Выбрать главу

— Благодарствую, светы мои!

На рабочем столе академика лежала горка монет, каждый одаривался. Младшим ученикам доставалось по пятьдесят копеек, а старшим по рублю. Что эти деньги? А их хватало на то, чтобы все святки в карманах ребят не убывали вкусные орехи.

..Уже в сумерках к дому академика стали подъезжать гости. В гостиной за праздничным столом весело захлопали пробки, красно зазвенел столовый хрусталь.

Отвели гостеприимные хозяева гостевой стол, почтенные господа из чиновных присели к игорному столу с зеленым сукном, пожилых дам увлекла на свою женскую половину Екатерина Михайловна, а молодежи предоставили желанную свободу.

Уж так заведено было, что девицы, молодожены, неженатые юноши со стороны собирались отдельно в большой мастерской школы — она заранее готовилась к святочным вечерам. Из нее выносились мольберты, полотна, краски, устраивалась сцена для театральных постановок… Но сегодня только вдоль стен сиденья… Зажжено много свечей и празднично, весело от ярких женских нарядов, цветных жилетов и сюртуков мужчин, их пышных галстуков. Всплески молодых голосов, улыбки, смех — и вот уже составляется первая хороводная игра — «Заинька».

Как величаво плывет яркий живой круг-хоровод…

Заюшка по сенюшкам дыбы по дыбы, Беленький по новым дыбы по дыбы. Некуда заиньке выскочить, Некуда белому выпрыгнуть.

В кругу хоровода парень. Это верно, что он, зайчик, туда, беленький сюда, а тесна живая цепь хоровода, не проскочить, да и сцепленными руками не пускают.

Хоровод сочувственно поет:

Семеро ворот, все на заперти стоят. Семеро ворот, все на заперти стоят. Мать ушла, золоты ключи взяла. Мать ушла, золоты ключи взяла.

Кинулся заинька еще раз между шумных платьев девичьих — ан нет!

Заинька, попытайся у ворот, Беленький, попытайся у новых. Некуда заиньке выскочить, Некуда белому выпрыгнуть.

И снова кидается заинька, пытается разорвать цепь из горячих женских рук. Наконец, кой-как выпрыгнул наш заинька из хоровода, весь пунцовый от смущения, от счастья близкого общения с девушками.

Настает черед молодых мужчин, ребят. Они поют задорно, вызывающе:

Подушечка, подушечка пуховая, Девчоночка, девчоночка молодая. Кого люблю, кого люблю поцелую, Подушечкой, подушечкой подарую!

…Тот освобожденный «заинька» по незыблемому правилу игры поцелуйной песни целует девушек — неплохая беленькому награда!

Начинается новое действо. И тоже игровое, веселое, однако с серьезной подоплекой.

Становятся, взявшись за руки, девушки и молодые женщины «стенкой». Напротив также плотненько встают парни и мужчины. Женщины начинают петь, игриво притопывая каблучками и кокетливо покачиваясь.

Вы скажите, бояре, вы зачем пришли? Молодые, вы зачем пришли?

Мужская «стенка» отвечает:

Ох-хо-хо, вот у нас жених, Эх-хо-хо — удалой молодец!

Дальше девицы и женщины требуют:

Боярин, покажи нам кафтанчик. Хороший, покажи нам сапожок…

Долго длится дотошный песенный допрос того боярина… и мужчины готовно показывают кафтан жениха, сапоги, шапку…

Игра-то игра… Но тут же и настоящие смотрины невест, начальное знакомство со своим будущим суженым-ряженым…

Все святочные вечера молодые гости дома Ступина вместе с учениками играли и в потешную «Кострому».

Ее начинали двое. Тянули нараспев поодиночке:

Я — пошел. А куда-а? На базар. А зачем? Кафтанишко купить. А кому? «Костроме». А за что?