Это был прекрасный вечер, проведенный в кругу семьи. Правда, чужой. Я видела, как они действительно нежно и трепетно любят друг друга. Разумеется, мы вспоминали прошлое, говорили о настоящем. Но так как ничего нового, чего вы не знаете, мы не сказали, пропущу эту часть разговора.
Когда я уже совсем протрезвела, мне захотелось поговорить о фильмах мужа Жени.
— Я видела один твой фильм: «Беспросветность». Я была от него в восторге. Хотя это не то слово, я была в ужасе от увиденного. Я поймала себя на том, что после его просмотра жить не хочется. А есть ли еще у тебя фильмы?
— Володя снял всего тои фильма, больше пока не получилось, — вместо мужа ответила жена. — Но первые два смотреть не обязательно, они не очень получились.
— Это так, — подтвердил Владимир. — Сейчас приступаю к третьей картине. Кстати, в ней есть неплохая роль для тебя, Марта. Уже совсем скоро съемки. Но гонорар очень маленький, почти символический. На большее пока нет средств.
— Дело не в деньгах, просто с завтрашнего дня я начинаю работать на другом проекте. Это сериал, плохой, но деньги платят хорошие. А у меня сейчас с ними проблема.
— Я понимаю, — сказал Владимир. — Деньги всегда оказываются важней. Мне вот тоже приходится работать в разных проектах, в том числе на телевидение, чтобы прокормить семью. Но я тебе на всякий случай по электронной почте скину сценарий. Будет врем почитай. Нет, так нет.
— Обещаю.
Провождать меня пошла Женя. На этот раз мы обнялись и нежно, и сильно.
— Я так рада, что у меня снова появилась близкая подруга, — сказала она.
— И я, — сказала я. — Теперь будем видеться чаще, чем раз в двадцать лет.
Не знаю, можно ли считать эту мою реплику остроумной, но мы одновременно прыснули со смеха. Как когда-то в юности, мы очень много смеялись.
Когда я вышла из дома Жени, то четко знала, что не напрасно съездила в Москву.
48
Радость от воссоединения с подругой скрадывало огорчение от необходимости уже завтра ехать на киностудию для съемок в сериале. Теперь я с удивлением воспоминала, что, прочитав первый раз сценарий, он мне показался вполне сносным, а моя роль, хотя и не слишком большая, но достаточно интересной. Когда же я приступила к заучиванию текста, то мое мнение сильно поменялось; теперь мне фильм казался жутко банальным, а моя героиня плоской и стандартной, как батон колбасы. Если бы меня не прельщал гонорар, я с удовольствием отказалась бы сниматься.
Вечером в мою спальню неожиданно заявился Илья. Первым делом я подумала, что он снова будет меня домогаться. Но цель его визита оказалась другой, более благородной.
— Ты помнишь, что завтра мы едем с тобой на студию? — спросил он.
— Помню.
— Корсик уже спрашивал о тебе, он тебя ждет с нетерпением.
— Прямо таки с нетерпением? — недоверчиво переспросила я.
— Это я еще мягко сказал. Он горит желанием тебя увидеть. Сегодня мы с ним довольно долго разговаривали. И в основном о тебе. Он просто обалдел от радости, когда узнал, что ты рассталась с мужем.
— Зачем ты ему сказал?
— Чтобы еще больше подогреть интерес к тебе. Если ты собираешься и дальше сниматься в кино, это тебе поможет.
— Хочешь сказать, что я должна это воспринимать в качестве заботы обо мне?
— Что-то вроде того. Не проспи, утром выезжаем ровно в девять.
Ночь я провела довольно беспокойно. Рои мыслей не давали уснуть, но ничего путного они мне не принесли. Единственное решение, которое приняла, — это отдаться на волю событий, куда они меня приведут, так оно и будет.
С Ильей мы выехали ровно в девять. И пока мы ужасно медленно протискивались в щели московских пробок, я решила его кое о чем расспросить.
— Илья, я хочу тебя кое о чем спросить. Только ты, как бывший муж, можешь мне ответить.
Илья, чтобы ничего не мешало нашей беседе, даже выключил радио.
— И что ты хочешь спросить бывшего мужа?
— Что со мною не так? Почему мужчины вдруг так меня хотят? Недавно я рассматривала себя в зеркало. Знаешь, сколько морщин обнаружили на своем лице? Могу сообщить.
— Статистика, Марта, тут ни при чем.
— Что же тогда причем?
— Я тебе уже говорил.
— Я помню. Но я не уверена в правильности твоих слов. Еще относительно недавно на меня мало кто заглядывался. А тут пошел прямо поток. Не могу избавиться от ощущения, что я превратилась в какую-то аномалию.
Илья вдруг посмотрел на меня оценочным взглядом.
— А знаешь, в чем-то ты права. В тебе открылось нечто, что стало волновать мужчин.