— И завтрак. Про завтрак я тоже хочу знать.
— Хе-е-е-ей, — Олли, как всегда неторопливо, объявил о своём прибытии, возникнув словно из воздуха. В своих трёх когтистых лапах он нёс корзину, от которой исходил просто божественный аромат свежей выпечки.
— Как нельзя кстати, — проворковала Иди своим слишком уж жизнерадостным для раннего утра голосом. Она перехватила корзину у ленивца и тут же цапнула две сладкие булочки — для себя и сестры, — прежде чем передать её всё ещё сонному Грэгу, вокруг шеи которого обвился маленький сморщенный Гель. — Теперь осталось разобраться только с одной из твоих проблем, Макс.
— Поехали уже, истории оставим на дорогу, — поторопил Сет, забираясь на козлы кареты. — А сейчас нам бы успеть добраться до Леса Фостера до восхода солнца.
Мы начали рассаживаться в просторную кабину кареты. Олли, кряхтя, пробирался к пристроенному фургончику с провизией. — А зачем такая спешка?
— Оно того стоит, поверь мне, — загадочно улыбнулась Шелли, придерживая дверь для Ады и Иди. — Тогда, когда Рита будет рассказывать свою историю, это произведёт большее впечатление. Вы согласны, мистер Бруно?
— Пожалуй, — фыркнул человек-коала, заканчивая протирать стёклышко своего монокля. — Хотя, должен заметить, господин Макс, мне бы очень хотелось, чтобы вы читали предоставленные материалы чуточку внимательнее.
Помогая ему забраться в карету, я усмехнулся. — Ты прав, как всегда. — Старик, а всё такой же педантичный. — Обещаю, в будущем буду делать домашнее задание. Но, честно говоря, я никогда не думал, что возьму на себя управление поместьем Свана так, как это вышло, не говоря уже о каких-то его обязательствах, какими бы временными они ни были.
— Но теперь ты передумал насчёт того, чтобы быть мировым судьёй? — проницательно спросил Бруно, испытующе глядя на меня.
Устраиваясь рядом со всеми, я закрыл дверцу кареты. Лёгкий скрип петель, и мы тронулись. — Не совсем. Но я тут подумывал о том, чтобы сохранить Усадьбу Вороновых… и, возможно, превратить её в библиотеку? Общественную, если всё пойдёт так, как я задумал.
— … Общественную библиотеку? — переспросил Бруно таким тоном, будто не мог поверить своим огромным ушам. Его монокль даже вывалился от удивления.
— Ну да, — я попытался объяснить на пальцах, — там, откуда я родом, любой, кто хочет узнать больше о каком-то предмете, может записаться в библиотеку и получить карточку, где хранится вся его информация. Потом эту информацию фиксируют, когда он хочет одолжить книгу. И пока он бережно с ней обращается и возвращает вовремя, каждый может иметь равный доступ ко всему, о чём хочет узнать. Просто и эффективно.
— Какая… совершенно новая идея! — выдохнул Бруно, когда потрясение немного улеглось. — Возможно, если бы такая практика существовала в прошлые века, многих восстаний можно было бы избежать.
— Восстания были связаны с… информационной войной, что ли? — Я с любопытством склонил голову набок и взял у Иди, которая всё ещё держала корзину, связку фруктов и кусок сыра. Завтрак на ходу — это уже привычно.
— Не только, — ответил человек-коала, доедая остаток своей сладкой булочки. — Но это стало катализатором перемен. Люди Ашена устали от того, что ими манипулируют власть имущие, потому что с властью приходила и грамотность. Восстания начались потому, что люди без рангов потребовали доступа к образованию.
— Как интересно. Похоже, базовое право на образование — это универсальная ценность, одинаковая во всех вселенных. Сколько миров — а проблемы одни и те же.
— А ведь ты, парень, кажется, нащупал что-то важное, — задумчиво произнёс Бруно, поглаживая свой щетинистый подбородок.
— Поговорим ещё об этом. — Я кивнул, давая понять, что настроен серьёзно. Идея с библиотекой мне и вправду нравилась.
— Почти в лесу, ребята! — Сет стукнул каблуком сапога по стенке кабины, давая нам знать.
Приглушённые возгласы радостного предвкушения прокатились по карете. Я невольно выпрямился на сиденье, сам не зная, чего ожидать, но чувствуя, что сейчас должно произойти что-то… особенное. Интриганы, блин.
— Смотри, — прошептала Шелли, когда мы углубились в лес. Я проследил за её пальцем туда, где он указывал на тонкий серп луны, всё ещё висевший в предрассветном небе.
Вскоре солнце начало медленно заливать лес вокруг нас светом, меняя его цвет с густого, почти чернильного, на ультрамариновый, и, наконец, на нежно-сизый, по мере того как утренний туман испарялся, и мир вокруг окончательно просыпался.
Вокруг нас уже вовсю кипела жизнь: жужжали насекомые, где-то вдалеке перекликались птицы. И как бы идиллически всё это ни выглядело, я всё равно оказался совершенно не готов к тому, что произошло, когда первые лучи солнца наконец коснулись изумрудных крон деревьев.