— Какое еще марево? — Сам я такого никогда не замечал. Интересно, что еще она видит, чего не вижу я?
— Еле заметное, но я его вижу, если присмотрюсь, — она хитро улыбнулась. — У меня глаз наметанный на такие штуки.
— А мне нравится, когда ты на меня так пристально смотришь, детка. — Я подмигнул, пытаясь стереть тревожные морщинки с ее прелестного личика. Улыбка ее чуть дрогнула, но не исчезла, и это уже хорошо.
— Если все так быстро произошло, как ты говоришь, — задумчиво протянула она, перестав улыбаться, — то это хреново. Значит, ты махом потратил кучу энергии. Это не шутки, Макс. С этим нельзя играть.
— И что это, по-твоему, было? — Я оглядел веселую толпу на Празднике. Народ вокруг уже вовсю гулял, многие в каких-то дурацких костюмах деревьев, кто-то пел, кто-то плясал. В нос ударил такой восхитительный аромат, что у меня аж слюнки потекли. Желудок свело от голода — видимо, этот «скачок» сожрал все мои резервы.
— Думаю, какую бы силу ты там ни юзал, ее надо тратить очень экономно. А лучше вообще не трогать, пока не разберемся, — серьезно отрезала Рита и решительно потащила меня к лотку, где торговали чем-то похожим на зеленые сосиски в тесте на палочке. А пахло от них так, что я готов был сожрать штук тысячу, не меньше, прямо сейчас. Организм требовал топлива, и срочно.
Надо отдать Рите должное, она заказала семь штук этих зеленых мясных рожков.
Один себе и шесть — мне. Вот это я понимаю, забота! И знание моих аппетитов.
И только когда я прикончил пятый этот шашлычок, запихав его в себя чуть ли не целиком, я смог наконец выдохнуть и сосредоточиться на чем-то еще, кроме сосущей пустоты в желудке. Голод был просто зверский, будто я неделю не ел.
— Мать честная! — Только и вырвалось у меня, когда я уставился на последний зеленый рожок, который Рита насмешливо окрестила «сосиской Шрека», пока я жадно уплетал предыдущие. Теперь, когда первый голод был утолен, я распробовал: на вкус это напоминало сочную свиную грудинку с каким-то сладковатым, кленовым привкусом. Необычно, но чертовски вкусно. — Ну и проголодался же я. Как волк.
— Ты слишком много сил потратил, — напомнила Рита и взяла меня за подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза. Внимательно вгляделась. — Хм, уже лучше. Взгляд осмысленнее стал. А то был как у зомби.
— Эй. — Я легонько подтолкнул ее руку с недоеденным рожком — она так и не притронулась к нему, все обо мне беспокоилась. — Знаю, напугал я тебя тогда. Но, честное слово, сейчас все путем. Постараюсь больше не выкидывать таких фортелей, пока хотя бы не высплюсь нормально. А то и правда, как выжатый лимон себя чувствую.
— Ладно, — она вздохнула и наконец-то откусила от своего «зеленого чуда». Прожевала, задумчиво глядя на меня. — Но надо будет потом проверить этот твой… новый уровень способностей. В спокойной обстановке, чтобы понять, что это вообще такое и с чем его едят. И чтобы ты не угробил себя случайно.
— Это потом. — Я легонько ткнул ее пальцем в кончик носа. — А сейчас давай уже расслабимся, а? Я слышал, тут какой-то Праздник в самом разгаре. Грех не повеселиться, после всего-то.
— Ты прав, муженек, — Рита хихикнула, и в ее глазах заплясали озорные искорки. Напряжение понемногу отпускало ее. — Надо бы нам поторопиться на площадь. Уверена, Бруно там уже все пороги обил, нас разыскивая. И наверняка готовит нам грандиозную выволочку.
— Черт! — Плечи у меня сами собой опустились. Я вспомнил, как Бруно строго-настрого приказал всем вернуться к тому моменту, как пушки бабахнут перед раздачей меда. — Он же нас с потрохами съест. Как думаешь, может, лучше снова с Детиной схлестнуться? Меньше ора будет.
— Прорвемся, — усмехнулась Рита, ловко избавляясь от палочек-шампуров. Она притянула меня к себе и уткнулась носом мне куда-то под подбородок. Ее волосы пахли травами и чем-то неуловимо сладким, родным.
— И что это мы тут такие нежные? — Я крепче обнял ее, в голосе проскользнули дразнящие нотки. Чувствовать ее рядом было… правильно. Это был мой якорь в этом безумном мире.
— Му-у-уж, — промурлыкала моя ласковая кошка мне прямо в ухо, от ее голоса по коже побежали мурашки, приятные и щекочущие.
— Да-а-а? — У меня в груди само собой заурчало в ответ, низко и довольно. Все тревоги на миг отступили.
— Догони, — шепнула она и легонько прикусила мочку моего уха своими острыми зубками. А потом, чертовка, метнулась в сторону и понеслась сквозь толпу, лавируя между прохожими с невероятной ловкостью.
— Беги, котенок, беги! — Азарт ударил в голову, и я рванул за ней.