Размеренный говор Баффа проходил сквозь Вадима и рассыпался эхом по ущелью. Телиг, вопреки обыкновению, молчал и только грустно смотрел на друга.
Не снимая рюкзака, Вадим осел на землю, уткнулся лицом в колени и заплакал.
— Ну ты что, парень? — взволновался Бафф.
— Вы… вы хоть понимаете, что для меня делаете? — всхлипывая, спросил Вадим.
— Что-что… Что и для любого невиновного бы сделали. Суд этот их кривой. Тебя знатно подставили. Но мы сделать ничего не могли. Все последние дни, с момента твоего ареста, подыскивали подальше от лагеря вот такие тайники. Понятно же было, чем дело кончится. И не мы одни. Пахали как проклятые. Сделали четыре схрона. В трех других тоже тебя ждут сегодня.
— Но я же сам не знал куда пойду!
— Зато мы знали. Видать, лучше тебя знаем, чем ты сам, — подал, наконец, голос Телиг.
Чувство благодарности которое довело Вадима до слез, наконец, схлынуло. Он скинул с плеч рюкзак и обнял друзей.
Потом они до утра сидели и говорили о чем угодно, только не о суде и не о будущем житье. Вадим полночи объяснял свою новую идею с куполом, рассказывал, чем он отличается от речного. На рассвете все трое забрались в палатку, и уснули. Ближе к вечеру приготовили ужин, поели. А потом, сказав друг другу очень много и, в то же время, слишком мало, распрощались. Баффу и Телигу нужно было возвращаться в лагерь.
* * *
Слова о том, что друзья здесь соорудили схрон, Вадим понял лишь на следующий день, обнаружив неподалеку еще одну выемку в скале — глубже, чем та, в которой была разбита палатка. Туда были уложены припасы продовольствия, а также три коробки с разными полезными мелочами. Он обнаружил в них даже пакетики быстрорастворимых супов — невероятная редкость на Арзюри; их доставляли с Земли и выдавали только группам, которые уходили в разведку на несколько суток.
Самое поразительное, что в одной из коробок с продовольствием, Вадим нашел банку красной икры. Вероятно ту самую, что он вручил Баффу за победу в теннисном турнире. Это был даже не королевский подарок. Переоценить такое было невозможно. Вадим прожил здесь всего полгода, а Бафф — уже больше двух лет. И такой деликатес должен был бы оставить на какой-нибудь уж очень торжественный праздник. Невероятно. Ведь они с Баффом даже не были друзьями. Кроме работы их ничто не связывало. Да, Вадим уважал его как отличного работника и организатора. Во время строительства Аквадома, он был уверен, что там, где работает бригада Баффа, все будет отлично. Поэтому он и выбрал именно его для руководства строительством озерного купола. Но дружеских отношений между ними не возникало. Они не сидели вместе у костра, не пели песен, не вели задушевных бесед на берегу реки. То есть их ничто не связывало кроме работы. И вдруг такой подарок!
Вадим твердо решил, что постарается сохранить эту банку. И вручит ее Баффу, когда все уладится. Почему-то только сейчас он понял, что все будет хорошо: люди разберутся и вернут ему честное имя. Нужно лишь подождать. После того как вернется Химик или его прототип, он сможет что-то предпринять. Телиг об этом позаботится. Если же ничего не получится, то можно подождать возвращения Сорова — тот сумеет разобраться. Правда ждать придется несколько месяцев. Наверное с этим расчетом и делался схрон с припасами — одному человеку их хватит на полгода, не меньше. А ведь можно еще добывать пропитание самостоятельно, оставив припасы лишь на период ненастья.
Хорошо, что Противостояние только что закончилось. Вадим не смог бы пережить его в одиночку, без укрытия. Теперь у изгнанника есть в запасе полгода. Что-нибудь придумает.
Глава 16. Странный призыв о помощи
На суде Вадим узнал, что Магда ушла на плоте, но в тот момент мысли его были заняты другим. Теперь, оставшись один на один со своими мыслями, Вадим все чаще вспоминал о ней. Их отношения были очень странными. Слонолань, как назвал ее про себя он в первый же день, почему-то волновала его. И ее фигура была здесь ни при чем. Ему нравились ее командирские замашки и смущала ее ранимость. Видимо характер Магды был под стать фигуре. Из всех женщин колонии, да и земных знакомых, он выделил ее особо. Если в суете лагерной жизни задумываться об этом ему было некогда, то теперь она почему-то вспоминалась ему все чаще.
Он не знал, да и не мог знать, что Магда отправилась на плоте вместе с Марком, одним из костровых, которому он передал свои навыки обращения с огнем.