о том, кто это, лишь на Хаар-Махруме, и попросил не спрашивать об этом его. Друзья на то и друзья, что они не спрашивают о том, о чем не просят. Сашка тем временем перешел на работы с капитанской каютой – вначале из неё с трудом перенесли на одну из лётных палуб бассейн, а потом капитанскую кровать-траходром. Так же на лётную палубу отправились головизоры последней модели, пакеты с психотропами, которые находили по всем каютам и кубрикам. Любили это дело черные. Наконец, каюта была полностью освобождена, и можно было организовать её перепланировку, в шесть стандартных кают для экипажа.
Последние четыре дня он и посвятил этому делу.
Он так же продолжал трахать Лораниэль, та уже сама была не рада своей лжи, и рассказала все. И про то, что она не с Мерсии, а с Тартана. И про то, как её младший брат Гормиэль отнял у неё кулон и улетел в Армарру, а потом остатки его корабля были найдены в первой же системе “подскока”. И про то, что у неё из близких людей остались лишь отец, Лорд их клана, и Франиэль, их старый слуга. И про то, что она, как аристократка, отслужила в аналитическом отделе планирования спецопераций Секретной Службы Её Величества, но за провал операции на Тавре её со службы фактически выгнали. И про то, что ей уже тридцать, а ни семьи ни детей нет, но отец, наконец, дал ей право самой выбрать себе мужа.
А потом ей рассказывал Сашка. И про Миту, которая погибла на Тавре после того, как ушастые спланировали и устроили в Уркане государственный переворот. И о том, что здесь, на Аркаме, он потерял вторую женщину, которую полюбил в этом мире. Она погибла при обороне Берсуата, как многие тысячи защиников города, как и 50 тысяч мирных жителей. Обороне от своры, которую натравили на них её соплеменники. А он теперь даже похоронить свою любовь не может – нечего хоронить.
– Ты хочешь убить меня. – обречённо произнесла Лораниэль.
– Нет, ушастая. Это было бы слишком легко для тебя. Впрочем – сама скоро узнаешь.
До прибытия в Хаар-Махрум транспорту оставалось чуть меньше суток.
Глава 21
Хаар-Махрум был этаким космическим Занзибаром – центром работорговли в Содружестве. Это не значит, что кроме рабов тут больше ничем не торговали – торговали, и ещё как. Работорговля хоть и занимала первое место в денежном обороте системы, но в общем товарообороте составляла не больше трети.
Транспорт вынырнул из гипера и направился к космической станции Содружества. Несмотря на наличие в системе десятка других космических станций, основные торги и сделки велись в основном отсюда. Тут можно было разместить на поисковых “досках” информацию о попавших в рабство, прочесть о продаваемых рабах, а так же узнать о наличии в “отстойнике” еще не проданных рабов. Практика была следующей – пибывший транспорт с рабами выгружал свой груз в “отстойник”, и на поисковые доски выводилась информация о захваченных. Имя, гражданство, ФИП – и цена. У несчастных было два месяца чтобы наскрести денег на выкуп. После этого их продавали на аукционе, и тут уже выкупить его было сложнее – сумма могла вырасти. Но если бедолагу никто не выкупал, то еще полгода он ходил с рабским ошейником, испытывая все прелести рабского труда, а его данные висели уже на другой “доске” – тут уже продажу вел его хозяин. Сумма могла стать еще выше. А через полгода ошейник менялся на рабский имплант, после чего через полгода человек превращался то ли в зомби, то ли в манкурта – ничего не помнил, почти ничего не знал – только выполнял команды хозяина. Считай, и не было больше человека.
Транспорт пристыковался к выделенному ему диспетчером рукаву, и Сашка, Войдан, Видан и Былята направились в информационный центр. Тот представлял из себя своего рода биржу, только вот товар на ней торговался один. Видан и Былята сразу приступили к поиску своих родных, Войдан отправился в соседний сектор – там торговали уже всем остальным, и можно было сбагрить часть барахла, найденного на транспорте. Сашка просмотрел общие списки “отстойника”, отфильтровав его по гражданству и месту захвата сидевших там. Выходило, что сейчас в плену находятся 2714 жителей Аркама, и 832 из них были дети до 10 лет. Всех они точно не смогут освободить.
...
Рядом с терминалами были столики, прямо как в кафе. За ними сидели, что-то попивая, гулгры. Один чем-то зацепил Сашкин взгляд.
– Приветствую сына Избранного Народа Аш-Камази – учтиво обратился он к ящеру, подойдя к его столику.
– Присаживайся, тсой. – спокойно ответил тот, указав на свободное кресло.
Сашка знал, что ящеры хитры, “жуковаты”, но падки на лесть и похвалы. Но этот ящер не выглядел как тот, кто повелся на лесть. Он смотрел на Сашку отрешенным, но проницательным взглядом.
– Ты кого-то хочешь выкупить. – продолжил ящер.
– Не совсем. Я хочу обменять. Я с Аркама. На нас напали арварцы с галифатцами. – при упоминании последних ящер злобно выпустил из ноздрей воздух. – Но у нас есть на кого можно обменять хоть часть наших земляков.
– Галифатец? – Сашке показалось, что глазки ящера мигнули злорадными огоньками.
– Нет. Аграф.
– Хорошая добыча для обмена. Десять своих земляков можешь выручить за одного ушастого. – ящеры не любили аграфов, те только галифатцам с арварцам уступали.
– Но аграф не простой. Аристократ. – Сашка отметил, что ящер еще больше заинтересовался.
– Тогда до тридцати-сорока земляков твоих могут получить свободу.
– А если, предположим, этот аграф наследник клана?
– Ты шутишь, тсой? Не разыгрывай меня, мы такие шутки не прощаем.
– Аграф – аристократ, наследник клана.
Ящер замолчал, задумавшись.
– Полторы сотни человек. Как минимум.
– Мог бы уважаемый сын Избранного Народа Аш-Камази помочь провести такую сделку?
– Да. – Ящер ответил без раздумий.
Сашка скинул ящеру данные Лораниэль, и гулгра вообще впал в ступор.
– Тсой... – ящер не верил своему счастью – Тебе повезло вдвойне. Во-первых, это девушка. Молодая. А во-вторых, она не просто наследник клана. Она единственный наследник клана. Двести пятьдесят твоих земляков – я гарантирую. Ну, какую комиссию я возьму, это уже моя печаль – ты согласен? Тогда веди, покажи свой товар.
...
Сашке пришло сообщение от Быляты и Видана – они нашли своих жен и детей, и Войдан уже внес за них сумму. Сейчас они отправились за ними на челноке – им придется облететь три космические станции, чтобы забрать всех своих родных – двух женщин и пять детей. Войдан скинул Сашке сообщение, что ему удалось реализовать бассейн с капитанским траходромом и головизорами- за них в сумме удалось выручить 86 тысяч. Ну что же, хоть что-то. Сейчас Войдан искал, кому сбагрить пакеты с дурью, оставшейся от прошлого экипажа. Сашка сообщил ему, чтобы бросал все и подошел к их транспорту.
Они с ящером только подходили к рукаву транспорта, как их нагнал Войдан.
