Она не перебивала его. И уже не отводила взгляд.
- Минри, я… - Он снова запнулся.- Я люблю тебя. Больше жизни, больше чего-либо на этом свете. Пусть эгоистично, тщеславно, пусть порой на грани. Но люблю. И я не преуменьшал свои чувства, когда разговаривал с тобой или с кем-то иным. Тот обряд у Возрожденной, мои слова касательно тебя. Я никогда не лгал и не скрашивал, ни разу с самой первой секунды того дня в Академии.
Дамиан протянул руку, мягко убирая большим пальцем руки с её лица горячие слёзы.
- Я так боюсь тебя потерять, Минри.- Признался он.- Боюсь настолько, насколько и способен любить. А ты только продолжаешь испытывать судьбу, выбираешь самые тяжёлые пути. Я просыпаюсь по ночам в ужасе, что с тобой может что-то случится, а я не успею помочь; я ведь не могу быть постоянно рядом, а брачная защита демонов на тебя ещё не действует…
Лорд-демон Вефириийск вздохнул.
- Мой отец… не смог уберечь мою мать.- Тихо выдавил он глубокое и болезненное откровение.- Я винил его в этом, я был так зол. И на себя, что не оказался рядом с ней, когда стало опасно. Перестал корить отца почти сразу. Просто увидел того, кому заживо вырвали сердце вместе с душой. Он и так потерял смысл всей жизни, слишком большим грузом легло бы ещё и моё осуждение. Но я видел это отчаяние, я отчётливо ощущал его от отца. До сих пор чувствую эти раны. И они были женаты столько лет, у них было уже двое детей, даже внук, а я ведь только нашёл тебя, Минри! И ты ищешь силу, ты так увлечена собственными идеями, что мне страшно. Я знаю, что такое могущество, уже видел, к чему оно приводит!
Он сделал маленькую паузу, слабо улыбнулся. Получилось достаточно уныло.
- Я каждую секунду оставшейся жизни буду трястись за твоё благополучие, Минри. Буду контролировать и следить, здесь ничего не поменяется, я просто не способен существовать иначе. Но если без своей работы, друзей, Бездна, пожалуйста, если ты без этого не видишь своей жизни - так и быть, поступай как знаешь. Я просто проглочу собственные страхи.
Она даже чуть подняла вверх правую бровь от удивления, по-видимому не замечая, как практически высохли слёзы на её щеках.
- Но я прошу тебя… умоляю, пожалуйста, Минри, не оставляй меня одного.- Отчаянно попросил Дамиан, поднося её руку к своему лицу, мягко касаясь губами бледной кожи в очередной раз.- Не отказывайся от меня, пусть я и такой, какой есть. Я несносный, жестокий, местами неуправляемый и грубый. Как и говорят все в этом измерении - я самый большой засранец из ныне существующих первородных. Но я клянусь тебе, Минри, я сделаю что угодно, всё, что скажешь. Сожгу этот мир, если захочешь. Искуплю каждую твою слезу. Но пожалуйста, жизнь моя!.. Ты можешь не любить меня, можешь осуждать или быть ледяной стеной, но, прошу, не отворачивайся! Будь хотя бы рядом, не оставляй выносить эту жизнь без тебя, пожалуйста! Эти слова… нет ничего общего с моей реальностью. Я люблю тебя, моя сладкая девочка, я бы молился на то, чтобы мои дети были от тебя, Минри!...
Он замолчал, всё ещё с сожалением смотря на Рию. Она лишь вздохнула, прислоняя висок к холодной металлической цепочке качели.
- Семейная жизнь простой не будет
- Боже, Минри, - он словно бы даже выдохнул.
- Встань, пожалуйста, с колен. Не люблю смотреть свыше.
Он нахмурился, но с корточек всё же привстал. И не отпуская её руки, чуть потянул на себя, подымая с качели. Привлекая к себе.
Я не услышала дальнейшей фразы, потому что позади меня и Пратенгиша раздался многозначительный кашель.
Вздрогнула, обернулась, чтобы лицезреть Миркелия. Он стоял в дверях балкона, засунув руки в карманы чёрных брюк и весело, немного иронично разглядывая нас обоих.
Пратенгиш только махнул ему рукой, не убирая напряженного взгляда от парочки:
- Ты всё пропустил.