Другой голос. И теперь, подойдя поближе, Синь заметил, что черты лица у незнакомца были немного резче, а между бровей, несмотря на юный возраст, пролегли две глубокие складки.
- Черт побери, ты кто вообще такой?..
Алые сердца Корё
Хэ Су восторженно кружилась вокруг своих сокровищ: мыльный корень, флаконы с душистым маслом, радужные россыпи цветочных лепестков сплошь покрывали небольшой столик в беседке.
- Барышня, а для чего это? - недоумевала Че Рён, с наслаждением вдыхая богатый букет ароматов.
- Как для чего? Для мыла, конечно же! - запрыгала Хэ Су.
Ближе к вечеру, прогуливаясь по саду, Хэ Мен заметила в тени сливы фигуру 8-го принца. Укрывшись за разросшимся кустарником, тот с улыбкой наблюдал за хлопотавшей над его подарком Хэ Су. Тихонько напевая, та колдовала над многочисленными плошками, что-то добавляла, взвешивала, вымешивала руками снегообразную массу, раскладывая ее при помощи Че Рён в наскоро вырезанные деревянные формочки.
Хэ Мен замерла, не решаясь подойти поближе. Жалость, горечь обиды, привязанность и благоразумие - вся борьба чувств отразилась на изможденном болезнью лице, окрасив щеки лихорадочным отблеском заката.
Тенор
- Даже не переживай, детка. Могла бы и не приходить сегодня. Что толку в этих прослушиваниях, если ты одна у нас звезда?
Такая лесть ее устраивала. Мелани смеялась и кокетничала, потягивая вино из бокала. Внизу новые и новые конкурсантки пытались выжать из себя хоть одну достойную ноту. Серость. Джеймс прав - им всем до нее, как до звезд.
Но кто это у нас?
Зеленые глаза Мелани подозрительно сощурились. Нет, она не ошиблась. Неужели та самая женушка их внезапно испарившегося гения?
- Мадам, как поживает ваш супруг?
- Операция прошла успешно, спасибо.
- Вот и славно. Будем надеяться, он еще сможет вернуться на сцену. Если вы его не затмите, − директор ободряюще улыбнулась, и от сердца немного отлегло. Исчез тот сковывающий ком в груди, голос зазвенел, как когда-то, очень давно. Именно эти грудные ноты однажды пленили Пэ Чхоля, заставив его обратить внимание на худенькую скромную солистку.
Звон разбитого стекла прервал ее арию на самой сложной ноте. Самодовольно поправляя рыжие локоны, Мелани рассыпалась в извинениях перед комиссией.
- А правда ли, - как бы невзначай заметила она, - что вы до смерти боитесь сцены? Я смотрю, у вас и сейчас губы дрожат. Что, и в таком состоянии собрались петь в опере?
Небесный замок
Репетитор Ким была великолепна. Строгая, элегантная, как и полагается мастеру, способному обеспечить 100% попадание в один из самых престижных вузов страны.
Сидящие рядом мамочки тоже насторожились. Одна, две − целых три конкурентки. Но нет, именно ее дочь заслуживает самого лучшего, и ради этого она ни перед чем не остановится.
- Вы работаете?
- Да, у меня своя фирма. Насчет графика не беспокойтесь, я сама себе хозяйка.
- Дело не в вас, а в вашем сыне. Согласно статистике дети работающих родителей не могут полностью сосредоточиться на учебе. Вы разве не знали?
Аура мадам Ким не допускала ни малейшего желания спорить, отстаивать, доказывать. Какой бы ни была влиятельной семья, перед пронзительным взглядом черных глаз смутился бы, наверное, сам император.
Стопка папок тисненой кожи редела с каждой минутой. Наконец в руках репетитора оказалась последняя. Зловеще блеснул золоченый банковский вензель, заставив Со Чжин еще крепче сцепить разом вспотевшие ладони.
Ребята (2008)
Колокольчик над дверью жалобно звякнул. Последняя нота медленно растворялась в густом полумраке подвальной закусочной. Все те же лица, освещенные бледно-желтым светом тусклых ламп. Скользнув взглядом по Такео, посетители торопливо опускали глаза в свои бумажные тарелки с остатками ужина. На дне стаканов пенилось недопитое пиво, дымились окурки в мыльницах дешевых пепельниц. Шуршали желтые листы дешевых газет, в которых кроме очередной криминальной сводки решительно не было ничего стоящего внимания. Ничего нового.
- Мне как обычно, - бросил Такео официантке за барной стойкой. Половину лица девушки скрывала неизменная марлевая повязка. Официантка кивнула и вскоре перед парнем оказался разогретый в микроволновке бургер и банка обжигающе-ледяного пива. Все, как он любит. Удивительно, что она запомнила его предпочтения. Впрочем, Такео единственный, кто не приставал к девушке с расспросами по поводу ее лица. Не то чтобы ему было не любопытно. Просто у всех в этом городе были свои темные тайны, о которых не хотелось никому рассказывать. У него самого была парочка таких, и ему совершенно не хотелось расписывать их приставу на своей очередной явке.