- Но как такое возможно?
- Он имеет в виду, что действие плода зависит конкретно от человека, который его съест. От уровня его магии и его способностей, - пояснил Торен. - Для тех, кто живет в Витьерме эти фрукты - бесполезны, в то время как тем, кто прибыл сюда из других миров, они дают волшебную силу и новые способности. Именно поэтому, каждому позволено выбрать лишь один фрукт.
- А мне можно? - спросил эльф, взглянув на Китсаля.
Страж кивнул.
Подойдя к дереву эльф сорвал крупное заледеневшее яблоко, и поднеся его к губам шумно захрустел замерзшим фруктом.
- И где же эффект? - поинтересовался он, растеряно себя оглядывая и стараясь найти хоть какие-то изменения.
Искра издал саркастичный смешок.
- Какой же ты нетерпеливый. Это дар, но какой он ты узнаешь лишь тогда, когда будешь в нем нуждаться, - проговорил дракон, глядя как Полина вонзает белоснежные зубы в сочную мякоть покрытого инеем персика.
Вкус фрукта показался ей непривычно знакомым, словно она уже пробовала его прежде. Рот наполнил сладостный аромат, и девочка почувствовала, словно каждый волосок на ее теле намагнитился, а кончики пальцев стало легонько покалывать.
Изучая лицо девочки, стражник задумчиво улыбнулся.
- Что ж, это весьма интересно. Полагаю, леди и принц получили воистину редкие дары, завладеть которыми мечтают многие жители поверхности, - страж бросил свой взгляд на Искру. - Милорд Дюбуа не желает вкусить дар?
Дракон покачал головой.
- Все эти дары - для смертных. Мне они ни к чему, - отмахнулся дракон, направившись вперед по аллее и оставив за своей спиной детей.
- Для смертных? - фыркнул Сириус. - О, он по истине - невежественное создание! Даже не знаю кто из них хуже, он или его младший брат!
Никто из присутствующих не вызвался оспаривать его слова, потому как каждый в определенной мере был с ними согласен.
Впрочем, Полину ничуть не беспокоило чужое мнение о драконах. Все ее внимание было сосредоточенно на одном из хрустальных балконов самой высокой башни. Обладая острым зрением, девочка прекрасно различала стоявшего на нем мужчину.
Облокотившись о балюстраду балкона, мужчина, облаченный в великолепные белые одежды, изучал своих гостей. Его волосы переливались, в свете серебристого солнечного диска, зависшего над замком. Рассматривая Полину, он нахмурился.
- Эта девочка, кажется, ей достался очень редкий дар, - пробормотал он. - Кто она?
- Милорд, эта малышка - обладатель силы Магистрала, Полина Моруа, - ответил серебряный змей, обвившийся вокруг толстой хрустальной колонны, уходящей под потолок просторной круглой комнаты.
- Безымянная? - хрустальный граф удивленно выгнул бровь. - А где же в таком случае, ее близнец?
- Насколько мне известно, милорд, он уже более трех дней бродит в заповедном лесу в компании ворона, - прошипел змей, спускаясь с колонны и скручиваясь кольцами у ног своего повелителя.
Синеволосый задумался.
- Нам пригодится помощь безымянной и ее сила. Постараемся задержать их здесь как можно дольше, чтобы они не успели вовремя покинуть Витьерм.
Змей глухо зашипел, обвиваясь вокруг ног хозяина.
- Но, милорд, не думаю, что в присутствии дракона нам удастся как-то отвлечь девчонку. Да и их проводник не из тех, кого легко ввести в заблуждение. В конце концов, он ведь житель нашего мира.
Синеволосый усмехнулся.
- Так и есть, однако, он прежде не бывал в моих владениях. Каждый, кто сюда попадает, остается здесь навсегда, забывая обо всем, к чему он прежде стремился. Именно поэтому о моих владениях ничего и никому неизвестно, ведь каждый, кто сюда вошел, здесь и остался.
- Боюсь все не так просто, милорд...- прошипел змей.
Бросив презрительный взгляд на рептилию, обвившую одну из его ног, князь больно пнул ее ногой. Зашипев змей заскользил прочь по хрустальному полу дворца.
Устало вздохнув, граф покинул балкон, и скинув с себя меховую накидку направился вниз, по винтовой лестнице ведущей из башни в северное крыло замка, где его уже ожидал верный страж в компании гостей. Склонив голову в знак приветствия, граф с интересом принялся рассматривать дочь злосчастного мастера Моруа.
- Вы получили воистину интересные дары, вкусив плодов из моего сада, - многозначительно заметил граф.