— Настроение у вас мрачное отнюдь не из-за силы врага вашего. — быстро отметил проницательный самец белки, но на то он был и проницательным, что продолжать дальше эту тему не стал: — Как посланник Иггдрасиля, я рекомендую уничтожить эту самозваную богиню, наживающуюся на душах тех, кто умер под сенью Мирового Древа.
— Последнему это не по нраву?.. — с интересом покосился я на белку, забравшуюся ко мне на плечо.
— Хоть у меня и нет постоянной связи с Иггдрасилем… — честно признался посланник. — Но поверьте уж моему многотысячному опыту — ему точно это не понравится!
— Понятно… Н-да. Всё больше и больше смотрю на этих духов, тем больше понимаю, что похоже Баст замкнула на себе астральное измерение… А эти духи…
— Словно марионетки с тянущимися к одному существу нитями. — закончила за меня Хуа, похолодев голосом. К остаткам душ и сознаний в Девяти Мирах всегда относились бережно и уж точно никто не смел высасывать из них силу, покушаясь на порядок, установленный самой Смертью.
Которая вот не была простым явлением или нерушимым принципом. Предвечная здесь вполне реальная сущность… И может высказать недовольство. Которое ва-а-апще никому не понравится.
И обнаружь такие дела раньше, Асгард бы просто и без затей уничтожил Ваканду. Тем же Биврёстом, и вообще не беспокоясь о сохранности чьих-то жизней. Ну распадётся континент на части, ну будет в Мидгарде пара-другая катаклизмов… Роль свалки планета всё равно продолжит исполнять.
— Что-ж… — я сконцентрировал своё внимание на духах. — Кое-кто просто напрашивается на хорошую такую взбучку.
— Подожди, Вили. — голубоглазая одёрнула меня, готового прям щас рвануться вниз и вперёд, к духам. — Тут Тёмная Феникс желает тоже сразиться, заполучив моё тело. На время. Ты как, согласен?
— Оу. И что же сподвигло нашу общую знакомую на это предложение?.. — поинтересовался я, совершенно не стесняясь всё ещё не покинувшего моё плечо Рататоска. Это хмырь всё уже давно знает наверняка.
— Её выбесили… Эм… Высокомерные рожи местных дикарей, и такое отношение к Жизни. Она ведь часть её воплощения… Была, по крайней мере. — явно мысленно переговариваясь с воплощением своей силы, ответила мне супруга.
— На счёт первого пункта согласен. — судя по тому что я знаю, наша Тёмная личность очень гордая, и других таких же терпеть не может. Это мы с Хуа с иронией относимся к этому моменту, а вот сверхсильная сущность… — Допустим, но почему я должен позволять это? Битва предстоит не самая лёгкая. И потому ты можешь вырваться… Хуа, будь добра, передай нашей знакомой контроль над головой.
— Ха! Эта милашка умелее меня в махании руками и ногами, это я признаю. — фыркнул рот Хуа, чьи глаза принялись изнутри светиться багровым цветом чистой ярости. Только подобное поэтичное выражение может охарактеризовать видимое мною зрелище. — Но совершенно точно отстаёт от меня в контроле меня собой. Если сравнивать, то… Она словно пользователь к компьютеру, а я сама компьютер.
— Какое современное сравнение. — отметил я, доставая клинки.
— Всё что видит она, вижу и я… И давай быстрее думай, любитель позы… Кхм! Да поняла я поняла, не надо брать контроль обратно. — фыркнула Тёмная. — Духи приближаются, и скоро мы будем встречать в городской черте. А вы вроде не любите лишних жертв слабаков-обывателей.
— Не провоцируй тогда меня на подозрения в бою. — хмыкнул я, вполне неплохо узнав личность альтер-эго. Да и Хуа будет наготове, а не как в прошлый раз. В первый раз захват над собственным телом — всегда неожиданная вещь, которую я вообще не хочу на себе переживать.
— Чудно! — воскликнула Тёмная, переняв полный контроль над телом согласившейся на это моей ненаглядной. — Как же великолепно иметь собственное тело!.. Да-да, моя милашка, оно твоё, а я тут жалкая квартирантка… Да-да, конечно…
— Опять эскизы близняшек?.. — не слишком дружелюбно хмыкнул я.
— Эй-эй, на меня не переноси их. Не виноватая я их в смерти. Сами нарвались. — недовольно фыркнула сущность. — А я просто пользуюсь тем, что есть. Считай, подчёркиваю индивидуальность! Всё, хватит болтовни, пошли уже в драку!
— Да… Пожалуй. — кивнул я, посчитав, что хорошая драка лучше всего отвлёчёт от старых мыслей, которые остались со мной даже после тысячелетий. — В драку.