— Ну-с… — протянул я. — Надо идти.
— Д-да… Не стоит поддаваться наваждению. — отмерла сероволосая, и сделав пару тяжелых вздохов, спрыгнула прямо за мной.
— Ха-а-а… — выдохнул тёплый воздух я, ощущая навалившуюся на плечи тяжесть. Само это место отвергало меня, как живое существо. — Ты там как?..
— Я в порядке, а вот Тёмная… Решила вновь ретироваться. — отряхнувшись, подошла ко мне девушка. — Я не представляю, как в таком месте вообще можно родить. И как младенец здесь вообще бы выжил. — несколько осуждающе закончила девушка, оглядывая мрачные равнины Хельхейма.
— Тем не менее, это был осознанный выбор Локи и его спутницы жизни, кем бы она ни была. — пожал плечами я, веря, что у кузена были свои причины, которые он пока решил не раскрывать. Захочет — раскроет, не захочет… Его дело. Он мальчик самостоятельный.
— Но всё равно… Как тут можно жить?..
— Технологии Асгарда вполне способны обеспечить достойный уровень жизни и здесь. — развёл руками я, резко перемещая взгляд на северо-восток.
Наш мирно ведущийся разговор прерывал внезапный рык, и из-за тёмного холма на нас резко выпрыгнул волк… Огромный, чётырёхметровый волчара.
— Стоп… — успеваю проговорить я, перед тем как он попытался на меня напрыгнуть. — Гарм? — озадаченно оглядел я волчару, уклонившись от его не слишком быстрого рывка. — Гарм! Сидеть! — повторно воскликнул я.
Гигантское животное резко замерло, принюхалось… И уселось на пятую точку, высунув язык аки пёс какой.
— А… Это же волк принца Локи, которого он завёл незадолго до окончания обучения… — моя супруга также узнала встретившего нас волчару. — Кто хороший пёсик? Гарм хороший пёсик… — …и принялась его гладить.
Ну и я тоже не удержался, подойдя ближе к представителю одного из редчайших видов фауны во всех Девяти Мирах — асгардскому чёрному волколаку. Существо крайне опасное и крайне редко приручаемое, но Локи, хитрец эдакий, умудрился себе заполучить такого и воспитать с малых лет.
И видимо, поставил стражем к своей дочери. Весьма разумно. Даже если кто-то сюда проберётся, по пальцем одной руки можно пересчитать тех, кто справится с таким зверюгой в одиночку. Иным потребуется собрать отряд численностью не менее пары десятков асов или ванов, обязательно с оружием из Уру. Все остальные металлы крайне неохотно пробивают его шкуру.
— Хо-о-о… — раздался сухой девичий голос.
Повернув взгляд на него, я обнаружил идущую к нам девочку, одетую лишь в легкую чёрную сорочку и скандинавские, то есть асгардские сандалии.
Несколько азиатские черты лица говорили мне, по чьему именно примеру пошёл Бог Обмана в выборе спутницы жизни… Но более всего интересовало меня не это. Ведь не внешний вид мрачноватой девочки меня заставил рефлекторно потянуться к клинкам.
Нет… Аура вокруг неё.
Аура Смерти, ещё более концентрированной, чем туман Хельхейма.
Теперь понятно, что имела ввиду Тёмная Феникс, когда говорила о умирающей Жизни.
— Неужели… Воин, что не боится самого Гарма, воин, что перечит самому Всеотцу, орёл Хрёсвельг боится обычной маленькой девочки?.. — едва заметно улыбнувшись, дочь Локи уставилась на меня немигающим взглядом чёрных глаз, в которых почти не было видно зрачков.
Бледная кожа и чёрные волосы создавали просто незабываемое впечатление чего-то мёртвого, неживого… В общем, выражение «Бледная, как сама смерть» — это про неё.
— В каждом живом существе заложен страх Смерти, юная Хель… Юная Богиня Смерти. — проговорил я в ответ, всё-таки одёрнув руки от рукоятей мечей.
— Богиня Смерти?.. Какое прекрасное название, Хрёсвельг. Мне нравится… Богиня Смерти… — прошептала девочка, продолжая шибать своей аурой, высасывающей из меня магию вместо жизни.
— Мы пришли от твоего отца, так что не могла бы ты… — покрутил я ладонью в воздухе, намекая на эффект присутствия этой девочки.
Что, интересно на неё так повлияло? Рождение в Хельхейме, или личность матери?.. Но я не припомню среди ванов кого-то настолько связанного с концепцией смерти, которую частично воплощала девочка передо мною.
— Ах да… Гарму тоже уже нехорошо. — черноволосая на миг прикрыла глаза, уменьшая радиус воздействия до нескольких десятков сантиметров вокруг тела. — Пойдёмте, родичи… — погладив за ухом склонившегося к ней Гарма, махнула нам Хель.