– Подходит колонна противника, длина два километра, координаты головы 47200, 08700.
Рис. 308. Координатная сетка карты и определение координат точки по карте
Что означают эти цифры, видно из рис. 308, 309 и 310.
– Стой! По колонне! – командует командир батареи*
А вычислитель уже наносит на карту новую цель, рассчитывает угол переноса.
После стрельбы по колонне самолет–корректировщик уходит. А другой самолет–разведчик сбрасывает в это время на пост парашют–кассету с фотоснимком и донесением:
"Стреляющая батарея–трехорудийная, примерные координаты 46300, 14050, фотоснимки прилагаю. Штурман лейтенант Петров. 27.9 13.44."
Походная фотолаборатория на автомобилях в несколько минут обрабатывает сброшенные негативы (пленку): проявляет, закрепляет, делает отпечатки; затем фотограмметристы быстро наносят на отпечатки координатную сетку. И вот аэрофотоснимок в руках офицер а–артиллериста (рис. 311).
Рис. 309. Нумерация квадратов карты и нанесение цели на карту
Опытные руки переносят цель с аэрофотоснимка на карту. Вот тут–то и пригодился пристрелянный репер: цель с земли не видна, а самолет улетел. Только перенос огня от пристрелянного репера поможет обрушиться на цель внезапным огнем. Правда, учитывая возможные, хотя и небольшие, ошибки, приходится вести обстрел небольшой площади, чтобы быть уверенным, что цель поражена.
Площадь эта тем меньше, чем точнее способ определения координат цели. Однако на больших дальностях она достигает иногда 4–6 гектаров. Чтобы добиться надежного подавления цели, приходится привлекать к ведению огня по такой цели уже не одну, а одновременно 2–3 батареи.
Бой разгорается. Вот со стороны рощи открыла огонь новая батарея противника. Ее снаряды наносят потери нашей пехоте.
Что делать?
Рис. 310. Как штурман определил по карте координаты цели
"Глаз" тяжелой батареи – самолет – улетел и вернется лишь некоторое время спустя.
Командир батареи немедленно докладывает об этом старшему командиру и получает от него приказание пристрелять батарею противника, использовав взвод звуковой разведки, который к этому времени уже успел развернуться в боевой порядок.
Несколько минут этот взвод "ловит" батарею противника. На пункте обработки расшифровывают ленту со звукозаписью, делают отсчеты, вводят поправки. Наконец, координаты цели определены: "Координаты батареи противника в районе рощи: x=47650, у= 16180".
Опять кипит работа на наблюдательном пункте, опять несутся по проводам на огневую позицию команды.
Батарея делает 6 выстрелов, взвод звуковой разведки определяет координаты средней точки разрывов. Командир батареи подсчитывает отклонение этой группы от звучащей цели – батареи противника – и
Рис. 311. Аэрофотоснимок, на котором видна огневая позиция батареи противника
командует поправки, после чего уверенно ведет огонь по цели. Батарея противника замолкает. Очевидно, снаряды летят, куда нужно, хотя никто и не видел цели...
Боевые примеры
В умелых руках опытного командира хорошо обученная батарея – грозная, могучая сила.
В годы Великой Отечественной войны было очень много случаев, когда одна батарея причиняла своим огнем неприятелю огромный вред в самый короткий промежуток времени – всего лишь в несколько минут.
Вот пример.
В начале сентября 1941 года, когда гитлеровцы вели наступление в окрестностях Ленинграда, батальон вражеской моторизованной пехоты с минометами и артиллерией внезапно атаковал с трех сторон деревню Сиголово. Там находилось только немногочисленное охранение советских войск, которое вынуждено было отступить, потому что силы врага были во много раз больше. Но, отступив в лес у деревни, наши стрелки сейчас же сообщили о происшедшем своим артиллеристам.
Деревня Сиголово находилась далеко за флангом наших войск, и требовалось поворачивать наши батареи на 90 градусов, чтобы они могли стрелять по этой деревне. Первой успела повернуть свой орудия в сторону деревни Сиголово батарея 152–миллиметровых гаубиц. Пока орудийные расчеты при помощи тракторов перетаскивали на новые места свои тяжелые орудия, командир батареи подготовил по карте данные для стрельбы по деревне, занятой гитлеровцами. Чтобы проверить свои вычисления, он выпустил один снаряд. Тот разорвался в самой середине деревни. Тогда командир скомандовал батарее: "Три снаряда, беглый огонь!" Каждая из гаубиц быстро сделала по три выстрела, один за другим. Едва гитлеровцы заслышали пронзительный свист, предупреждавший их о приближении первых снарядов, они заметались по деревне, ища, куда спрятаться. Но свист приближающегося снаряда слышен недолго – всего лишь 2–3 секунды. За такой срок далеко не убежишь. Прежде, чем фашисты нашли укрытие, тяжелые снаряды со страшным треском разорвались среди деревни, и их осколки с воем понеслись во все стороны, убивая вражеских солдат, пробивая моторы и шины их автомобилей. Гитлеровцы бросились, кто куда. Следующие снаряды усилили панику и увеличили потери врага. Когда орудия выпустили по три снаряда и уцелевшие гитлеровцы почувствовали, что наступила небольшая пауза, они со всех ног кинулись врассыпную из захваченной деревни, побросав все свое вооружение и технику. Батарея прекратила стрельбу, потому что гитлеровцев в деревне больше не было. Видя бегство гитлеровцев, наши стрелки снова заняли деревню. Они захватили там десятки брошенных автомобилей и мотоциклов, полтора десятка ручных и станковых пулеметов, много автоматов, винтовок, несколько минометов и противотанковых пушек и обнаружили несколько десятков трупов. Вот что сделали тринадцать снарядов тяжелой гаубичной батареи.