– Войдан, познакомься. Это... – а имя-то у гулгры Сашка спросить забыл.
– БарАбас, – сам представился ящер.
– Уважаемый БарАбас будет вести сделку по обмену наших земляков на... в общем, сам сейчас увидишь.
Они вошли в транспорт и быстро добрались до Сашкиной каюты.
– Ну, знакомьтесь, – сказал Сашка, открывая каюту – Леди Лораниэль, наследница клана Мака Предгорного.
Перед взорами ящара и Войдана предстала аграфка, красивая даже по меркам их народа. Абсолютно голая, сидящая комочком в углу койки.
...
Войдан, хоть и был ошарашен увиденным, ни одним словом или взглядом не осудил Сашку. Гулгра деловито осмотрел товар, и скинул Сашке договор об обмене. Копию он предусмотрительно отправил Войдану, видно понимая, что от его мнения тут тоже многое зависит. Войдан кивнул головой, мол, нормально, и Сашка, завизировав договор, переслал его гулгре.
– Теперь ваши пожелания по тому, кго из ваших земляков желаете выкупить.
– Детей – в первую очередь. – не разумывая, ответил Сашка.
– Вот за что я вас, гардаррцев, уважаю... – произнес гулгра и замолчал.
Через пару минут от снова “вернулся в себя”.
– В общем, так. 287 детей. От меня еще презент – четверо взрослых. Женщины, молодые.
– Устраивает. – Войдан опередил Сашку.
– Ну что, красавица, тебе за ним – показав на ящера, сказал Сашка Лораниэль.
– Аш... Какая же ты тварь... – Лораниэль смотрела на него уставшими глазами. – В рабство, значит, меня продать решил.
– Не продать. Обменять. Твое рабство – это свобода для почти трех сотен гардаррских детей. Вот и искупишь хоть один грех твоего народа. – повернувшись к ящеру, Сашка продолжил – Забирайте её, уважаемый.
...
Ящер увел аграфку, даже не удосужившись её как-то одеть, но Сашку это не волновало. Через двадцать минут Былята и Видан вернулись с родными – и женщин, и детей пришлось сразу уложить в медкапсулы.
– Хорошая сделка – наконец Войдан высказал свое мнение. – У нас есть почти 10 корпов наших средств, 14 с мелочью поступило от разных людей Гардарры на наш счёт. И отец, когда я объяснил ему, для чего нужно, выделил 10 корпов. Итого – 34 корпа, 264 тысячи.
– У меня осталось около 150 тысяч, тоже возьми – и Сашка скинул ему последние остатки своих денег.
– Хорошо. Я тогда начинаю выкупать всех наших, ребята... ну, пилоты наши, начнут вывозить двумя челноками всех выкупленных с арварских станций. Еще двое сейчас начинают разворачивать на летной палубе пищевые синтезаторы из корабельной столовой – привезённым это сразу понадобится.
– Я пока попробую продать что-либо из имеющегося барахла – У Сашки оставалась еще экипировка аграфов. – А заодно сбагрю арварцам ихнюю же дурь, что тут на корабле нашлась.
Аграфские матово-чёрные комбинезоны ушли на ура – в первом же магазинчике, торгующем барахлом, продавец, жирный арварец с лоснящимся от жира лицом, сразу же без разговоров выложил за все шесть 150 тысяч. Деньги сразу ушли Войдану, а Сашка отправился толкать дурь арварцам. На месте Сашка понял ошибку Войдана – тот хотел найти оптового покупателя, а Сашка стал заниматься розницей, не сильно ломя цену, и за пару часов сумел распродать все. Вначале подходили просто покупатели, потом наехали местные торговцы, и Сашка поставил их перед выбором – или он продолжает сбивать цены, или торговцы выкупят у него весь товар. Вступать в разборки на станции Содружества никому не рекомендовалось, так как загреметь на “астероиды” можно было без проблем, поэтому от угроз до силового решения вопроса дело не дошло. Пришлось черным торгашам раскошелиться, и счет у Сашки пополнился еще на 63 тысячи кредитов, которые он так же переслал на счет Войдана.
– У меня всё – передал он ему сообщение и направился на транспорт.
...
Там уже приняли первую партию освобождённых детей. Нескольких в тяжелом состоянии сразу определили в медбокс. Как сообщил ему Войдан, он выкупил 431 ребёнка, и в довесок (шли одним “лотом”) 18 взрослых в тяжелом состоянии – это были попавшие в плен бойцы милиции Берсуата, арварцы отдали их за полцены, и даже с криокапсулами впридачу. Через десять таких ходок понадобилось сменить пилотов, те уже с ног валились и им требовался сон. Сашка вызвался на место одного из них. Подняв челнок, он повёл его на станцию, где его дожидались 23 ребёнка.
Арварская станция производила гнетущее впечатление, будто её проектировали те же, кто проектировал арврские корабли. Кучи мусора, какие-то мутные личности в проходах...
Встретившие его чёрные улыбаясь в 32 зуба умудрялись что-то говорить ему, когда они шли в офис за выкупленными, и петь какую-то мумбу-юмбу типа рэпа. У Сашки даже мысли не возникло потратить чуток времени на осмотр этого места – противно было. Забрав детей, он сразу же сразу же улетел на транспортник.
Следующим утром Войдан подвел итог:
– Денег больше нет. – Настроение было у него не очень. – Стоянка тут хороших денег стоит, так что отбываем обратно.
Четырнадцать ходок на станции и обратно – и вот все, кого можно было спасти, были на транспорте. 708 детей и 24 взрослых. Раненых членов милиции Аркама отдали прямо вместе с криокапсулами, и пока медкапсулы не освободятся, они будут лежать в заморозке.
Они покидали Хаар-Махрум с тяжелым чувством, и Сашка тогда поклялся себе, что будет мстить арварцам и галифатцам за каждого, кому они сегодня не смогли вернуть свободу.
...
Сашка не обратил внимания, что все доставленниые на транспорт дети и взрослые молчат. Но как только Войдан объявил, что они ушли в гипер, и через две недели будут дома, в Берсуате, началось что-то ужасное. Всех бывших пленников прорвало. Плакали девушки, орали благим матом дети. Войдан пытался как-то всех успокоить, но сам уже был на грани истерики. Ор стоял уже полчаса и прекращаться не собирался. У Сашки звенела голова, он сам не знал, что делать, и он сделал то, что сам не ожидал от себя. Сейчас он сидел вокруг этого моря крика – и рассказывал.:
За лесами, За морями,
За крутыми берегами...
Сашка сидел и рассказывал в никуда русские народные сказки. “Руслана и Людмилу”. “Конька-Горбунка”. И вот дети рядом с ни вдруг замолчали и стали вслушиваться, утерев слёзы. Затем перестали кричать и плакать сидящие за ними. Словно волна спокойсвтия медленно расходилась волной от того места, где он сидел. Он давно уже не помнл эти сказки, но нейросеть услужливо вызывала из его памяти все эти стихи. А потом он рассказывал “Золотого Петушка”, “Сказу про золотую рыбку”. Сказки он сразу подстриавал проместную действительность. Так, “Три поросёнка” пришлось излагать в версии “Три маленьких пурко”. “Вершки и корешки” излагались как история, как маленький хитрый тулусец (жил такой народ на одной из холодных планет Гардарры) дважды обманул большого, но глупого урсу.
