— Ты о ком? — Квентин повернулся, чтобы снова нажать на кнопку вызова лифта.
— Сказал же, что узнаю рано или поздно, — разозлился Питер, и выражение его лица снова изменилось. — Так это он, да? Он пришел сюда?
Лифт наконец прибыл, и Квентин поспешил зайти внутрь, пока Питер не перешел от невинных вопросов к допросу с пристрастием. Когда мальчишка Старка попытался последовать за ним, Квентин выставил вперед руку.
— Ты остаешься здесь, — твердо заявил он. — Независимо от того, как много ты знаешь, не смей вмешиваться. Я могу о себе позаботиться.
Питер замер, беспомощно наблюдая за закрывающимися дверцами лифта. Когда он исчез из вида, Квентин устало облокотился о стену. Он чувствовал себя выжатым досуха и впервые в жизни ему хотелось просто исчезнуть. Он снял очки и, зажмурившись, с силой надавил на переносицу. Проблемы сыпались одна за другой как из рога изобилия, и все его тело все еще слегка потряхивало. Ему уже даже не было важно, что кто-то знакомый, помимо Питера, мог увидеть его в таком состоянии, лишь бы все закончилось.
Когда лифт спустился на нужный этаж, и двери открылись, Квентин надел очки обратно и вышел на встречу к тому, с кем стоило обрубить связь раз и навсегда.
Возле его машины стояла знакомая высокая фигура. От вида бежевого пальто и уложенных вверх светлых волос, Квентина всего передернуло. А подойдя ближе и встретившись взглядами с выразительными серыми глазами, так и вовсе холодный пот пробил. Квентин постарался не замечать реакцию собственного тела и сердито нахмурился, собираясь начать гневную тираду, но его прервал звук хлопнувшей о бетонную стену двери.
Он обернулся и увидел Питера с влажными волосами и потом на лице. Тем не менее весь его вид буквально кричал о решительном намерении влезть, куда не просят. Квентин не чувствовал себя способным снова с ним спорить, а вся усталость, которую он до этого испытывал, вдруг навалилась в трехкратном размере.
— Да ну нахер, — тихо пробормотал Квентин, останавливаясь перед бывшим любовником.
Если Питер хочет вмешиваться — ради бога. Квентин не нанимался быть его нянькой и уж тем более брать на себя ответственность за сохранность его задницы.
— Долго же ты прятался на своей работе, — протянул мужчина. Квентин и подумать не мог, что голос, который он когда-то считал сексуальным, будет казаться ему худшим звуком на свете. — Теперь готов поговорить?
— Говорить не о чем, — отрезал Квентин и закурил сигарету. Питер бесшумно замер позади него, переминаясь с ноги на ногу. — Проваливай с глаз моих и никогда не возвращайся.
— Вот так просто? — брови на чужом лице приподнялись. — Бросишь меня из-за неудачного сексуального опыта? Ты что, монашка?
— Я не давал соглашения на этот сексуальный опыт, — Квентин проигнорировал оскорбление, хотя бог знает, каких усилий ему это стоило. Он услышал, как Питер позади него приблизился еще на шаг, и его собеседник тоже обратил на это внимание.
— А это еще кто? — он снисходительно кивнул в сторону Питера. — Твой охранник?
Квентин сжал зубы от злости, а мужчина тем временем продолжил, обращаясь уже к Питеру:
— Школьников уже берут в телохранители? Пацан, а тебе не пора домой? Мамочка волноваться не будет?
Питер вдруг выступил вперед, но Квентин выставил перед ним руку, чтобы остановить. Он не был уверен в том, что именно тот намеревался сделать, но решил перестраховаться. Не хватало еще потом повестки в суд за нанесение тяжких телесных увечий. А в том, что его бывший любовник окажется настолько злопамятным, Квентину сомневаться не приходилось.
Загородив Питера собой под чужим неприязненным взглядом, Квентин последний раз затянулся, выкинул сигарету и потребовал:
— Не вмешивай мальчишку в наши дела!
