Саимдан: дневник света
Тихо и несмело она пробиралась среди разбросанных повсюду вещей. Будто кто-то в спешке покинул этот дом. Хрустела под ногами фарфоровая крошка. Полуденный свет пробивался сквозь прорехи в затянутых бумагой окнах.
Зачем она здесь?
Саимдан несколько раз порывалась было повернуть назад, но что-то мешало ей. Какая-то сила упорно звала ее вперед - мимо сорванных с петель дверей, в соседнюю комнату - кажется, это было что-то вроде мастерской, судя по изобилию плошек с застывшими остатками краски. Обои на стенах отстали и висели рваными клочьями. В одном углу вместо голой стены блеснул серо-зеленый оттенок. Сначала она не обратила особого внимания, отметив лишь, что, наверное, художник в свое время занимался и росписью стен, а затем заклеил все от посторонних глаз. Но неясные воспоминания заставили ее взглянуть снова. Не просто серо-зеленый, именно этот оттенок она так долго и мучительно пыталась получить, когда решила непременно сделать копию с картины Ан Гёна.
Потянув на себя обои, женщина ахнула и отступила. Желтый, синий и немного белил. А поверх легкими невесомыми штрихами проступают поросшие лесом горы, водопады и облака.
- Кымгансан-до"? Но как это возможно?
Принцесса Док Хе
В конце концов ей пришлось его надеть. Ненавистное кимоно. В иной раз она бы смотрела на него с восхищением: бледно-розовый шелк с вытканными пионами смотрелся бесподобно, особенно в сочетании с темно-серым узорчатым оби. Теперь же наряд показался ей предсмертным платьем, в котором ей предстояло умереть и родиться заново на чужбине, вдалеке от дома.
- Вот, держите, принцесса.
Мать протянула ей чайный набор, завернутый в шелк.
- Никогда не пейте из чашки врага. Помните, как ушел из жизни ваш отец. И еще помните...что мы... что все мы здесь...
За громкими рыданиями Док Хе не разобрала ее последних слов. Все служанки, фрейлины, наложницы как одна упали на колени, плача и причитая, будто на похоронах.
14 дней в подарок от Бога
Хозяйка кафе с первого взгляда показалась Су Хён странной. Какой-то... заторможенной. Однако она с готовностью позволила им воспользоваться уборной и даже налила им по чашке горячего шоколада. Обстановка вокруг, мягко говоря, была ей под стать: большая клетка с попугаем, цветы, негромкая тягучая песня. И эта серебряная шпилька в волосах хозяйки, словно бы она только что появилась из старинной сказки. - Остерегайтесь воды, − неожиданно сказала она, заставив Су Хён поперхнуться. - Простите, что? - Скоро вы потеряете что-то очень важное, − со вздохом добавила женщина, продолжая до блеска натирать барную стойку. - Убегать бесполезно. Но не сдавайтесь. Боритесь!
Настоящая одежда
Кинуэ поднялась в отдел одежды. Ну и шмоток же там было - целые ряды один в один строгих костюмов, платьев, стеллажи туфель. Да одного этого отдела хватило бы на половину Токио, кто будет это все носить? - Прошу прощения? В свете ламп показалась темная фигура. Высокая женщина, очень худая - со спины одежда висела на ней как на вешалке, будто перед девушкой возник манекен, а не живой человек. В довершение ко всему, женщина упорно ее не замечала, в глубокой задумчивости рассматривая завезенную утром коллекцию платьев. - Госпожа Мики? Наконец-то она соизволила повернуть голову в ее сторону. Наверное, ей бы тоже очки не помешали: уж слишком долго она щурилась, рассматривая Кинуэ. - Девочка, если носишь скучную одежду, у тебя будет скучная жизнь, − наконец изрекла г-жа Мики, окидывая сочувственным взглядом ее серую невзрачную футболку, джинсы и громоздкие черные ботинки на ПЛОСКОЙ подошве.
Восхождение фениксов
Разряженная в пух и прах барышня чинно шествовала к дворцовым воротам. Победоносно оглянувшись на приближенных, принц двинулся было ей навстречу. И остолбенел, стоило девушке кокетливо опустить шелковый зонтик. Он не считал Чжи Вэй красавицей. Да, было в ней что-то притягательное, но он больше отдавал дань ее уму и решительности, чем утонченности черт. Теперь же все ее лицо было испещрено конопушками, брови разлетались в разные стороны, будто обожженная ворона, пролетая, мазнула крылом по наисмешнейшей физиономии, которая с удовольствием улыбалась сейчас в ответ на его изумленный взгляд. Вдобавок, эта девчонка еще и зубы себе начернила, а во рту у нее перекатывались орехи, придающие ее лицу еще более придурковатый и уродливый вид