. Казалось, что это должно быть чем-то простым - даже ребенок справится, но на деле все оказалось куда сложнее. Пробужденное ядро никогда ранее не взаимодействовало с организмом, из-за чего даже почувствовать его присутствие казалось непросто.
Первый час занятий ушел на то, чтобы научиться мгновенно находить и активировать поток маны. Проблема заключалась в том, что в этом процессе не было ни логики, ни явных правил, на которые можно ориентироваться. Все происходило на уровне интуиции и рефлексов, которые нужно было еще выработать, а каждая следующая попытка требовала все больше самоконтроля, с чем у Авеля были огромные проблемы.
*Несмотря на то, что изначально у парня не было силы воли, теперь она стала еще меньше из-за прогрессирующего расстройства. И что мне с этим делать?*
Антисоциальное расстройство личности, если именно оно и было у Авеля, оказывает крайне неприятное влияние на организм и психику. Ослабленная активность префронтальной коры, отвечающей за контроль импульсов, планирование и способность учитывать последствия собственных поступков, делает принятие взвешенных решений чрезвычайно сложным, а подавить моментные желания почти невозможно.
Но главная проблема кроется в дисбалансе дофамина и серотонина. Дофаминовая система (дофамин - нейромедиатор, отвечающий за мотивацию, предвкушение удовольствия и формирование привычек) у людей с ASPD функционирует иначе, чем у обычных людей. Их мозг сильнее реагирует на риск, новизну и острые ощущения, что делает из них импульсивных и склонных к постоянному поиску всё более мощных стимулов людей.
В то же время серотониновая система (серотонин - нейромедиатор, играющий ключевую роль в регулировании настроения, эмоций, сна, аппетита и самоконтроля), наоборот, работает хуже. Это означает повышенную раздражительность, агрессивность и неспособность испытывать страх или тревогу перед последствиями своих действий. Именно поэтому наказания и социальное осуждение редко оказывают на подобных личностей должный эффект - их мозг попросту не воспринимает подобные сигналы.
Обобщая сказанное, можно сделать вывод, что ASPD для большинства людей - не дар, а проклятье. Индивиды с таким расстройством становятся заложниками своей склонности к риску и жажды мгновенного удовлетворения. Они не получают должного удовольствия от обычных вещей, не испытывают эмоции так же, как другие люди, из-за чего постоянно находятся в поиске новых ощущений, что легко может вылиться в зависимость от наркотиков или преступлений. Они не боятся манипуляций и ухищрений любого рода, если это ведет к цели, а социальные рамки, которые удерживают других людей от аморальных поступков, для них попросту не имеют силы.
Авель же ощущал все последствия своего недуга на себе. Нельзя наверняка сказать, насколько изменился он за этот день, но мысли в голове определенно стали другими. Спокойными. Равнодушными.
Погоня за интересом и эмоциями - вот, что теперь определяло его. Но если он хотел чего-то, чего не мог получить прямо сейчас, то становился раздраженным, как натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего давления.