Майор заметила, что певец ни разу не сказал о ней в прошедшем времени. Он верил, что она останется в живых, а может, просто не осознал, в каком она сейчас положении, и не видел ее в прошлом. Оперативник прикрыла глаза, борясь с желанием рассказать свое ночное видение.
- Ты что-то хочешь рассказать? – обеспокоенно спросил Эдуард.
- Ничего… просто мне нужно отдохнуть, - она встала с кресла и прошла в свою комнату.
Прошу VI
Майор проснулась ночью. Прошла в комнату артиста: он спал, привычно раскидав вокруг себя постельные принадлежности, а сам съежился в центре кровати. Она подняла теплое одеяло и укрыла его. Он сразу вытянулся во весь рост и улыбнулся во сне, словно благодарил.
Ольга удивлялась, как настолько эмоциональный и чувствительный человек может выдерживать все эти события, которые сейчас происходят вокруг него. А ведь он продолжал выступать, не отменяя концертов и не сдвигая дат. Улыбаться и радовать других, когда в твоем мире поселилась смерть, которая упрямо не хочет покидать его, требовало огромной дисциплины и хладнокровия. Глядя на него, хотелось думать, что его психика адаптировалась к новым условиям, благодаря своей гибкости. Только что-то подсказывало Ольге, что это не так. Что он глубоко внутри переживает все это, как личную трагедию, может быть обвиняет себя во всем этом, но уж точно спокойствия в его душе нет. А может он просто играет с ней и, на самом деле, он и есть тот самый психопат-убийца? Майору не хотелось думать так, но она не могла с неколебимой уверенностью утверждать, что он не имеет никакого отношения к этим зверствам. Бесшумно вздохнув, она покинула спящего Холи.
Спустилась вниз, в кафе при гостинице, заказала себе кофе и села за столик. В голове была тишина, чего в последнее время не случалось. Молчал и мобильный, даже тексты в сети затихли, хотя значок рядом с иконкой Автора по-прежнему зеленый, сигнализируя о том, что он в сети. Она допила уже остывший напиток. Дно чашки равномерным слоем покрывала черная кофейная гуща. Женщина усмехнулась и перевернула чашку на белое блюдце, оставив на некоторое время стекать. Подняла емкость и посмотрела внутрь на грязные разводы, образовавшие спираль. Образовавшийся рисунок не поддавался никаким известным физическим законам: чашка переворачивалась одним боком, значит гущи должно было быть больше на одной стороне, но она расползлась равномерно по всей окружности емкости, словно там была невидимая колея, по которой неспешно стекала черная масса. Майор внимательно изучала рисунок. Спираль состояла из одиннадцати витков, и на каждом была едва различимая фигура из кофейных крупинок, кроме… верхних двух. Эти две борозды были идеально чистыми. Дно же покрывал тонкий равномерный слой черных точек молотых зерен. Скептически усмехнувшись, майор оставила грязную посуду на столе и вернулась в свой номер, в их с артистом временное жилище.
Время приближалось к утру. Ольга надеялась, что на сегодня у Холи не запланировано никаких культурных мероприятий и туристических прогулок по городу. Она открыла почту и увидела письмо из своего отдела. Тема письма гласила «1. Эгоист. Жертва. Лариса». Крат быстро открыла его и начала читать.
Вначале были указаны паспортные данные девушки древнейшей профессии. Далее краткая официальная информация: родилась/училась/прописана-выписана-зарегистрирована/сменила-место-жительства. И прикреплено два файла: ее фотография и какой-то текстовый документ. Проигнорировав изображение, Майор сразу открыла текст, в котором были описаны события, произошедшие с убитой несколько лет назад.
Ее отец скончался, когда она училась в выпускном классе. Сгорел заживо в своем доме. Также в документе были свидетельские показания соседей, которые утверждали, что он страдал алкогольной зависимостью и часто бил свою несовершеннолетнюю дочь. Дочь, в свою очередь, не раз обращалась к участковому по этому вопросу, но кроме «воспитательных» бесед, никаких мер не принималось. Сначала полиция думала, что это поджег. И в качестве подозреваемой значилась дочь Лариса. Но она предоставила алиби: в ту ночь она была у своей тетки, которая это подтвердила. Тогда причиной возгорания была означена непотушенная сигарета, которая упала в лужу с бензином. На том дело и закрыли.
До окончания школы девушка жила с этой самой теткой, потом уехала сначала в Москву. Там она подала документы в престижный театральный ВУЗ, и, как и ожидалось, провалилась. Пыталась сотрудничать с модельными агентствами, но и тут ее ждала неудача. Потом несколько месяцев затишья, и она появляется в мегаполис в качестве массажистки. Фирма предоставила девушке не только работу, но и жилье.