Объяснение вполне логичное и ему можно верить.
– Почему вас так волнует это дело? И откуда вы узнали о моём визите в архив?
– У женщин должны быть свои секреты, – увильнула я от ответа.
– У вас их так много, Асенька, вы меня интригуете, – интимным шёпотом произнёс виконт, придвигаясь ближе.
Стремительно подскочив, я отошла на пару шагов, поворачиваясь к Найджелу спиной, и посмотрела на сына, сидевшего тут же на ступенях, теребя за ухо плюшевого медведя. По талии вдруг скользнули чужие руки, вызывая бурный протест в груди и отторжение этих прикосновений. Дёрнулась в попытке вырваться, но мужчина только прижал меня крепче. Хотела шандарахнуть его чем-нибудь из магического арсенала – не успела! Неожиданно виконт взвыл, выпуская меня из объятий и хватаясь за собственный зад. В воздухе запахло жареным. И это не метафора! Я недоумённо смотрела на выпучившего глаза мужика, пытаясь понять, что происходит.
Найджел покраснел и не оборачиваясь попятился из беседки, а после – в сторону своего сада, развернувшись только у самых кустов. Вот тут-то я и узрела причину странного поведения. На штанах виконта зияла огромная дыра с подпаленными краями, демонстрируя обе ягодицы!
Мужчина исчез в зарослях, лишь тогда я позволила себе несдержанно хихикнуть и перевести взгляд на грозно нахмурившегося Тео.
– Сын, я и сама могла за себя постоять, но спасибо! Защитник ты мой! Вопрос только, меня оберегал или за папу обидно?
– Папа! – заявили мне тут же, ещё сильней сведя брови на переносице.
– Никто не собирается обижать твоего папу. Пошли кушать, мыться и спать!
– Мыться с мамой! – выставили мне условие.
– Хорошо, сама помою. Но сказку тогда читает няня!
Составив план на вечер, мы спокойно вернулись в особняк. Ну как спокойно, я всё ещё посмеивалась, вспоминая эпичный побег виконта.
21
УИЛЬЯМ.
Я был убеждён, что Ася намеренно отправилась за мной в Орктанс. Пусть несколько неприятно кольнуло её недоверие, но я быстро с этим смирился, даже обрадовался, что любимая рядом, и её обиду до конца не воспринимал всерьёз.
Поэтому информация, что Асения попросту сбежала из дома и мы встретились случайно, меня буквально раздавила. Я мог ожидать от супруги всё что угодно: скандал, слежку, отказ со мной общаться, но это?! Никогда не думал, что она сможет уйти от меня.
Однако произнесённая Аистёнком магическая клятва, подтверждает обратное. Неужели я настолько ничего не значу для неё, что одна ссора и она готова оставить позади всё, что нас связывает?
Я сейчас не только о трёх годах брака, сыне и совместном магическом резерве. Страшное общее прошлое, когда мы оба лишились семьи. Одиннадцать сложных лет, что я оберегал её, пытаясь пробиться сквозь ненависть. Я же всегда ей всё прощал: грубость, пренебрежение, глупые детские выходки. И после свадьбы ворчал, но по сути закрывал глаза на её тягу к расследованиям, на порой опасные и сумасбродные поступки.
Всё просто. Ася ещё в ночь нашего знакомства стала для меня всем. Единственным дорогим человеком. Только ради неё я смог жить дальше, отпустив едва не разрушившую меня боль, зная, что нужен этой малышке.
Конечно, я и представить не мог, что когда-нибудь полюблю её как женщину и женюсь. Но так сложилось. И теперь маленький аистёнок – моё сердце. А кто для неё я? Ведь в её жизни тоже всегда был только герцог Блеквуд. Враг, ненавистный опекун, мужчина, к которому она впервые почувствовала сексуальное влечение. И тот, кто предложил брак на её условиях.
Я искренне считал, что у нас замечательные отношения и безумная взаимная любовь. А сейчас сомнения ворочаются в груди и мозг сверлит мысль: а что, если она со мной только потому, что и выбора-то практически не было?
А тут виконт Трент – смазливый, галантный, обходительный, умеющий читать стихи и нести романтическую чушь. В общем, полная противоположность дерзкому и прямолинейному мужу, который о романтике даже в книгах не читал и совершенно на неё не способен.
Чем занимался ночь и день после разговора в архиве – я сам себе рассказать не смогу. Поспать не удалось, и с рассветом я сбежал в управление. Там, закрывшись в кабинете Уокера, тупо сверлил взглядом стену, терзаясь малоприятными думами. Пока не заметил, что небо в окне окрасилось багряным.
Вернувшись в особняк Эвилины, молча прошёл мимо поздоровавшейся со мной графини, поднялся в предоставленную комнату, сразу скользнув на балкон. В противоположном окне света не наблюдалось, обвёл взглядом сад и остановился на беседке. Асения разговаривала с набившим оскомину Найджелом. Они так мило друг другу улыбались, что у меня непроизвольно сжались кулаки. Оставаясь в тени обильно разросшегося плюща, привалился спиной стене, не в силах отвести от них глаз.