— До сих пор Европейский суд не рассматривал подобные дела. Если рассмотрит, думаю, вынесет решение в их пользу. В этом случае может быть Азербайджану придется подчиниться.
— Вот видишь? Азербайджан! — вздохнул Артуш. В Армении достаточно заикнуться о свадьбе между гомосексуалистами, как тебя в ту же секунду прибьют на месте. Проклятая страна. А еще, христианская!
— Ладно, не нервничай, — рассмеялся Заур. — Кавказ есть Кавказ, какая разница, христиане или мусульмане? Эти проклятые народы одинаково омерзительны.
4
Сидящий за рулем Додико легко нашел дом, в котором они остановились. Была половина второго. Заур с Артушем прогуливались во дворе и курили.
— И Додико приехал, — подмигнул Заур Артушу.
Они вышли на улицу к машине, Заур открыл заднюю дверцу и помог сойти Клаасу. В отличие от образа бородача, который Заур себе представлял, тот оказался выбритым, полненьким священником лет сорока-сорока пяти. Он был плешив, отчего его широкий лоб казался еще больше.
— Добро пожаловать.
Артуш бросил сигарету и обнялся с Шотой и Додико. Затем поздоровался со священником Клаасом.
— Трудно было найти дом? — спросил Заур у Шоты.
— Да нет, тем более для человека, частенько отдыхающего в этом селе.
— Пожалуйста, заходите, — сказал Артуш.
Все пятеро зашли в дом, сняли куртки и обувь. Гости расселись на полу и подушках в комнате, где не было ни кресел, ни дивана. Молчавший и улыбающийся до сих пор священник Клаас погладил рукой ковер и довольно кивнул головой. Видимо, ковер ему понравился. Артуш прошел на кухню, включил газ под чайником, достал чашки из шкафа и, не глядя на Заура, который беспокойно метался около него, сказал:
— Ну что, места себе не можешь найти?
— Я же не каждый день женюсь, Артуш. Тем более на мужчине. Так что ничего странного в том, что я волнуюсь. А ковер священнику понравился.
— Что будут пить гости, чай или кофе, может, спросишь? — сказал Артуш, пропуская мимо ушей последнюю фразу Заура.
— Да нет, конечно же, кофе. Кофе по-турецки.
— Не по-турецки, а по-армянски. Кофе, изготовленный по древнему армянскому рецепту, — Артуш слегка улыбнулся и подмигнул Зауру.
— Ладно, ладно, пусть будет по-армянски. Давай поживее, — сказал он и вернулся в комнату.
Священник Клаас с интересом рассматривал сельские пейзажи на стенах и всю обстановку в комнате. Заур подошел к Шоте и тихо сказал:
— Как хорошо, что Додико тоже пришел.
— Ведь требуется два свидетеля, — смущенно улыбнулся Шота.
— И правда ведь! Я совершенно об этом не подумал, — шлепнул себя по лбу Заур.
— Ты забыл, но мы помним. Священник Клаас тоже говорил, что без свидетелей брак невозможен, — сказал Додико.
Клаас Хендриксе, уловив, что речь идет о нем, взглянул на молодых людей. В его глазах застыл вопрос.
— Я рассказывал Зауру о важности присутствия свидетелей, — сказал ему по-английски Шота.
— Да, это чрезвычайно важно, — сказал священник. — Без свидетелей брак будет недействительным перед Господом. К тому же один из супругов мусульманин. А ислам требует присутствия двух свидетелей.
Заур подумал, что священник подшучивает над ними, и скептично взглянул на него, пытаясь понять, насколько тот серьезен.
— Вы арендуете этот дом? — спросил Клаас.
— Да.
— За сколько?
— Пятьдесят лари в день.
— Отлично. Прекрасно.
Артуш вошел в комнату и стал расставлять перед гостями кофе. Заур принялся ему помогать. Артуш зачем-то захотел вернуться на кухню, но священник Клаас удержал его за руку:
— Сядь, сынок. И ты тоже, — обратился Клаас к Зауру.
Они оба сели и уставились на чистое, белое, светлое лицо священника.
— Человек должен искать счастья в любимом человеке, а не где-то еще. Это и есть высшая истина. Я узнал у своего друга Шоты, что вы решили пожениться. Признаться, это показалось мне достаточно странным — никогда не думал, что армянские и азербайджанские гомосексуалисты могут вступить в брак. Но, раз вы приняли такое решение, могу лишь поздравить вас. — Он сделал глоток кофе и продолжил. — До сего дня я обвенчал около 20 гомосексуалистов, бесчисленное количество натуралов. Признаться, впервые я чувствую себя абсолютно спокойным, свободным. Ваше венчание станет самым знаменательным событием в моей профессиональной карьере. Еще раз поздравляю вас, желаю долгих лет и счастья. Однако перед тем как приступить к церемонии я дам вам несколько советов, дети мои.