Питер протестующе забормотал что-то невнятное за его спиной, но больше на рожон не лез, послушно замер на месте.
— Просто признай, что нашел себе малолетку, которого точно не испугаешься, — он мерзко ухмыльнулся. — Конечно, пацан не посмеет оставить на тебе пару синяков.
— Заткнись.
— Серьезно, Квен, я думал, тебе понравилось, и ты этого просто испугался.
— Я сказал, захлопнись! — прошипел Квентин, смотря ему прямо в глаза. — В последний раз повторяю, убирайся отсюда нахер.
Квентин вытащил из кармана ключи от машины, но чужая рука схватила его за запястье. Хватка была сильная и после нее наверняка снова останутся синяки, и Квентину пришлось сжать зубы, чтобы не издать болезненный стон.
— Я не раз оставлял на тебе синяки, и ты никогда не жаловался, так почему сейчас начинаешь? — зло заговорил мужчина. — Что изменилось?
Квентин не успел ответить. Питер вдруг оказался перед ним, занося кулак для удара по чужому лицу. Давление с запястья исчезло, и Квентин от удивления отступил назад. Споткнувшись о свою же ногу, он едва не упал, но ему не дали это сделать.
— Ты в порядке? — Питер придержал его за плечи. Его хватка тоже была сильной, но ощущалась совсем иначе: мягкой и безопасной.
— Все хорошо, хорошо, — по какой-то причине Квентин не чувствовал злости, только облегчение.
— Да кто этот блядский школьник, Квентин?! — зло зашипел мужчина, вытирая ладонью кровь из носа.
— Этот блядский школьник собирается вызвать охрану! — Питер сделал несколько шагов назад, утянув за собой Квентина. Напоследок он обернулся и показал мужчине на асфальте средний палец. — И мне двадцать один, мудак!
Питер забрал у Квентина ключи от машины и снял сигнализацию. После этого он открыл дверцу водителя и указал ему садиться внутрь. Квентин послушно сел за руль. Питер передал ему ключи перед тем, как захлопнул дверь. Некоторое время они безмолвно смотрели друг на друга сквозь оконное стекло, пока Квентин со вздохом не кивнул на соседнее сиденье.
До того, как Питер присоединился к нему в машине, Квентин увидел, что они с его бывшим любовником перебросились еще парой фраз, но, к сожалению, со своего места ему не было слышно, о чем именно они говорили.
— Что он тебе сказал? — спросил Квентин, выезжая с парковки. Питер в это время застегивал ремень безопасности.
— Неважно, — отмахнулся он.
В машине после его слов возникла тишина. Квентин на автомате вел машину, размышляя о том, что произошло. По правде говоря, больше всего его волновало наличие камер на парковке. То есть, не то чтобы сталкерство бывшего любовника его совсем не заботило, далеко не так, но перспектива потерять работу пугала сильнее. Да еще этот Питер, зачем он увязался за ним? Квентин скосил взгляд на своего внезапного заступника. Ребенок ребенком, а вот поди ж ты — бросился на защиту, да еще умудрился разбить нос взрослому мужчине. Где он всю эту силу прячет?
— Квентин, — вдруг робко позвал Питер.
— Что?
— Теперь мы поговорим? Я не настаиваю, но… Я не смогу игнорировать то, чему стал свидетелем.
— А ты настырный, да? — устало вздохнул Квентин и перебил Питера, когда заметил, что тот хотел что-то сказать. — Не отвечай.
Питер печально опустил голову, и какое-то время они снова ехали в молчании. Пока Питер не заметил знакомые улицы за окном.
— Куда мы едем? — он непонимающе нахмурился.
— Я везу тебя домой, — спокойно проговорил Квентин, сам себе удивляясь. Еще совсем недавно его всего колотило от злости и других малоприятных и непонятных чувств, но с Питером… С Питером он чувствовал себя в безопасности. Кому расскажи — не поверят, но Квентин никогда не имел репутацию сильно социальной личности.
— А, — Питер отвернулся обратно к окну.