Из “Буратино” вообще получилась технофэнтези – маленький человекоподобный дроид по имени Буратино мечтал стать настоящим мальчиком, бежал о злобного бородатого галифатца Кара-Басса, эскплуатировавшего его в шоу в местном развлекательном центре. Его побег дал надежду на свободу другим маленьким дроидам, один дроид, Мальвина, так же захотела стать настоящей девочкой. Для этого им нужно было найти доступ в секретную лабраторию Предшествующих, где они могли синтезировать для себя человеческие тела. Но чтобы попасть в неё, нужно было найти электронный ключ-карту золотого цвета. Карта была у старой черепахи Са-Крахх по имени Тортилла, она была настолько старая, что застала еще времена до Катастрофы. Путь к ней подсказал такой же старый и мудрый прямоходячий “кузнечик” – представитель негуманоидной расы Иллиминари...
Сашка посадил голос, а дети тихо и робко просили – еще! Спустя половину суток Сашка просто уснул там же, среди детей. А проснувшись, увидел, что большая часть детей так же спала на летном поле, обнимая его и друг друга. Те, что постарше, уже деловито загружали подносы с едой из пищевых синтезаторов, им помогали четыре освобожденные девушки. И на следующий день все повторилось – дети категорически отказывались уходить с лётного поля, сидели и слушали Сашкины истории. Он заметил, что дети постарше уже начинают пересказывать их тем маленьким, кто рядом с ними. Но ему так и пришлось все дни сидеть с детьми и по сотому разу пересказывать им сказки, былины и просто истории.
...
Войдан решил не рисковать, и они провели в пути вместо пятнадцати дней девятнадцать, следуя по оживлённому маршруту, на котором вероятность нападения на них было практически нулевая – это было всеобщим негласным правилом, не трогать тех, кто шёл маршрутами в Хаар-Махрум или улетал из его. Наконец, первый выход в пустой системе в зоне ответственности Гардаррской Федерации.
Их транспорт сразу вызвал на связь находившийся в системе гардаррский патруль, они остановились, и на вторую лётную палубу приземлилась досмотровая группа. У командира патруля вызвало подозрение, что на транспорте находятся криокапсулы – работорговцы перевозили свои грузы исключительно в них. А что? Груз есть не просит, проблем не создаст. Удобно.
Им показали капсулы с тяжелоранеными, а так же все занятые медкапсулы. А потом издалека показали вызволенных детей. Войдан не хотел, чтобы у детей снова началась истерика, о чём честно сказал командиру досмотровой группы. Тот все понял без лишних объяснений, и даже выделил им корвет и два эскорта для сопровождения до Аркама.
Глава 22
После сообщения о пропаже Лораниэль что-то сломилось в душе старого слуги. Его Лорд и друг детства был не в лучшем состоянии. Они почти все время молчали, хотя вместе проводили время – завтракали, обедали, ужинали, смотрели по “голо” новости. По просьбе Лорда Франиэль обязательно во время включат местный новостной канал Аркама. Такое часто бывало – люди, понимая мозгами, что их родные или близкие погибли на войне, десятилетиями продолжали их ждать. Ибо только это ожидание и оставалось их единственной целью и смыслом в жизни.
У Франиэля оставались двое детей, сын и дочь. Но последние десять лет, как они покинули Тартан, единственное, что он получал от них – файл со стандартным поздравлением с очередным днём рождения. У них была своя жизнь, в которой ему уже давно не было места. Вроде и есть дети, а считай как и нет. Он всегда был рядом с Лораниэль, и она чем-то заменила ему собственных детей, став второй дочерью.
Родовой комплекс ушел в перманентный траур, это понимали и чувствовали немногочсленные оставшиеся верными Лорду члены их клана. Впрочем, для большинства аграфов из “чавов” принадлежность к клану стала тем же, что и фамилия для современного человека на Земле. Мало ли существует однофамильцев? Только лишь старики Тартана еще хранили историю своего рода, историю своего клана. А молодежь все больше заглядывалась в сторону Армарры. Там была богатая красочная жизнь, а тут – какое-то нудение про долг не пойми кому не пойми за что... Неинтересно.
Страшные времена наступают, с болью думал Франиэль, когда к нему пришел вызов от неизвестного абонента с Хаар-Махрума.
...
– Приемная Лорда клана Мака Предгорного – ответил по привычке он. Все эти недели никто не связывался с ними.
На виртуальном экране возникла физиономия ящера Аш-Камази.
– Представитель торгового дома “Абас”, БарАбас – представился он. – У меня есть личное дело к Лорду вашего клана, по поводу одного его... родственника.
– Лорд клана Мака Предгорного не при...- по привычке выдавал Франиэль, пока его не пронзила мысль. – Родственника?
– Я хотел бы решить этот вопрос исключительно с Лордом клана. Дело уж больно щепетильное. – ящер продолжал спокойно смотреть на Франиэля.
Лорд запретил соединять с ним кого-либо, кроме Королевы, но старушка уже давно не удостаивала его своей милости разговором с ним, поэтому он мог быть уверен – никто не потревожит его полное уединение. Франиэль рискнул:
– Подождите, пожалуйста, я поговорю с Лордом.
Лорд, узнав подоплеку дела, сразу согласился.
– Я вас знаю, БарАбас – начал он спокойно. Кто бы мог знать, чего ему это спокойствие стоило. – И с работорговлей мой клан никогда не был связан. И не будет.
– Знаю, Лорд, Вашу позицию. Уважаю. Бизнес наш грязный, что тут говорить.
– Мне не нужно Вашего уважения – Лорда аж передернуло.
– Да и я не за Вашим уважением с Вами связался – так же ответил гулгра – Вы дочь-то свою выкупать будете?
Лорд чуть чувств не лишился, увидев свою дочь, стоящую рядом с ящером абсолютно голой с опущенной головой.
– Что ты с ней сделал!!!??? – Лорд взревел как раненый урса.
– Пока только выкупил. – Спокойствия у ящера было не занимать. – Двадцать минут назад. И сразу связался с Вами.
– Что ты хочешь?
– Сорок корпов.
– Будет. – Сумма была немалой, но сейчас он был готов отдать за свою дочь все деньги, какие у него были.
Ящер посмотрел на него странным взглядом.
– Вот счёт. Переводите на него... тридцать корпов. – Видя недоумение Лорда, он добавил. – Я не зря сказал, что уважаю Вас, и Вы еще раз в этом меня убедили. Не раздумывая, Вы готовы были отдать такую сумму за своего ребёнка. Начни Вы торговаться, как делали ваши новые аристократы, – поверьте, я бы выжал из Вас много больше, чем назвал в самом начале. За дочь не беспокойтесь – сейчас её оденут, и после перевода денег она отправится в Галанте с первым же транспортным конвоем.
Лорд перевёл тридцать корпов на полученный счёт, в ихнем же королевском банке.
