Вот республика, находящаяся чуть севернее. Там русских было раз в 10 больше. Она являла собой полную противоположность той, откуда забрали Сергея. В этой республике состоялась полная и окончательная победа демократии. Причём уже три раза. Каждый раз старая власть объявлялась кровавой диктатурой, новая её свергала, после чего в скором времени становилась точно такой же, как и та, которую они свергли. Трижды окончательно освобождённое население в ужасе разбегалось из республики куда глаза глядят. Русских местная политическая жизнь почти не касалась — они в ней участвовать не могли. Поэтому те, кто могли уехать из этой республики, давно уже уехали. Остальные так же либо хотели, но не могли уехать, либо решили просто дожить свои годы и умереть там, где прожили свою жизнь. Эта республика заинтересовала Сергея по причине наличия в ней русских, занятых в сельском хозяйстве. Заявки на специалистов по работе с гидропонным установками так и висели в общем списке, но подвинулись на самый верх списка — назрело, в общем.
Русские в той республике жили в районе столицы, там оставались колхозы, созданные на базе казачьих поселений 19-го века. Убедить местных русских оказалось сложнее всего. Во-первых, старики категорически отказывались уезжать. Молодёжь была готова ехать хоть тот же момент, но люди среднего возраста, из выразивших желание уехать, хотели забрать с собой живность — собак, кошек, кур. Некоторые даже хотели забрать всё коровье стадо. Это действительно было серьёзным вопросом. Если кошек и собак некоторые переселенцы прошлой волны взяли с собой на Аркам, то как поступить с крупными животными? Да и смогут ли они прижиться на Аркаме? Будут ли потреблять в пищу местные растения? Вот на эти вопросы Сергей пока не мог дать ответа. Но заверил Сашку, что при положительном решении о перевозке скота и птицы люди уедут практически все.
— Я решу вопрос с необходимым для перевозки транспортом. — подал голос молчавший до этого времени Витень. — Но если часть людей хочет, и готова уехать — не будем тратить времени.
…
За последующую неделю два транспорта были заполнены под завязку — по 2800 человек пассажиров в каждом. Транспорты имели свои собственные челноки, чем упростили работу по перевозке людей с Земли. Более четырех тысяч составляли русские из различных республик Средней Азии, остальные полторы тысячи — те, кого подбирала созданная как сетевая структура организация. Естественно, организацией её можно было назвать весьма условно — те, кто были задействованы в системе подбора кадров, были ни сном ни духом, что они, оказывается, часть чего-то там. Например, Игорь перед отлётом на Аркам познакомил Сашку со своим коллегой — теперь тот вёл подбор репатриантов в медицинских центрах. Разговор с кандидатами теперь, помимо Сашки, вели те двое псионов, которых взял с собой Витень — благодаря им фильтрация нежелательных элементов будет более тщательной. Судя по косвенным признакам, структуры госбезопасности в различных странах стали проявлять интерес к исчезновению людей. Пока интерес был прикован к странам Ближнего Востока, а так же ряда европейских стран — основная масса пропала там. Но уже начинала суетиться госбезопасность страны, из которой забрали Сергея — это на словах местные баи орали, что с радостью выгонят всех русских. В одном их нефтегазовом посёлке исчезли все русские — и работа встала. Нет, можно было пригласить специалистов из «просвещённого Запада» — но любой специалист оттуда будет в день стоить дороже, чем его местный русский коллега обходился в месяц. Вот и поднялась тихая истерика: если русские уедут все — на что жить местным баям?
Россиянские спецслужбы тоже были подключены к расследованию исчезновений — но не русских. На верхах россиянской власти никого не интересовали исчезнувшие русские жители, зато они проявляли неподдельный живой интерес к поиску пропавших «конокрадов» и «гадалок». Тут, наверное, повлияло так же то, что русских из России был вывезен просто мизер по сравнению с теми, кого забирали на Хаар-Махрум. Как говорится, в пределах статистической погрешности. Сашке такой подход россиянских спецслужб был только на руку.