Парень выбросил мешок и продукты, подумав, что ожидать от этих двоих можно чего угодно, а рисковать просто так не хочется. Лист же он сложил и убрал во внутренний карман.
Практически добравшись до дома, Дима свернул к зданию из красного кирпича с надписью "котельная". Выбив дверь, практически сразу нашёл то, что искал и вышел оттуда, держа в руках два лома, большой и среднего размера.
Подойдя к своему подъезду, он поднял маленький камушек и бросил в окно. Уже через минуту дверь ему открыл, уставший на вид, друг. Дима оглянулся, осмотрелся и зашёл. Помятая после взлома дверь теперь запиралась на два засова, так же Лёша поступил и с дверьми на первом этаже.
Вечер прошёл за чаем и кофе. Дима и Лёша решили по очереди вести караул на крыше. Первым отправился Дима, чтобы проветриться и в тишине обдумать дальнейшие планы. Вопросов с каждым днём становилось всё больше. Собрание же на площади больше похоже на промывку мозгов. Испуганных людей накормили, похвалили, нашли виновных и дали цель. К тому же алкоголь и безопасное место жительства. Если учесть количество людей на площади, и то, что к этому времени пришли ещё люди, сколько же их? Но важнее то, сколько людей не пошли!
Глава 12
То конечно знает Господь, как избавлять благочестивых от искушения, а беззаконников соблюдать ко дню суда, для наказания. 2Пет.2,9—10
Дима отдежурил половину ночи. Происшествий не случилось ни в его, ни в Лёшину смену. А утром Дима снова ошарашил домашних.
— Я пойду в крепость.
Ника, сидя на кровати, вздохнула, но больше для того, что бы просто показать своё недовольство. Настя сидела со штанами в руках, измеряя линейкой длину, и помечая что-то маленькими иголочками. Посмотрев на брата, повторила вздох подруги и сказала:
— Ну Дим, дождись хоть пока мы тебе костюм доделаем. А завтра пойдёшь.
Парень подошёл к сестрёнке, погладил по голове и поцеловал в макушку. Улыбнулся и, искоса посмотрев на Нику, ответил:
— Спасибо, Настён. Вот, хоть кто-то обо мне заботится.
Настя засмущалась, посмотрела на брата, потом на подругу и еле увернулась от летящей в них подушки. Ника уже взялась за вторую и замахнулась:
— Это я о тебе не забочусь?! — девушка бросила подушку и, встав с кровати, подошла к парню, взяв того за ухо. — Я тебе уши то надеру сейчас! Не забочусь я, видите ли!
Но парень даже не сопротивлялся, а удивленно, вместе с сестрой, смотрел на блондинку.
От такого взгляда Ника даже отпустила ухо.
— Вы чего так уставились то? Да что такое?! — девушка осмотрела себя на предмет чего-то, вызвавшего такой взгляд.
Послышался удивлённый голос Насти:
— Ничего себе ты...быстрая!
— В каком смысле? — не поняла она.
— В прямом! Ничего, что ты почти одновременно с подушкой подскочила? Нет, ну Дим, скажи же. Правда ведь!
Парень почесал затылок.
— Ну да, правда. Даже не знаю, что и сказать. А ну-ка так же до двери и обратно, а?
Ника посмотрела на них, а потом побежала к двери. Остановилась и уставилась на ребят. Удивлённее всех выглядел Лёша, который пропустил начало и отвлёкся от топора только тогда, когда перед ним пробежала девушка.
— Ну как? — спросила Ника.
— Ну...быстро, но совсем не так. — ответил Дима, а потом обратился к сестре. — Насть, а ты что ни будь можешь сказать по этому поводу?
— Могу. После того, ну, — девочка замялась, — случая, все стали сильнее. Но я не знаю, как это должно проявляться. Просто мои ощущения при прикосновении. Я не знаю как описать. Вот если руку под струю воды поставить и менять напор и температуру, вот так же. — Девочка с грустью на лице посмотрела на брата, понимая, как для всех это важно, а она не может ничем помочь.
Тот улыбнулся и снова погладил её.
— Ничего страшного, Насть, главное, что ты у нас есть. А с остальным разберёмся по ходу событий. Чем кстати и займитесь, пока меня не будет.
***
Спустя полчаса Дима снова бежал, на этот раз с наушником в правом ухе и средним ломом в руке. Большой он решил оставить дома. По дороге в голову пришла одна идея по проверке его усиления, осуществление которой он отложил на потом. За раздумьями парень прибыл на место.
Дима решил зайти со стороны станции метро Площадь революции. По всему периметру стояли патрули. На дороге блокпост, состоящие из четырёх военных, одного человека в чёрной рясе и ещё двух мужчин. Один из них был одет в джинсы и коричневую ветровку, с битой в руках. Второй в чёрном спортивном костюме, а на ремне, смотрящемся совсем не к месту, висел чёрный топор, такой же, как и у военных.
— Фамилия, имя, отчество? — спросил солдат.
— Бунша Иван Васильевич, — ответил Дима и обратил внимание на то, как пристально вдруг посмотрел на него мужчина с битой. Хмурый взгляд исподлобья и, вдруг появившаяся, улыбка на лице незнакомца, почему-то заставили парня заволноваться.