– Подтверждаю перевод средств – опять же, как ни в чем не бывало, продолжил ящер. Он снова завис на минуту. – Ближайший пассажирский лайнер до Мерсии отходит через три с половиной часа. Билет Вашей дочери я купил, до лайнера она под моей защитой. Я же и посажу её на борт, и прослежу, чтобы она покинула Хаар-Махрум, не пострадав. Вы говорить с ней будете?
– Да... – Лорд смотрел на Лораниэль как на вернувшуюся с того света.
– Папааа.... – с трудом выдавила из себя она. – Простииии....
– Всё теперь будет хорошо, доченька. – Лорд оживал на глазах. – Ты жива. Через две недели мы будем все вместе. Только подожди немного, прошу тебя. Ты у меня сильная...
...
Две с небольшим недели растянулись до бесконечности. Лорд снова стал всем интересоваться, постоянно ходил по комплексу, не в силах сидеть спокойно. Он постоянно спрашивал Франиэля, в каких системах лайнер будет выходить из гипера, где и когда будет первая система остановки. Во время остановки в хакданской системе Картахана он снова почти час проговорил с дочерью. Лораниэль выглядела неважно, он не спрашивал её о пленении, рабстве, просто рассказывал ей разные местные новости Тартана и их поместья. Хотя и новостей там почти не было. Наконец, лайнер прибыл в Мерсию, а на следующий день они с Франиэлем встречали её у входа в родовой комплекс их клана.
Лораниэль шла вперед к отцу как по минному полю, каждый шаг делая с каким-то мучением. Наконец, она, хоть и с поднятой высоко головой, но всё же как-то неуверенно подошла к отцу и склонила голову:
– Лорд... – прошептала она.
– Доченька... Как я рад, что ты с нами – Лорд, наплевав на этикет, крепко обнял её. К черту все условности – его кровиночка жива и снова с ним. Деньги? Пыль. Они приходят и уходят. И снова придут. А дочурка – сейчас для него это было всё.
Они с Франиэлем заботливо провели её внутрь комплекса. Франиэль пригласил всех к обеденному столу. Лораниэль привела себя в порядок, и через час они приступили к трапезе.
...
Лорд сразу прервал молчание за столом.
– Лораниэль, мы сделали для Короны немало, и даже больше, чем многие новоявленные выскочки. Сейчс мы не у дел. И знаешь, я даже рад. Поживи дома. Или отдохни на Мерсии.
– Да, папа... – Лораниэль была немногословной.
– Ты хочешь найти, кто виновен в гибели Менельтора. Но жизнь продолжается. Отпусти его, как уже отпустил я. Тех, кто виновен в его гибели, мы уже не найдем.
– Нет, папа. – Лораниэль посмотрела на отца с болью – Я – нашла. Я заплатила за это страшную цену. Но я точно знаю – Менельтор погиб, выполняя долг, и даже знаю его убийц. Лови файл, папа.
Лорд просмотрел видео, где было показано тело его старшего сына, лежащее в пилотском ложементе корабельной рубки суперкарго.
– Откуда это у тебя? – прохрипел он.
– От того, кто был на корабле, напавшем на “Фаралию”. Франиэль его знает – это Аш. “Дикарь”, мусорщик с Тавры. И вожак мятежников там же.
Лораниэль прорвало. Она пару часов рассказывала отцу и бывшему в обеденном зале Франиэлю о своих злоключениях. И о поиске Аша, и о том, как она с группой захвата попали в его ловушку. И о том, что все члены её группы застрелились, чтобы ей осталось хоть немного шансов, так как они начали задыхаться от нехватки воздуха в ловушке. И о том, что Аш с ней делал, пока вёз на Хаар-Махрум.
– Ты точно уверена, что группа погибла вся? – почему-то спросил отец.
– Да. Абсолютно. А почему ты спрашиваешь?
– Весь персонал обоих консульств на Аркаме уничтожен. Полностью. Те, кто были в Берсуате, переехали в Бахту. Там их рейдеры и уничтожили. Ты там была с неофициальным визитом, как частное лицо. О твоей операции никто не был в курсе, кроме консула Бахты. Так что ты сейчас единственная выжившая после бойни в Бахте – это твоя официальная версия. Всех убили, тебя, как дорогую добычу, захватили и вывезли рейдеры. Они действительно вывезли на Хаар-Махрум свыше четырёх тысяч жителей Бахты. Вот пусть и ты будешь одной из похищенных. Для этих придурков в Палате Землевладельцев такая версия сойдёт. Я не хочу, чтобы тебя затаскали по кучам комиссий, которые эти идиоты плодят как харши свои помёты. Хватит. Мы заслужили право на тихую спокойную жизнь.
– Папа, а что там сейчас на Аркаме?
– Не стоит тебе смотреть. – Отец с сомнением посмотрел на неё.
– Я всё же посмотрю. – Вздохнув, Франиэль включил головизор, на котором и так был выбран Аркамский канал новостей.
Там продолжали показ всех прелестей тех зверств, что устроили агрессоры. Месяц прошел, но все последствия нападения так и не убрали. Стояли разбитые небоскребы, шли работы по расчистке уничтоженного жилого сектора. Продолжали находить тела погибших жителей. Их тем же вечером хоронили по гардаррскому обряду.
Вдруг прошло экстренное сообщение – ведущий новостей обявил о прямом включении из космопорта Аркама, куда прибыл транспорт с вызволенными из арварского рабства семистами аркамскими детьми. Космопорт был так же разрушен, но там уже начались восстановительные работы. Вот посадка первого челнока. Из него вышла группа детей, окружившая одного взрослого. Это был Аш, но как он изменился за эти недели. Голова его была вся седая, лицо бледное, а глаза...
Его глаза горели каким-то страшным огнём – такие бывают либо у сумасшедших, либо у блаженных. Лораниэль инстинктивно отошла от головизора, будто Аш шёл не по полю космопорта Аркама, а здесь, в обеденном зале, и шёл прямо к ней.
В этот момент её вырвало, она осела на пол и потеряла сознание.
...
Старики сразу понесли её тело к медкапсуле, и, уложив её, сидели рядом и ждали результата. Результат и не заставил себя ожидать. Сейчас оба смотрели на него и не знали, что дальше делать.
“Диагноз – сильное переутомление. Время на восстановление -19 часов.”
“Беременность. Срок – 5-я неделя. Развитие плода происходит без отклонений.”
Конец 3-й книги.
Аш. Книга 4.
Глава 1
– Еще. – Сашка поставил перед барменом пустой бокал. Тот без разговоров наполнил его почти до краёв хаомой. Уже два бокала высадил, а его не брало. Да и не он один сегодня хотел напиться в хлам.
– И мне. – Свой бокал поставил Войдан. Налили и ему.
Одно из первых зданий, которое было восстановлено в Берсуате, был торговый центр. Военное командование прекрасно понимало – уцелевшим жителям нужно место, где они смогут встретиться, посидеть, выпить, купить что-нибудь – в общем, хоть немного побыть в месте, где ничего не напоминало бы им о пережитом.
Бар в торговом центре был забит под завязку. Смотрели новости, громко обсуждали, спорили, вспоминали пережитое, плакали. Бывало, и мордобои случались. Но, как правило, все заканчивалось нормально – всем было понятно, у каждого жителя была своя личная трагедия. Цифра погибших на Аркаме приблизилась к 62 тысячам человек.
