«Да не возможно, а точняк. Кстати, угадай, кого считают старшей люди — тебя или твою дочь?»— хохотнула Тёмная, имея доступ к органам чувств Хуа.
— Люди заблуждаются в слишком многих вещах, чтобы ещё одна имела хоть какое-то значение. — тихо прошептала голубоглазая.
— Что? — обернулся к ней Вили, который был разумным более общительным, а оттого болтал с остальной их компанией уже пару часов напролёт.
— Ничего такого. Просто с ней общаюсь. — мотнула головой Хуа.
«Кстати, тебе стоит подобрать имя, не считаешь?» — уже мысленно продолжила Эмпирея, оглядев пляж.
«Не считаю. Зачем мне оно? Это вас, асов, ванов да и людей много. Я же единственная неповторимая и отличать меня не надо!» — горделиво донеслось в ответ, и будто наяву Хуа увидела как Тёмная встала в позу и уперла кулаки в бока.
«Для удобства в общении. Меня тоже называют Фениксом, и ты с единственным словом перед ним не особо отличаешься. К тому же мы можем придумать имя, которое будет только у тебя, и которое сделает тебя только ещё более уникальной.» — принялась уговаривать соседку по телу девушка, применяя все навыки дипломатии, полученные ею при наблюдении за разговорами Вили.
Который сейчас… Эм… Раздавал автографы?
По крайней мере к нему подошло несколько девушек в одних купальниках, решивших познакомиться.
— Ох, нет. Боюсь вы ошиблись. Не айдолом, не актёром я не являюсь. — усмехнувшись, отчего человеческие девушки ещё больше покраснели, произнёс Вили.
«Лучше за своим муженьком следи.» — раздался фырк в голове.
«Я могу быть спокойна, Тёмная. Мой Вили не из тех, кого могут заинтересовать в этом плане иные женщины. Тем более, которые совсем ещё дети. Сколько им? Семнадцать? Совсем маленькие девочки.» — преспокойно пожала плечами Хуа, продолжая лизать свою порцию холодной пищи. «Так что там на счёт имени?» — продолжала мысленное общение сероволосая.
«Ох, ты ведь не останешься, да?» — вновь будто наяву Хуа увидела, как её копия с иным цветом глаз закатила эти самые глаза. «Так… Сама придумаю. Если взять людской язык этой страны… А я нахожусь в твоём разуме, и являюсь по факту альтернативной, и несомненно, более совершенной версией твоей личности…» — принялась рассуждать альтер-эго.
«Сенти.» — прервала нарциссичные рассуждения знакомой девушка, быстро найдя подходящий вариант на основе этих самых рассуждений.
— Боюсь… — прервав диалог, Вили нежно, но вместе с тем и быстро прижал её к себе. — У меня уже имеется женщина. — моргнув, Хуа перевела взгляд на супруга, а потом на красных аки раки на подобных пляжах человеческих девочек.
— Ой… Простите. Мы… Не знали… Да-да, не знали… — смущенно принялись лепетать они, вскоре покинув поле зрение супружеской пары.
— Я начинаю вспоминать, почему мы предпочитали жить максимально уединённо. — вздохнул бирюзовоглазый, чуть растрепав волосы девушки. — Людям наш облик кажется слишком великолепным и прекрасным. Слишком привлекает внимание.
«Ха! А ты ещё меня нарциссичной считала!» — вновь подала голос Сенти. Даже в мыслях Хуа решила называть её именно так, чтобы та быстрее привыкла к новому имени. «Коварная версия меня.» — тут же отреагировала Сенти, недовольно проворчав. «Ладно! Сенти так Сенти. Я порыскала в нашей памяти и не нашла такого имени, а следовательно оно единственное и неповторимое, прямо как я!»
— Некоторое время можно и потерпеть. — пожала плечами девушка, которой понравилось наблюдать за весельем детей, которые растормошили даже мрачных Хель и Юко.
Вон как бегают по людским местечкам!
— Будущее поколение… — проговорил супруг, приобняв голубоглазую и уставившись туда же. — Я много раз видел, как это поколение сменялось у людей, а вот чтобы у нас… Такое со мной впервые, и это вызывает во мне странные чувства.
— Всё меняется. Даже нас это в итоге коснулось. — обычно Вили мыслил более приземлёнными понятиями, и небольшое философствование ей понравилось. Она всегда была к этому больше склонна, тогда как супруг предпочитал особо не обращать внимание на пролетающие столетия, занимаясь любимыми делами.
«Выглядите как старик и старушка, наблюдающие за резвящимися внуками.» — не преминула прокомментировать их положение Сенти.
— Ты ещё старше нас, многомиллиардная мадама, Сенти. — неожиданно проговорил Вили.
«Э-э?!» — очень удивилась упомянутая, да и сама Хуа с немым вопросом уставилась на обладателя Ветров Хрёсвельга.