– Сейчас адрес напишу, – телеграфист взял бланк, карандаш, по привычке подчеркнул знаки пунктуации, – пожалуйста, это недалеко совсем. Значит, приходите в воскресенье в два часа, к обеду. И спутницу вашу прошу, если пожелаете. Ну а вдруг что-то не выйдет, предупредите, а если меня на месте не будет, оставьте записку, мне передадут. Но уж постарайтесь, очень рад вас встретить, и хотелось бы нашу встречу продолжить.
– Ну вот, а ты канючил, – Лена похлопала Травина по руке, – смотри, сам тебя узнал, в гости пригласил, да ещё и меня. Он точно в меня влюбился, прямо глазами пожирал.
– Да, похоже, что получилось, – Сергей бросил кусок булки голубям, те всей стаей налетели на мякиш, вырывая его друг у друга, – вроде не наигранное было удивление, и пригласил от чистого сердца. Только вот о чём я с ним говорить буду, непонятно.
– Ну да, ты же у нас сын крестьянина, – Кольцова порылась в сумочке, достала папиросы, – тётя Яна была твёрдо уверена, что никакой ты не шофёр, а переодетый белогвардеец и шпион, и даже Пузицкому, помощнику Артузова, об этом талдычила. Тот, кстати, тогда ещё к её словам очень серьёзно отнёсся и сейчас, когда меня сюда отправлял, просил при случае выяснить, так ли это, или просто совпадение. В смысле, ты из крестьян или очень даже наоборот. Вот я и думаю, может, она была права, и ты нам всем головы дуришь.
– Похоже, по моей скромной персоне только ленивый не прошёлся.
Молодой человек допил квас, постучал пальцем по столику. Тут же подскочил официант, принёс ещё одну бутылку, зажёг спичку, давая Кольцовой прикурить.
– Серёжа Пузицкий сказал, что не то страшно, что ты из дворян, а то, что ты это скрываешь, значит, есть причина. Так что, Травин, за тобой глаз да глаз. Вон как Федотов обрадовался, своего почуял, глядишь, завербует тебя в свой Российский воинский союз.
– Это тебе тоже Серёжа Пузицкий сказал? – Сергей равнодушно посмотрел на Кольцову. – Ты с ним спишь?
– Не твоё дело, – Лена смутилась.
– Представь, – Травин усмехнулся, – что я действительно шпион. Так ты мне сейчас столько всего наговорила полезного, я вот, к примеру, могу за тобой проследить и ещё одного секретного сотрудника ГПУ вычислить. Или на Пузицкого надавить, если вдруг вербовать придётся. Он ведь наверняка женат, значит, есть слабое место.
Женщина неожиданно рассмеялась.
– Мы с его женой Ларисой близкие подруги. Но если вдруг проболтаешься, я тебе глаза выцарапаю. Кстати, Свирский тебя на ужин сегодняшний позвал, придёшь?
– Нет, – Сергей покачал головой, – что мне там делать. Я, помнится, с артистами московскими в волейбол играл, простые ребята, тот же Кторов, а он тоже в кино снимается, известный актёр. А эти какие-то напыщенные, словно важным очень делом занимаются, сама говоришь, Малиновская никого в грош не ставит, начальник их пробовал на меня свысока смотреть. Боюсь, не сдержусь, нагрублю, а потом они жалеть будут.
– Ну как знаешь, – Кольцова отодвинула стул, – тогда я пойду. Адрес мой ты знаешь, если до воскресенья не появлюсь, в любом случае с тобой в полдень встретимся и пойдём к Федотову. На этом твоя миссия будет окончена, а моя начнётся.
Она чмокнула Травина в щёку, даже наклоняться почти не пришлось, и ушла. Сергей остался сидеть за столиком бывшей чайной, выходящей витриной на Базарную площадь. В курортный сезон она называлась кооперативной столовой «Бештау», щеголяла официантами и заоблачными ценами. Молодой человек заказал ещё одну бутылку кваса, крендель и газету «Терек», расплатился и принялся читать местную прессу. Новости Пятигорска и окрестностей ничем от таких же новостей в других небольших городах не отличались, заводы рапортовали об успехах, комитеты бедноты – о сокращении, отличился только некий журналист Максимов со статьёй «Змеи в Подкумке».
«12 сентября председатель Совета станицы Константиновской товарищ Мякушин, ранним утром проходя мимо камышей с винтовкой в руках, наткнулся на лежащую змею с поднятой на один метр головой. Двумя выстрелами из винтовки он убил её. Она была пять аршинов длины, семь вершков толщины, весом в три пуда, с головой со столовую тарелку. 18 сентября на том же месте змея напала на женщину. Прибежавшие крестьяне отбили её, змея уползла. Крестьяне говорят, что змея была толщиной с телеграфный столб».
– Это ж три с половиной метра в длину и пятьдесят кило веса, – восхитился Сергей. – Вот на кого надо идти, а то кабаны, подумаешь, невидаль. Их и в псковских лесах полно. Только, сдаётся мне, этот Максимов сам-то змею не видел, а с чужих слов и не такое напишешь.