Живые жители (их осталось около 200 тысяч) вначале размещались в развёрнутых временных лагерях. Там военные сумели организовать питание пострадавших, предоставили систему поиска, с помощью которой уцелевшие смогли довольно быстро найти всех живых родственников и друзей. Там же размещалась информация о найденных погибших, сообщалось об неидентифицированных останках и прводились их описание и приметы. Туда же, по прилёту Сашкиного транспорта, добавили информацию о спасённых из рабства, и список тех, кого выкупить не хватило денег.
Военные сразу стали привлекать жителей к работам по восстановлению города. Техники Сашкиной фирмы, к примеру, помогали военным восстанавливать энергоснабжение отстроенных зданий, другие жители помогали военным в строительстве, поддержании порядка, обеспечении питанием и остальных сферах жизни. Мирная жизнь, хоть и тяжело, но возвращалась на Аркам.
...
Новость о выкупе своих земляков разнеслась по всем соседним с Аркамом системам. Пожертвования пошли из Алатыря (Сашке лично прислали деньги Миран и Кукша, его товарищи по Тавре), Аладьеги, Асгарта.
Тут, наверное, надо объяснить механизм, действовавший в Гардаррской Федерации. Государство не вело переговоры с террористами и рабовладельцами, запрещало действие фондов и организаций, организованно занимавшихся выкупом попавших к арварцам. Но не возбраняло делать это рядовым гражданам, у которых родственники попали в беду.
Своя логика тут была. Правительство Гардарры резонно считало, что если оно вступит в переговоры о выкупе своих граждан, то с этого момента оно лишается и юридического, и морального права на ответные действия по отношению к рабовладельцам. Выкупили своих родственников рядовые граждане? Их право. Но государство могло в любой момент без зазрения совести абсолютно открыто отомстить арварцам. И мстило, не откладывая такие дела в долгий ящик. Именно поэтому связываться с гардаррцами чёрные, как правило, боялись. Да, страдали конкретные люди – но это была цена защиты всего общества. Почти так же, кстати, поступали армарцы – они за каждого гражданина готовы были вцепиться в глотку любому. Ну, по крайней мере, так декларировалось.
Почему же деятельность организаций, занимающихся выкупом рабов, была запрещена? Тут у гардаррцев перед глазами был дурной опыт Объединённого Королевства Галанте. Такие организации свободно действовали, по крайней мере, на Мерсии. Вот только в итоге они выродились в филиалы тех же работорговцев. Их функционеры получали очень неплохую зарплату, из тех же денег, что подданные Королевства жервовали на выкуп своих родственников. А вскоре и банки подключились к этому процессу. У тебя нет денег на выкуп родни? Банк даст тебе кредит, под грабительский процент, правда, столько, сколько запросит фонд или организация, занимающаяся централизованным выкупом. И всю оставшуюся жизнь сиди в долговом рабстве, передав долги по наследству своим детям. Галанте было единственным государством в Содружестве, где по наследству передавались долги. Что поделать – деньги в Галанте были святыней, ну разве что немного уступая в этом самой Королеве.
Поэтому сейчас на Аркаме сбор средств для выкупа оставшихся узников вел один из тех, чей ребёнок еще сидел в отстойнике Хаар-Махрума. Сашка перевёл ему полученные средства.
...
– Нас снова бросили. – Сказал кто-то удручённо.
Многие так же восприняли сегодняшнюю новость, о том, что условия договора Гардарры с Содружеством относительно федеральной колонии Аркам остаются в силе.
– Блять... – один из соседей махом осушил бокал хаомы и хлопнул его на стойку. – Придётся уезжать отсюда. Жаль...
По совместному заявлению представителей Дипломатического Департамента Гардарры и Совета Уполномоченных, представлявшего Содружество, Бахта оставалась под юрисдикцией Содружества, время на постройку космической станции увеличивалось до 10 лет. Так же подтверждался демилитаризованный статус Аркама. Правда, касался теперь он исключительно наличия в системе гардаррского флота. Более того – появился дополнительный пункт. Теперь, если федеральная колония не вырастет за это время до уровня метрополии, вся система перейдёт под прямое управление Содружества. Эта новость как обухом по голове приложила каждого жителя Берсуата.
Сашка сделал большой глоток хаомы и аккуратно поставил бокал на стойку.
– Войдан, а что нужно федеральной колонии сделать, чтобы стать метрополией? – вдруг задал он вопрос, так громко, что услышли все его соседи.
– Если ты про Аркам – забудь. – Войдан уже был под хмелём.
– Не забуду. Войдан! Да очнись ты! – Сашка чуть трясти не начал того.
– Ну, слушай. – Войдан смотрел на него мутнеющим взглядом. – Для начала – содержать всю инфраструктура системы самим. Космопорт, гравипередатчики. То есть, все граждане платят федеральный налог. Сумма собранных налогов идет покрытие следующих расходов: армия – в первую очередь. Суды, полиция, – во вторую. Затем идёт очередь местных муниципалитетов, и обеспечение поддержания в рабочем состоянии гравипередатчиков и содержание космопорта системы. Как ты понимаешь, чем больше жителей системы, тем больше собирается налогов. Критический уровень, при котором налогами удаётся поддерживать содержание минимальной инфраструктуры – 10 миллионов жителей. А у нас было 250 тысяч, 60 погибло, да и еще где-то 80 тысяч, оставшись без работы, рабочих контрактов, потерявших родственников, собрали вещички и отчалили с Аркама в метрополии. И я их не обвиняю. Жить десять лет в ожидании того, что снова надо будет куда-то перебираться?
Сашка всё понимал, и тоже не осуждал тех людей.
– Послушайте меня. – Он обращался к окружающим. – Я, конечно, “дикарь”....
– Какой ты дикарь! – крикнул кто-то. – Наш ты, гардаррец! А за такие слова в следующий раз в лоб дадим.
– Спасибо! Спасибо вам всем... – Сашку растрогали слова незнакомых ему людей. – Но я хотел бы продолжить. На моей родной планете тоже были войны. Сто лет назад была Мировая, десятки миллионов погибли. И моя страна участвовала. Был во время той войны случай....
И Сашка пересказал им историю героической обороны маленькой крепости Осовец. Крупные крепости, отстроенные по современным на тот момент канонам, типа Льежа, немцы брали за несколько дней. Осовец держался полгода.
