Как-то в очередной раз мы прогуливались вокруг пруда, было достаточно холодно. Марат меня обнял и сказал
- Кира, сегодня холодно, пойдём сыграем в шахматы, и я отвезу тебя домой.
Когда мы зашли в его кабинет, я спросила:
- Марат, что-то случилось?
- Костя погиб в автомобильной катастрофе.
- Где?
- В Испании.
- А Марго? - спрашиваю я
- Они развелись три месяца назад. Она живёт в Мадриде.
Я отхожу к окну, сумерки уже спустились на город, и я вижу в окне наши отражения. У меня начинают катиться слезы.
- Ты все ещё его любишь? - спрашивает Марат
Нет. Я не люблю Костю. Наверное, это последние слёзы по окончательной утрате, определенной части моей жизни под названием "страсть".
Я даже не заметила, что сказала это вслух. Но Марат все понял и не стал никак реагировать, только подошёл, вытер мои слёзы и поцеловал. Это был первый наш поцелуй. И он был прекрасен. В нем была забота и нежность. Любовь и мимолетная, сдержанная страсть, которая сейчас не хотела соперничать с той, чужой, бурной и яркой. И я была благодарна Марату за именно эти эмоции. Я отвечала Марату взаимностью, и мы так и стояли целуясь, будто хотели наверстать совместно прожитое время без них. Мы никуда не торопились, мы просто наслаждались друг другом. В какой-то момент у меня стали подкашиваться ноги, и Марат просто подхватил меня на руки. А я прижалась, уткнулась носом в шею вдыхая его пьянящий дорогой парфюм.
- Домой? - спрашивает севшим голосом Марат?
- Угу. - еле слышно мычу я
Марат привозит меня домой, но не даёт выйти из машины, а берет на руки и идёт к лестнице.
- Лифт, - говорю я
- Хочу продлить наслаждение этим моментом рядом с тобой
29. Любовь именно такая
Он останавливается возле моей квартиры и не торопиться меня ставить на ноги.
- Не хочу уходить, - снова севшим голосом говорит Марат, а мне передаётся его возбуждение
- Я не хочу, чтобы ты уходил.
- Ты уверенна?
- Как никогда, - говорю я и уже сама целую его.
Такого секса у меня небыло никогда. Это было столько нежности, столько ласки и поцелуев, я никогда не слышала своего имени, произнесённого в таком количестве. И не предполагала, что можно получать удовольствие даже от прикосновения. Мы не могли оторваться друг от друга, целуя и доставляя друг другу массу удовольствия. Я даже предположить не могла, что этот серьёзный, конкретный и где-то грубый мужчина, может быть настолько нежен с женщиной. Мы целовались даже когда стояли в пробке. Я не могла выйти из машины, чтобы пойти на работу. Я просто не могла от него оторваться.
Когда я все-таки глянула в зеркало на себя в своём кабинете, я не смогла узнать своё отражение. Губы были как у Поль Робсона, а глаза светились таким счастьем, что все купидоны мира аплодировали только моим двум.
На следующий день с работы меня забирал Валера, так как у Марата была непредвиденная встреча. И он появился только ближе к полуночи, когда я собиралась ложиться спать.
Я не знаю, что случилось тогда, в кабинете Марата, когда мы первый раз поцеловались, может это были мои гормоны, а Марата желания; а может это были дремавшие чувства, но теперь все выстрелило как фейерверк.
Когда я открыла Марату дверь и наши взгляды встретились, было чувство, что мы сейчас сметём все от нахлынувших чувств и желаний. Мы просто набросились друг на друга, срывая одежду и опрокидывая все что стояло на пути и являлось преградой к достижению удовольствия. Это была стихия страсти и бешеного оргазма. Теперь не узнавала себя я. Мне хотелось попробовать с Маратом всё. Я не могла себя сдерживать, а у Марата не получалось остановиться. И когда мы под утро упали в объятия друг друга голые и счастливые, то уснули просто моментально.
Проснулась я с полной уверенностью, что все-таки это гормоны разбушевались, потому что, увидев спящего Марата, я хотела его всего и сразу. На этот раз я хотела все сделать сама и Марат просто обалдел от моей наглости, категорично не позволяя ему дотронуться до меня. Но Марат не был бы Маратом, если бы не воспользовался таким случаем. В итоге он получил все что только мог пожелать и остался таким довольным и благодарным, что пару часов просто отыгрывался на мне тем же. Из постели мы выползали в полном смысле этого слова, к концу рабочего дня, чтобы хоть немного перекусить. Мы кормили друг друга, смеялись вспоминая истории из детства, но не переставали тактильно наслаждаться друг другом. В таком бешеном сексуальном ритме прошёл месяц. Живот у меня уже хорошо округлился и мне казалось я похожа на такого забавного колобка. Марат всегда прижимался к нему, целовал и разговаривал с ними, обсуждая как им всем повезло со мной, в том числе и ему.