Выбрать главу

Боевой маг неопределённо качнула головой. Словно в нерешительности.

- Для моего сердца определение любви и его имя звучат одинаково.

Последующая фраза Эллоуса прозвучала неотчётливо. Фигуры растворялись с дыме, из которого возникли, иллюзия мага спала, растворилась в воздухе спальни. Я моментально глянула на Дамиана - и впервые в жизни увидела на лице самого несносного из демонов лёгкую растерянность. Миркелий же отвёл вбок красноречивый насмешливый взгляд.

- Когда это было? - наследник Дархэнаатра резко повернулся к ректору.

- Точно не скажу. Может, где-то спустя пару недель вашей помолвки.

Растерянность на лице Дамиана сменилась крайним изумлением.

- Она всё это время… О Боги.

Огненный демон медленно вернул свой взгляд безмятежно спящей невесте.

- А почему не говорила? Я же столько времени добивался признания.

- Думаю, ты догадываешься,- логичное замечания от Миркелия.- Очень хочется надеяться, что теперь ты наконец-то успокоишься.

- Я думал, что она просто прощается,- тот, кажется, даже не слушал его.- Облегчает мне участь, предвидя свой конец. Но она честно призналась.

Мужчина встал с кресла, медленно подошёл к кровати, присев на краешек. И ощутимо коснулся лица невесты. Я заметила, как коснулась надменно-высокомерных черт что-то необъяснимо трогательно.

- Возвращайся ко мне, Минри.- Он коснулся губами её лба, задержавшись, закрыв глаза.- Возвращайся, жизнь моя.

Я перевела взгляд на Миркелия, но тот успел отойти в дальний конец огромной спальни. Судя по поведению, кронпринц задействовал переговорный камень.

Я послушно ждала, пока он закончит разговаривать. Но Мир развернулся к другу:

- Ринмеаль с Рамоном расшифровали символы на мече наёмников. Тенги с Драгхом и Абнаилом. Надо закончить это, Дамиан.

- Согласен,- лорд-демон Вефириийск коснулся девичьей руки, сжал, после повернулся к нам.- Не пропущу собственное возмездие. Леди Стеф?

Я непонимающе глянула в его сторону.

- Спасибо Вам огромное,- Дамиан даже склонил голову, учтиво поблагодарив меня.- Если бы не Ваше участие, я мог уже не застать свою любимую женщину живой. Честно. Огромнейшее спасибо. Не хотелось бы повода возвращаться такой долг, но я всегда отвечу тем же, леди Стеф.

Пробормотала в ответ что-то бессвязное. Для меня всё было самым, что ни есть, само собой полагающимся.

Огненный демон впервые в жизни одарил меня по-настоящему дружелюбной усмешкой, абсолютно без сарказма, после чего кивнул Миркелию, направившись к выходу из спальни. Кронпринц задержался возле меня:

- Побудешь здесь? - разумеется, я спокойно кивнула.- Как закончу - вернусь. Дальше по коридору гостевые комнаты, отдохни.

- Будь осторожен, хорошо?

- Я всегда осторожен.

- Надо ещё больше,- настойчиво возразила я, улыбаясь ему.- Это не те новости, которые я смогу пережить.

Его внимательный взгляд, поймавший мои глаза, заставил маленькую девочку Стефанию будто заново переродиться. Новой бурей, новой сущностью, открывавшейся такому, до бесконечности потрясающему мужчине.

Мир быстро коснулся губами моей руки, чуть сжав пальчики. И чувственно улыбнувшись, покинул спальню наследника Дархэнаатра.

Эллоус спокойно выдохнул, размял плечевой пояс. Потом присел на кресло возле меня:

- Впечатлён твоей попыткой связаться со мной. На разряжённых территориях сделать это непросто. Думаю, я немного изменю прежний план наших занятий. Ты осваиваешься куда лучше.

Я задумалась над его словами.

- У меня бы получилось… стать членом императорской Гвардии?

Арихан тихо усмехнулся, покачал головой:

- Нет, Стеф. Ни единого шанса. Я бы никогда не допустил тебя в список своих рекомендаций императору.

- Значит, не так и уж и лучше…

Мужчина рассмеялся, поправил кожаные браслеты на своих запястьях. И вполне флегматично заметил:

- Скажем так, дело не только в способностях. В поступках членов императорской Гвардии минимальны сюрпризы, там нет тех, чьи характеры или привычки могли бы помешать выполнению миссий. Увы, личные мотивы никогда не предусмотреть, но я всегда тщательно рассматриваю каждую кандидатуру. Оцениваю мышление, перспективы, слабости. Всё, что могу узнать. Были даже те, кого я не допускал до этой работы из-за предубеждений в личной жизни.