– ... Вы понимаете, командование противника тогда принесло чемодан денег и просто объяснило, что это стоимость снарядов, которые им нужно затратить на уничтожение Осовца, и предложили командиру крепости сдать её за эти деньги. А он только рассмеялся им в лицо. И крепость продолжала держаться – Сашку уже слушал весь бар. – А под конец, протиник использовал ядовитые газы, чтобы уничтожить таких упёртых врагов. Но когда солдаты противника подошли к крепости, на них, из облаков ядовитого газа, пошла в атаку последняя рота, оставшаяся в живых. Они харкали кровью, так как тоже попали под ядовитое облако. Но всё равно бежали вперёд. И враг, превосходящий их в количестве, дрогнул и побежал назад... Вы сейчас думаете – зачем я вам это рассказываю? Наш Аркам – это такой же Осовец, а мы, жители – его защитники. Вы многие служили в армии, многие прошли боевые операции. Вам ли мне объяснять, что бывает, когда командование оставляет на одном направлении немногочисленные силы, потому что противник должен нанести туда удар. И тогда, когда силы противника будут скованы, свои основные силы командование бросит на прорыв. А те, на кого пришёлся удар, чаще всего гибнут. Не потому, что они плохие – вместо них вполне могли оказаться другие. Просто сегодня вот так жизнь повернулась. Вот скажите, если бы тот командир крепости отступил – его бы кто-нибудь осудил? Нет, поскольку он был в неблагоприятном положении. Но именно из-за упорства защитников его крепости, другие части смогли отступить на подготовленные позиции, без потерь, а может быть и полного разгрома.
Сашка отхлебнул хаомы из бокала.
– Вы смотрите за мировыми новостями? – снова задал он всем риторический вопрос.
Он был риторический, потому что все были в курсе тех событий, которые пронеслись в Содружестве за месяц их отсутствия и два недели после прибытия.
Во-первых, Чрезвычайный и Полномочный посол Гардаррской Федерации потребовал личной аудиенции у Её Величества Бетаниэль Второй. О чём они там разговаривали, осталось неизвестным, но по окончании аудиенции Её Величество выползло на публику и зачитало свою речь, в которой обвиняла урканские власти в произволе и геноциде этнических гардаррцев.
Во-вторых, погиб Ниэллон, восходящая звезда “новой аристократии” Королевства. Вот так, летел на челноке – и ушёл в штопор. Говорили, несчастная любовь...
А в третьих, на следующий день после выступления аграфской Королевы, гардарский флот появился одновременно во всех пяти восставших системах Урканы – трех системах кластера Нисакус, на Ольвилии и Милетте. Флот без предупреждений подавил связь урканских войск, разрушил командные пункты управления и блокировал переход в гипер из указанных систем. Неудивительно, что в течение недели все урканские гарнизоны в этих системах капитулировали, а повстанцы сразу подняли над административными зданиями населённых пунктов занятых планет флаги Гардарры. Снова, как по накатанной, во всех пяти системах прошли референдумы, и уже пару дней освобождённое население этих систем праздновало принятие парламентом Гардаррской Федерации акта о воссоединении.
А вчера всех жителей Аркама снова приложили гранитной плитой по морде, объявив условия соглашения Гардарры с Содружеством. Естественно, такие новости видели все.
– Ну так вот что я скажу. Да, мы оказались тем малочисленным подразделением, на которое идет накат многократно превосходящего противника. Мы выстояли первый натиск – благодаря этому восемь бывших урканских систем воссоединились с Гардаррой. Вот теперь и скажите – велика ли плата? Я скажу, что сам считаю – не знаю как вы, а я остаюсь на Аркаме. – Сашка оглядел всех присутствующих. Народ слушал, и слушал внимательно. – Я прибыл сюда... скажем, найти одного человека. Но за эти месяцы Аркам – а это в первую очередь все вы – стал моим домом в этом мире. И я его никому не отдам, ни сейчас, ни через десять лет.
– Аш, но у тебя на Аркаме даже дома не было... – послышался чей-то голос.
– Твоя правда. Именно что не было. А теперь будет. Я беру кредит в Первом Планетарном на строительство дома. Здесь, в Берсуате. И вам того же желаю.
Сашка сел в кресло, и снова отхлебнул хаомы. Вроде алкоголь стал брать свое.
...
Шатаясь, они возвращались с Войданом в лагерь для постаравших. Жилой сектор восстанавливали так быстро как могли, но всё равно быстро отстроить его не было возможности. Дом Войдана был полностью стёрт с земли, как и дом Туры, и как гостиница, где до этого жил Сашка.
– Аш, – шевелил Войдан губами – Сашка его еще ни разу таким датым не видел. – Ты всё правильно сегодня сказал. Я думаю, те, кто подумывали уезжать, решат остаться. Но всё равно – где взять 10 миллионов человек? Федеральное правительство сейчас врядли сможет помогать Аркаму – восемь систем надо поднимать из руин. Туда сейчас идут почти все свободные ресурсы. Людей для колонизации нет.
– А что, обязательно должны быть гар..-ик! – дарцы? – Сашка был не в лучшем состоянии.
– Ну... Приедут из Делуса. Через десять лет объявят себя гауляйтерством какого-нибудь протектората. Или ты арварцев с галифатцами решил позвать? – Войдан истерически захихикал.
– А такие как я... – почему-то вырвалось из Сашки.
– Что – такие как ты? – Войдан немного протрезвел.
– Ну... как я. Если приедут такие как я. Кто примет Гардарру как свою вторую Родину?
– Аш. – Войдан шатался, но смотрел довольно трезво. – А ты сможешь 10 миллионов привезти?
– Не знаю. Только сейчас мысль в голову пришла. – Сашка смотрел на него пьяно-честными глазами. – Войдан! Я буду над этим думать! Как это сделать – не знаю. Но... я сделаю.
Они приползли к лагерю, их пропустили без разговоров – сегодня не они одни пришли в лагерь “на рогах”.
...
Следующим утром Войдан сидел в комнате, отведенной в штабе военного командования под засекреченную связь, и вел беседу с отцом.
– Здравствуй, сын. – Витень как всегда был в своём кабинете.
– Здравствуй, отец. Соля прибыла?
– Да, всё нормально. Что ты хотел сообщить?
– Мы вчера с Ашем надрались под самые брови.
– Понимаю. Думаю, пол-Аркама вчера были в хлам.
– Это так. Но мы по пути в лагерь обсуждали пути сохранения Аркама под нашей юрисдикцией. И Аш предложил идею – завезти на Аркам 10 миллионов его земляков. Как это делать – он не знает. Но, судя по всему, у него есть идея, как найти свою планету.
– “Дикие”, говоришь... 10 миллионов... – Витень пребывал в размышлениях. – А кто им нейросети поставит? Денег у правительства почти нет, и не будет еще несколько лет. Последние присоединённые восемь систем сейчас поглощают всё без остатка. Да, через несколько лет они полностью интегрируются в нашу экономику, и дадут прибыль сторицей. Но пока – так. Так что просто “диких” нам мало. Нам нужны “дикие” с установленной нейросетью, и, желательно, с изученными базами.
– Я подкину ему эту мысль. Отец... Моя миссия здесь выполнена. Не так, как бы я хотел, но я сделал что мог.
– Она не выполнена, сын. Она просто поменялсь по ходу выполнения. Ты раньше просто наблюдал за Ашем – теперь надо будет незаметно защищать его. Это уже лично моё задание тебе. Смотри – парень обезвредил диверсантов, обеспечил Аркам оружием, передал сообщение на Арту после нападения. Детей из рабства вывез! Милость Создателя, что он на нашей стороне.
– Я понял. – как-то облегчённо вздохнув, сказал Войдан. – Служу Гардарре!
