— Леди… — за её спиной стоял Франиэль. — Через пять минут мы покидаем это здание. Консульство эвакуируется.
Сашка направлялся к вокзалу. По пути из одного здания стала выходить процессия из ушастых. Их охраняла новая полиция, на пару минут перекрыв проход.
— Что такое?
— Подождите минуту — культурно ответил полицейский — ушастые всем консульством сваливают. Сейчас уедут, и снова откроем движение.
Аграфы шустро забирались в многоместные бронированные гравы. А вот и та самая ушастая красотка, только уже вместо платья на ней бронескаф с открытым забралом.
Снова проснулся искин.
"Хозяин, внимание!"
"В доступном радиусе действия обнаружено устройство Создателей"
"Устройство "Кулон Преданности""
"Активировать? Да/Нет"
"Да" — в этот раз ответил Сашка.
"Задание условия для подрыва"
Оппа! Так это взрывчатка!
Вихрь мыслей пролетел в Сашкиной голове, но команду он установил четкую
"Подрыв по выходу из гиперперехода".
Сашка не знал, примет ли искин такую команду, он вообще пока о нем ничего не знал, но искин принял его пожелание к исполнению. Не просто он поставил такое условие. Подрыв на территории Тавры равносилен объявлению войны. А где-то у себя пусть взрываются сколько душе угодно. Хоть нигде больше не принесут горя людям.
Аграфы быстро укатили, полицейский плюнул им вслед, и снова повернулся к ждущим людям — Проходите, пожалуйста!
Челнок за пару часов доставил всех сотрудников консульства на крейсер. На летной палубе их встречал капитан крейсера в сопровождении почетного караула.
— Леди Лораниэль, вас ждет Ваш брат…
— Не сейчас. Мне надо привести себя в порядок. — меньше всего Лораниэль хотелось встречаться с младшеньким. Но придется.
Снимая бронескаф, она снова чуть не впала в прострацию — кулон на её шее светился, на его поверхности менялись какие-то знаки. Она одела платье и вызвала Франиэля.
— Леди… — увидев светящийся кулон, старый слуга потерял невозмутимость.
— Франиэль, я готова принять брата. — даже имя его Лораниэль не хотела произносить.
Быстрым движением она опустила кулон внутрь платья. Незачем это младшенькому видеть.
Тот вошел к ней в сопровождении двух охранников.
— Сестренка, ты облажалась — деликатность у Гормиэля была всегда слабым местом. — Отец, узнав, что ты все завалила, назначил на твое место меня. Я пришел за кулоном.
— Нет! — крик мало помог Лораниэль. Охранники схватили её за руки и мягко "зафиксировали". Гормиэль снял с шеи цепочку и вытянул скрытый платьем кулон.
— Вот это дела! Теперь у нас активированный кулон! Спасибо сестренка! — он надел кулон на шею. — А теперь наши пути расходятся. Я улетаю в Армарру, дела там возникли, а ты — к папочке…. Наш папочка, правда, в столице, и пробудет там год. А ты подождешь его в нашем семейном комплексе. Всего год, сестрица. Не скучай там! — и вышел из её каюты. Отпустив её, за ним ушли двое охранников, а Лораниэль осталась сидеть на полу и тихо рыдала.
Крейсер уже набрал скорость и приближался к зоне перехода. Через несколько минут с его летной палубы вылетел, и обогнав, ушел в гипер четырехместный разведчик. Вслед за ним в гипер ушел и крейсер.
Глава 19
Сашка добрался до базы в Херсонеполисе. С проходом проблем не возникло — боец в бронескафе узнал его и, связавшись с кем-то, сразу направил его в тренажерный комплекс.
Там ждал Войдан с неизменным стаканчиком "кофея".
— Аш, приветствую! Мои соболезнования… — начал он. — Не буду тратить словеса, начальство решило пойти тебе навстречу. У тебя какие планы на эти дни?
— Никаких.
— Тебе предоставляют возможность тренироваться на тренажерах. Три дня точно. Можешь тренироваться отсыпаться в медкапсуле. Ты на референдум пойдешь?
Сашка тихо засмеялся.
— Войдан, а у меня ведь и гражданства Урканы нет. Не могу я голосовать.
— И это скоро решим. Ты нас выручил, даже не представляешь как. Аш, залезай в "вертушку", пока у тебя есть возможность.
И Сашка пошел на тренировки.
"Вертушка" была именно тем, что могло занять его и отвлечь от плохих мыслей. Сашка провел на ней почти пятеро суток.
Он пропустил день референдума, когда — никто не сомневался — все население Тавры проголосовало за присоединение к Гардаррской Федерации.
Он пропустил следующий день, когда Парламент Гардаррской Федерации рассмотрел обращение законноизбранного парламента Тавры о присоединении к Гардарре, и одобрил его практически единогласно, вызвав вспышку дикой ярости у "заклятых друзей" — Делуса, Армарры и Галанте, при полной и безоговорочной поддержке собственным населением.