ТЮРЬМА
Ободранные стены давно не ремонтированного здания, темные пятна регулярно протекающего потолка и непроходящее ощущение сырости приютили в своих мрачных объятиях двоих гостей. Женщину в деловом костюме и мужчину в робе заключенного. Дама расположила на столе папку с документами, диктофон, а сама старательно делала какие-то пометки у себя в блокноте. Мужчина, похожий больше на тень, сидел напротив нее. Его руки были прикованы к столу, ноги к полу, ограничивая его движения.
- Вы не возражаете, если я буду записывать нашу беседу?
Узник не возражал, лишь пристально смотрел своей собеседнице в глаза взглядом, не выражавшим ничего. Женщина внутренне поежилась от мертвой пустоты в его глазах.
- Что для вас значит музыка? – спросила она.
- Музыка, как и души, уже давно потеряла свою ценность. Люди уже не замечают ее. В кафе, в магазинах, на улице… везде играет музыка, но никто ее не слышит. Если человек не слышит, что происходит вокруг него, то как он может услышать музыку отдельной, какой-то, любой, души?
- А вы? Вы слышите? – поинтересовалась дама.
Заключенный медленно кивнул, не отрывая взгляда от женщины.
- И как вы используете эту свою способность? Способность слышать музыку душ, - монотонно продолжала опрос гостья.
- Знаете, а я люблю тишину. Я ее выключаю… музыку… - оскалился узник.