Глава 2
Сашка за две недели после возвращения восстановил работу энергостанций города. Не зря он во время осады обесточил весь город – основные магистрали энерговодов Берсуата не пострадали. А вот оборудование силового щита нужно было устанавловать с нуля – по стации управления силовым щитом крейсера агрессоров били в первую очередь.
Прибыв более месяца назад на Аркам с выкупленными из рабства, Сашка дал хороший пример другим – его транспорт в тот же день попросили члены семей ещё томившихся в арварском “отстойнике”. Сашка передал его без разговоров. И вот сегодня корабль прибыл – почти две тысячи жителей Аркама (точнее, 1982 человека) вернулись домой. Сашка снова был в долгах как в шелках – он снова взял кредит в Первом Планетарном, почти полота корпа, и сразу купил дом. Дома пока ещё не было – было место, был проект дома, и оплата его строительства. Многие жители Берсуата стали покупать дома в кредит, и очередь на строительство его дома подойдёт лишь через несколько месяцев. Тем более, что вначале восстанавливали дома уцелевших жителей.
За эту пару недель лагерь, где он жил, немного поредел – жители возвращались в отстроенные им дома. Но Войдан так и оставался в лагере. Как он говорил, не может он один претендовать на дом, когда есть семьи с детьми, которые ютятся в переносных жилых модулях.
Несколько дней назад они снова выпили в баре, и Войдан высказал ему свои сомнения насчет завоза “диких” – экономика Гардарры напоминала дизель-генератор, принявший на себя большую ступень нагрузки. Она вытянет, вне сомнений, но сейчас – “переходной процесс”. К “диким” нужно было в довесок иметь деньги на нейросеть, и желательно, ещё на необходимые для работы базы знаний. Сашка принял это к сведению, но в уныние не впал – в его голове стал складываться поистине дьявольский план.
Он вспомнил, чем его так зацепил БарАбас – он один из всех гулгров носил за спиной рюкзачок, и не расставался с ним даже когда сидел в кресле. Не просто тогровец “чёрной костью” был этот ящер, а член запрещённой на Егеве секты “Кабата”, пожирающей людей во время религиозных праздников. Вот и пригодился совет БарХаша. Сашка, кстати, просмотрел армарский голофильм “Отважный гулгра БарХаш и его верный тсой”, снятый армарцами по его воспоминаниям. Ржал он долго – БарХаш изложил историю в удобном им обоим виде, нигде не упомянув про Сашкину нейросеть. Ну а как это воплотили сценарист и режиссёр – оставалось на их совести. В мире Содружества “Голо-бууд” так же можно было по праву называть “фабрикой грёз”.
...
Орей после гибели Деяна стал директором их фирмы, предложив Сашке должность главного инженера. Сашка согласился принять должность, но лишь после того, как будут завершены работы в городе. Персонал у них тоже уменьшился – теперь, после гибели трёх техников, их оставалось семь. Людей не хватало, и работать приходилось допоздна.
Тут ещё и Бахта подсуропила. Там тоже всё было разбито и разрушено, и помимо этого разбежался весь персонал. Там стали предлагать работу жителям Берсуата, в том числе и их компании. С одной стороны, нужно было восстанавливать свой город, с другой стороны – кушать-то хочется. Орей с Сашкой решили так – неделю они работают в Бахте, неделю – в Берсуате. Сашка внес свою поправку – оба выходных они будут работать в Берсуате. Суровые времена, суровые меры. Техники как один приняли Сашкину сторону.
Орей не возражал. Вроде бы для пополнения средств Сашке стоило бы поискать ещё артефакты Предшествующих, но искать их можно было бы неделями, а Биржа была сейчас закрыта, и дата возобновления её работы постоянно переносилась на более поздний срок. Тем более, что Сашка просто нутром ощущал, что обязан хоть как-то облегчить жизнь жителям его города.
...
Две недели они отработали в заявленном Сашкой режиме. В Бахте они восстановили энергоснабжение центра деловой части города, в Берсуате установили и подключили оборудование силового щита делового центра. Военные инженеры тоже даром времени не теряли, восстановив второй силовой щит. У техников ещё были работы в Берсуате, но работ, требующих Сашкиного присутствия, в ближайшей преспективе не было.
Взяв себе выходной, Сашка решил слетать порыбачить. Войдан был занят – космопорт уже был восстановлен, и теперь шли плановые работы по его расширению. Карантин с системы был снят, и Аркам снова стал принимать пассажирские и грузовые корабли.
Подлетая к “прикормленному” месту, Сашка вдруг задумался – а как тогда добирались до него Лораниэль с группой захвата? Сашка не стал садиться на старое место, а пустил челнок по спирали – вскоре Малыш сообшил о каком-то объекте. Совершив рядом с ним посадку, Сашка подошёл к нему вплотную – это был скрытый активной маскировкой аграфский челнок. Малыш за сорок минут подобрал к нему код доступа, и дал команду снять маскировку и открыть трюм.
Челнок был новенький, износ – почти нулевой, а в трюме Сашка нашёл транспортировочный луч – и станнер. Вот идиоты, могли бы им его вырубить, подумалось Сашке. Было ясно – этот бот нужно передать военному командованию. Сидя в своём челноке, Сашка связался с Войданом и кратко изложил ему суть дела. Тот был очень занят, но сразу же передал услышанное нужным людям. Не прошло и получаса, а рядом с Сашкиным челноком припарковался армейский челнок, из которого вышли несколько человек.
– Аш? Я Ратмир. – представился один из них. – Войдан передал мне...
– Пойдёмте – Сашка сразу повёл всех к аграфскому челноку.
Добравшись до Сашкиной находки, военные сразу приступили к его изучению.
– Как ты его нашёл? – Ратмир не ходил вокруг да около.
– За три дня до атаки на Аркам отдыхал тут. Рыбу ловил. – Ратмир не понимал, что это такое, но слушал не перебивая. – Заметил слежку. Завел их в ловушку. Перебил почти всех. Это была группа захвата из консульства Галанте в Бахте. А вот сейчас подумал поискать то, на чём они сюда добрались. Вот и нашёл.
– А где группа захвата?
– Пятерых уже рыбы съели. В реку выкинул. А шестую взял на Хаар-Махрум. И обменял на почти триста человек наших.
Группа, изучавшая челнок, перекинулась парой слов с Ратмиром. Они сели в аграфский челнок, и тот, поднявшись, сразу отправился в космопорт, часть которого оставалась за военными.
– Пошли, расскажешь поподробнее – Ратмир направился к месту парковки их челноков.
Сашка показал ему лаз с проходом в подземелье, оставшееся со времён Катастрофы, и место, куда он выкинул трупы аграфов.
– Что же это была за аграфка, что за неё столько наших отдали?
– Дочь Лорда клана Мака Предгорного.
– Леди Лораниэль?? С какой красоткой ты две недели полёта провел! Небось, мастерица в сексе? – в шутку подначивал Сашку Ратмир. А Сашка уже месяц как не мог шутить.
– Какое там мастерица. – устало ответил он. – Ничего не умела. Девственница была...
Ратмир смотрел на него ошалевшими глазами. Обратный путь до Берсуата прошёл в полном молчании.
...
