— Несси — Верховная Жрица, — пояснила Ада, ловко поворачиваясь боком, чтобы протиснуться между двумя высокими кучами мусора, стараясь не зацепить ничего рогами. Но все равно задела какую-то полоску изъеденной молью ткани, из-за чего несколько мелких безделушек со звоном посыпались на пол.
— То есть, Верховные Жрицы все-таки могут испытывать любовь и выходить замуж? — уточнил я, перешагивая через туго свернутый ковер, перегородивший проход, и чисто инстинктивно предложил руку Аде, чтобы помочь ей не споткнуться.
— Им доступен и другой вид клятвы, — кивнула она, грациозно переступая через препятствие, моей помощи ей, впрочем, не понадобилось. — Если Жрица желает выйти замуж, она должна доказать Совету, что ее брак принесет Ордену больше пользы, чем если бы она осталась незамужней. В случае с Несси этот союз был полностью оправдан и разумен с политической точки зрения, ведь Байрон — Лорд Ашер, правитель всего архипелага. Однако и ей пришлось заплатить за свою любовь очень большую цену.
— Какую? — оживился я, всем сердцем надеясь, что эта цена не окажется запредельно высокой и жертва будет посильной для Иди. Потому что между нами уже совершенно точно начинало завязываться что-то настоящее, что-то очень сильное.
— Ей пришлось испить воды из Священного моря, — произнесла Ада, и ее голос снова приобрел те самые зловещие нотки, от которых у меня по спине пробегали мурашки. — Чтобы доказать, что она достойна нести одновременно и бремя послушницы, и бремя жены Ашера.
— Рита как-то упоминала, что если человек хлебнет водицы из вашего океана, он может и рассудка лишиться, — припомнил я, тактично умолчав о том, что сам по незнанию уже успел нахлебаться этой удивительно чистой на вид морской воды, когда только-только попал на архипелаг.
— Океан полон слез Богини, в нем вся ее безграничная Любовь и вся ее Великая Скорбь, — серьезно кивнула Ада. — Большинство смертных просто не в состоянии справиться с такими сильными, всепоглощающими чувствами.
— Понятно, — выдохнул я. Сердце мое замерло и камнем рухнуло куда-то в район желудка. Капкан. Иди и Ада оказались в настоящем капкане. Когда дело доходило до выбора, у них, по сути, было только три пути: безропотно подчиниться, попытаться сбежать или рискнуть собственным рассудком. Перспектива так себе, если честно.
— Ты чего застыл? — удивленно спросила Ада, оглянувшись через плечо. Я действительно резко остановился, снова услышав какой-то подозрительный шорох.
Прежде чем я успел ей ответить, среди обломков и мусора в углу снова что-то зашуршало, на этот раз громче.
— Подожди, ты это слышишь? — спросил я у нее, когда звук повторился и стал еще отчетливее.
— Да это просто хлам на пол сыплется, потому что мы тут ходим и все трясем, — пожала плечами Ада, но все же на всякий случай настороженно осмотрелась.
— Нет, погоди, это что-то другое, — я напряг слух, пытаясь определить источник.
Это определенно не было похоже на случайное падение каких-то вещей. Нет, шорох уже явственно доносился со всех сторон, и мне отчетливо казалось, что кто-то или что-то ползет по мусору.
И не один. Их было много.
Я рывком обнажил меч и инстинктивно задвинул Аду себе за спину, когда шум резко усилился.
— Смотри! — ахнула девушка и указала на высокую кучу, состоящую из обломков статуй, старых гобеленов и битой керамики.
Там, на самой вершине, кишели десятки огромных пауков, они все состояли из хлама, по которому ползали.
И они ползли прямо на нас.
Глава 13
У меня аж глаза на лоб полезли от такого зрелища. На нас пёрли десятки здоровенных пауков-мусорщиков, каждый с крышку от люка, не меньше. И как они только шустро перебирали своими лапищами, слепленными из какого-то хлама — веток, проволоки, веревок…
Меня аж передёрнуло.
Ну не должно же быть у твари столько лап и глаз, да ещё таких мерзких! Меня всегда от пауков воротило — одна из немногих фобий, которая со мной с самого детства. Сразу вспомнился тот самый кошмар, что снился мне лет эдак с пяти, регулярно.
Да, бывало, приходилось жить в таких халупах, что деваться некуда, хочешь не хочешь — миришься со всякой живностью. Женщинам, к которым я попадал, часто было не до уборки. Так что фобию свою я, может, и не изжил, но приглушить точно смог. Вид этих многоногих тварей уже давно не доводил до визга.
Но с такими гигантами, если не считать снов, я ещё не сталкивался. Так что я мысленно заорал во всю глотку, а потом и вслух не сдержался:
— Это ещё что за хрень⁈