— Есть такое. — положив подбородок на плечо девушки, проговорил я. — Удивительный ум, по сравнению со всеми теми детьми людей, что мы видели разных. Даже учитывая его предшественниц.
— Мне кажется это не всё… — слабо протянула девушка. — Но не буду лезть в твои мотивы. Захочешь — скажешь.
— Я бы сказал, что ты идеальная жена, но это прозвучит как-то… — скривился я, словно от зубной боли. Хуа для меня гораздо больше, нежели простая спутница жизни.
— Патриархально? В силе дикарей-людей? — не вижу её лица, но чувствую как она сейчас улыбается.
— Что-то вроде того. — согласно кивнул я, позволив себе немного распустить руки по точёному стану девушки.
— Вили… — с претензией на недовольство откинулась на меня девушка. — Ты хочешь этим заняться после того, как пять минут назад отсюда уплёл наш новый ученик?
— Ну я же должен извиниться за то, что самовольно его таковым назначил?..
— Для правителя этих сложных времён не сколько важно обладать какими-то выдающимися навыками управленца, военачальника или интригана. — наставительно говорил я, проходясь вместе с Вернером по одному из мелких германских городков. — Привёл я тебя в сей город не случайно. Вот тебе наглядный пример. Ульрих Амзель. Правитель средней руки, не особо светящийся в политике, не прославившийся на поле боя, и его город тоже не процветает. — кивнул я на кучу бедноты повсюду.
— Плохой правитель. — буркнул фон Дум. — Голодные и слабые будут собирать меньше урожая.
— Логично. — довольно отметил я весьма полезную для правителя этих годов, циничную точку зрения. — И практично с твоей стороны. Но продолжая мой урок. Семья. Вот что важно. У Ульриха есть семья. И оттого у него всё хорошо… Возвращаясь к тебе. Все твои знакомые, все твои подчиненные будут уверены, что власть твоя крепка, если у тебя будет семья, и главное, наследник. Если у тебя есть тот, кто может продолжить твои дела хотя бы вполовину также хорошо — можешь считать, что ты хорошо справился.
— Но это мало. Всего половина. — нахмурился ещё сильнее пацан.
— Мало. Но ты даже не представляешь, сколько великих людей добилось величественных свершений… Которые смывались в нечистоты их глупыми детьми. Лучше достигнуть чуть меньшего при своей жизни, но сохранить это на будущее. — объяснил я прописные истины… Зачастую так необходимые ранним феодалам. Однако надо бы ещё кое-чего добавить, я ж тут идею не большой империи-рейха продвигаю, а канон. — Также не стоит гнаться за большим. Чем больше твоё государство, тем более у тебя будет подчинённых правителей. А у них свои подчинённые. Как за всеми ними ты сможешь углядеть, дабы не предал никто, не замышлял против тебя чего?
— Я назначу своих верных подвижников, наверное? — уже с сомнением поглядел на меня Вернер.
— Назначишь. Но будут ли их дети уже также верны твоим детям? А внуки? Не появятся ли среди них такие же гады, прости меня, как твой отец? Которые предадут, как только учуят, что это им будет выгодно и угрозы более нет? — поинтересовался я, игнорируя бедноту.
Таким дашь монетку — они передерутся и переубивают за неё друг друга. Ибо жрать все хотят, а я просто так убивать никого не желаю. Даже косвенно.
На счёт милостыни и бедных я урок уже преподал, и вроде бы мой ученик всё уяснил. Не стоит быть слишком добрым к народу. Увы, не он сейчас решает дела, и то как будет жить. Если правитель потратит деньги на людей влияющих на ситуацию, имеющих силу, и в государстве будет стоять мир, то и людям простым будет житься лучше. Они смогут спокойно собирать урожай, пасти скот, не боясь, что придёт чьё-то войско и всё сожжёт да переубивает, отбирая вложенные в народ деньги.
— А… А что же тогда делать? — вздрогнув, пробормотал фон Дум.
— Сконцентрироваться на малом. — словно ждал этого вопроса (хотя почему словно — действительно ждал) тут же ответил я. — Твои земли, твоё государство должно принадлежать только тебе и твоей семье. В ней хоть и случаются предательства и козни, но узы всё равно покрепче, нежели чем с посторонними людьми, даже друзьями. Всегда надо смотреть в будущее, а не только на настоящее. Всегда. Просто всегда. Понимаешь?
— Ну… Да. Когда что-то делаешь надо… Ну, как вы говорите… Ориентироваться… На будущее. Когда что-то делаешь. Словно считаешь сколько у тебя останется денег, когда ты купишь что-то, да?
— Верно. — довольно улыбнулся я. Для своих тринадцати-четырнадцати (Вернер сам не знал, сколько ему точно — женушка из варваров была почти в опале-то) он суртуровски хорош. — Возвращаясь к концепции государства. На Востоке, что мы зовём Китаем, очень много земель. Самые разные герцогства, королевства, графства… И вот, однажды их объединил один правитель. Цинь Шихуанди, звали его. Он был могуч, умён, имел доверенных людей, тоже умелых и способных… Но когда он умер, его сын не смог нормально управлять страной. И несмотря на доверенных советников, который тот после смерти оставил сыну, страна распалась на прежние мелкие владения.