Сашка попросил Орея дать ему несколько дней – непосредственно для него работы не было, Бахта могла подождать, и он решил начать воплощать свой план в жизнь.
Для начала, он отправил письмо главе Торгового Дома “Абас”, где изложил свой вопрос – какое количество галифатцев мог бы приобрести уважаемый БарАбас? Ответ пришёл быстро – это был номер для связи лично с БарАбасом. Межсистемная связь, конечно, стоила денег, но Сашка не стал скупиться и вызвал абонента.
– Приветсвую Вас, уважаемый БарАбас! – начал он, увидев на виртуальном экране физиономию ящера.
– И я тебя приветствую, тсой! Кстати, ты в прошлый раз так и не представился...
– Аш. Просто Аш. Приношу свои извинения.
– Не извиняйся, Аш. Перейдём к существу твоего вопроса. Какое количество галифатцев ты мог бы поставить?
– Уважаемый БарАбас... Я могу в течение двух месяцев поставить около 2 тысяч галифатцев. Но есть... скажем так... два момента.
Ящер смотрел на Сашку проницательными глазами.
– Галифатцы – мои личные враги. Я вынужден буду их продать, чтобы потратить средства на помощь моим соплеменникам. Но душа моя не будет давать мне покоя – ведь эти подонки останутся жить. Я хочу быть уверен, что жизнь их будет короткой, а смерть – мучительной. – Сашка выжидающе сморел на БарАбаса.
– Я даю тебе слово – каждое слово ящер словно отмерял. – Никто из них, с момента как они будут выкуплены, не проживёт дольше 3-х месяцев. Ужасную смерть их тоже обещаю.
– Я верю Вашему слову. – в глазах Сашки заиграла злобная радость, что отметил и ящер.
– Какой второй момент, уважаемый Аш? – ящер даже подобрел, как показалось Сашке.
– Система доставки. Хаар-Махрум находится слишком далеко. Я уложусь за два месяца, не вопрос. Но если будет назначена точка рандеву ближе к Егеву... Срок поставки будет уменьшен.
Ящер задумался.
– Не будем спешить. Проведём одну сделку тут, на Хаар-Махруме. Я подожду два месяца. Это будет разовая поставка? – вопрос был для него явно не праздный.
– Я рассчитываю на долговременное сотрудничество. – ответ Сашки пишелся БарАбасу как бальзам ну душу.
– Тогда перейдём к технической стороне. – с физиономии ящера ушли все эмоции, и он снова отрешённо смотрел на него проницательным взглядом. – За каждого галифатца оплата 40 тысяч. Это на 10 тысяч больше, чем дают арварцы, но на 20 тысяч меньше, чем они продают. Устраивает?
Сашку устраивало вполне.
– Тогда вот соглашение о намерениях. – Сашка получил файл, ознакомился и переслал его обратно. – Отлично. Жду тебя здесь, на Хаар-Махруме, через два месяца. Прибудешь раньше на неделю – премия в 2 тысячи за каждого галифатца. И ещё. Будут арварцы – не стесняйся, привози.
Он попрощались. Отсчет операции начался.
...
Сашка находился на собственном транспорте и вёл подготовительные работы. Он уже переделал каюту капитана в шесть стандартных кают. Теперь их было двадцать восемь. Столовую он трогать не стал, а вот модули с кубриками для десанта срезал полностью. Сейчас это было одно огромное помещение, где он наметил три прохода, которые будут разделять ряды с клетками. Материал пока был под рукой, и он приступил к изготовлению клеток. По мере изготовления они занимали места. Для экономии места в помещении был организован второй ярус, с которго был доступ на клетки, которые он разместил на стоящих в нижем ряду. Работы должны были занять ещё три дня, после чего он отправится в долгое путешествие. Трюм на транспортнике был небольшой – в него поместится грузов не больше, чем в карго малого класса. Ну да ему и не нужно. Четыре лётные палубы тоже были избыточны, но тратить время на их переделку подо что-то другое времени уже не было. Сашка вспомнил, что у арварского уродца так ещё и не было названия. Первое, что пришло ему на ум – “Немизида”. Возмездие.
...
На следующий день к нему на транспорт причалил челнок Войдана.
– Ты что, куда-то готовишься улететь? – с каким-то подозрением спросил он.
– Да. Где-то на два месяца. – Сашка продолжал работу.
– Возьми и меня. – Сашка повернулся. Войдан смотрел на него честными глазами. – Нечего мне делать, Аш. Управление космопортом в руках военных, я помогал им, пока шло восстановление. Сейчас он в рабочем режиме, снова транспорты идут на Аркам. Диспетчеры вошли в ритм, расширение космопорта идёт по плану. Как мне объяснили в штабе, еще полгода они будут осуществлять прямое управление Аркамом. Так что шесть месяцев мне суждено просто ходить на работу. И почти ничего не делать. Не хочу.
– Ты даже представить себе не можешь, на что подписываешься... – Сашка не хотел втягивать друга в это грязное дело.
– Аш. Я не знаю, куда ты собрался, но уверен, что это важно Аркаму. Все, что бы ты здесь ни делал, шло на благо Гардарре. – Войдан говорил как пел. – И сейчас, думаю, тебе понадобится моя помощь.
Сашка стоял и думал. Да, Войдан его друг, вместе, считай, две кампании прошли. Но вот так раскрыть свой план... Несколько месяцев назад сам Сашка ужаснулся бы ему.
– Войдан... Я собираюсь делать мерзкую вещь... Мне перед Создателем отвечать за неё, и не уверен, что ответить получится. Единственно моё оправдание – это я сделаю во благо других, кто в этом нуждается.
– Я готов... Аш, да раздери тебя! Ты тогда в баре у людей разбудил в душах веру в будущее Аркама! – Войдан завёлся. – А насчет ответа перед Создателем – мой выбор, мои грехи, и я сам отвечать перед ним буду.
– Тогда поклянись. Именем Создателя. Что ты ни словом, ни делом, ни взглядом не осудишь меня. И что то, что увидишь, останется с тобой.
– Клянусь. Именем Создателя. – Войдан был серьёзен, и не лгал.
– Тогда слушай. Мы отправляемся на два месяца. Из них три недели займёт путь до Хаар-Махрума. И две недели на дорогу домой. Мы двое сможем пилотировать кораблём.
– Мало. Хотя бы трое техников надо. Трое твоих ребят полетят с нами. Я поговрю с ними.
– Хорошо. Нам нужен будет ещё один челнок. Со станером – он многозначительно посмотрел на Войдана.
– Будет. Я полетел на поверхность, говорить с Ореем.
...
Через три дня транспорт проекта “Онисангякут” по имени “Немезида” покинул систему Аркама. На борту было пятеро – Сашка, Войдан, и трое техников – Былята, Видан и Бакуня. Последний просто умолял взять его с собой. Видно, романтика из его задницы так и не вышла, даже тяжёлое ранение при обороне города не изменило его весёлого и дурашливого нрава. Впрочем, как специалист он вырос, это признавали все. Орей отдал их скрепя сердце, и Сашка пообещал себе – он привезёт ему новых инженеров и техников.
Транспорт шёл в старую добрую систему NPQV-1949-