– А как же, были! Часа два назад их мужчина забрал, – ответила дородная женщина, смотрящая на меня с осуждением.
– Какой ещё мужчина? – начала я впадать в панику.
– Светловолосый, статный такой. Но нам-то откуда знать, вам, наверное, виднее. Вы же мужчин как перчатки меняете. Виконт Трент, герцог Блеквуд, сейчас вот незнакомец с усами!
А-а-а! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Хорошо всё-таки Марино маскируется, раз в нём никто бывшего кронпринца опознать не может. Хотя нянечки не тот контингент, с которым он общался. Их шляпой да усами вполне можно с толку сбить. Теперь остаётся только одно – я, не вспомнив о существовании извозчиков, стремглав рванула в Управление по борьбе с преступностью. А к кому в такой ситуации бежать, как не к мужу? Об Ильме, разумеется, я напрочь забыла.
Только на двери Управления висел огромный навесной замок. Будто веря в чудо, на всякий случай подёргала дверь и обессилено опустилась на пыльные ступеньки. И что дальше?
– Так, Аська, не закатывай истерику, давай рассуждать логически. Сам по себе Теодор Квентину не нужен. Мужская магия в другом мужчине не приживается, тем более, если он хоть каплю магии Тео в себя вольёт – скончается в диких муках. Значит, похитил он его для шантажа. Меня пугать будут или Уильяма не ясно, но требования, безусловно, подкинут к дому. Возвращаемся!
Разговор сам с собой помог, и до одного места мне, как при этом на меня смотрели прохожие. Поднялась, уже хотела остановить проезжающий мимо экипаж, как вовремя вспомнила, что дом покидала в спешке и денег при себе не имею. Ладно, тут в принципе не слишком далеко.
Добравшись до особняка, обнаружила так же, как и я недавно, сидящую на ступенях баронессу. Она потерянно крутила в руках небольшую сделанную из дерева и покрытую лаком шкатулку. Заметив, что уже не одна, женщина протянула сей презент мне и глухо пробормотала:
– Вот, прямо посреди крыльца стояла. А я открывать боюсь.
Плюхнувшись рядом с Ильмой, я подняла гладкую крышку и, бросив мимолётный взгляд на прозрачный флакончик со слегка зеленоватой жидкостью, достала сложенный вчетверо листок бумаги.
«Хочешь вернуть сына живым и невредимым – заставь Блеквуда выпить зелье. Поданный тобой напиток герцог проверять не станет, а запаха и вкуса он не имеет. Не трясись, Асенька, это всего лишь снотворное. Как супруг уснёт, повяжи на балконе красную тряпку, чтобы подать мне сигнал. Ну и балконную дверь распахнутой оставить не забудь. До скорой встречи, дорогая!»
Вяло передав записку компаньонке и сжав в кулаке флакон, я задумчиво уставилась на куст смородины с крупными красными ягодами, впрочем, его совсем не видя.
– Что ты предпримешь? – спросила Ильма, пробежавшись глазами по строчкам.
– Хочешь узнать, кого я выберу: мужа или сына? – ухмыльнулась я горько. – Я знаю только то, что мне надо побыть одной.
Тяжело встав, я прошла на второй этаж и спряталась за дверьми своих апартаментов, закрываясь на ключ. Упав навзничь на кровать, подняла флакон, сквозь него глядя на весело светившее в окно солнце.
Квентин, ну ты и мудак! Думала ли я когда-нибудь, что мне придётся выбирать из двух самых дорогих для меня мужчин – кому жить, а кому умирать? Уверена, Марино не солгал и прислал действительно снотворное. Просто яд Уил в любом случае почувствует, даже вручённый любимой женой, а тут... Да, выпьет не проверяя.
А со спящим беспомощным герцогом Блеквудом можно сделать всё что угодно. Хотя тут и гадать не надо: эта тварь его убьёт. Ядовитую тьму Уильяма красть бессмысленно – она сожжёт любого, кто к ней прикоснётся, и принц как никто это знает – уже пробовал паразитировать на магии моего супруга. Повезло, что на уже использованной, а то бы ещё три года назад в фамильный склеп королевской семьи перебрался. А так только состарился быстрей.
Но Уил прав, если убить его и жениться на мне... Вот тут-то и получишь весь резерв Блеквуда в своё владение. Причём лучше всего использовать старый брачный ритуал, чтобы меня без магии оставить. Зачем сильная и ненавидящая тебя женщина под боком, правильно? А страсть ко мне быстро потухнет, как только появятся первые морщины и седины.
В общем, перспективы ужасающие. А на другой чаше весов родной сын!
45
УИЛЬЯМ.
Засаду в лесу мы всё же оставили, на всякий случай. Да, я не верю, что от этого будет толк, но чем чёрт не шутит. В Управление вернулись уже ближе к вечеру. Привычно сел в кресло Картера и, откинувшись на спинку, спросил:
– Листовки расклеили?
– Ещё до обеда, – отчитался присевший напротив хозяин кабинета.