– Что за черт? – поднялся Гэбриэл, и я вскочила тоже, напуганная шумом.
– Я вышла из дому, – заговорила Анджи, – шла к машине, и тут он как выскочит передо мной! Я ударила его, подумала, что грабитель. Только потом мы кое-как выяснили, что это твой брат.
Сет! Я совсем забыла, что должна была встретить его у переправы, вот черт! Он тем временем заметил меня и устроил мне разнос:
– Скажи на милость, не возле переправы ли мы договорились встретиться? И если ты передумала, то почему бы не предупредить меня?
– Прости, я совсем забыла! Замоталась, столько всего случилось, – пояснила я, краснея под взглядом Гэбриэла, явно кайфующего от моих скомканных объяснений.
– Как насчет телефона, на который я звонил примерно раз сто?
– Он, наверно, остался в кармане…
– Если бы у меня не было твоего адреса, то я так бы и торчал там, на другом берегу, всю ночь!
– Поэтому хорошо, что он у тебя есть, – примирительно улыбнулась я и подошла обнять его, но Сет был совсем не в духе.
– Ты думаешь, это смешно? От Дублина досюда четыре гребаных часа езды, если не превышать лимиты скорости. Я уложился в два с половиной. Летел сюда с другого конца страны, потому что ты плакала и умоляла забрать тебя отсюда. Хотя кое-кто, – Сет ткнул пальцем в Гэбриэла, – обещал мне позаботиться о тебе!
Мой брат был просто вне себя от ярости, просто полыхал, как открытое пламя.
– Вышло недоразумение, Сет, – сказал ему Харт. – Тебе не обязательно орать на неё.
– Недоразумение? Ты обещал мне, твою мать! Клялся, что она будет в порядке! Не прошло и трех дней, как она звонит в истерике! Кем нужно быть, чтобы не суметь разобраться со своим дерьмом по-тихому!
– С таким дерьмом, как это, ты бы тоже психанул, поверь мне, – сказала я, не в силах больше слушать ор Сета.
– Я чувствую себя полным идиотом. Навернул сюда триста пятьдесят километров только потому, что милые не договорились, чья очередь мыть посуду.
– Я беременна! – взорвалась я, мечтая только о том, чтобы Сет заткнулся. – От Дэмиена Стаффорда! Немного другой масштаб проблемы!
И Сет умолк. Глаза округлились до размера монет, руки повисли вдоль тела, словно он вдруг начисто лишился всяких сил.
– Как, черт возьми? – вымолвил он, пребывая в полном шоке.
Анджи осторожно коснулась его плеча и сказала:
– Давай сюда куртку, оставайся ночевать. Я разогрею ужин. Это не на пять минут.
Он оглянулся на Анджи, смерил ее с ног до головы взглядом, словно увидел впервые, и молча отдал куртку.
Мы просидели в гостиной до полуночи. Сет слушал меня, схватившись за голову. Он внутренне расслабился, когда узнал, что меня не насиловали, но стоило ему услышать, что я хочу родить, как его глаза полезли на лоб.
– Ты уверена? – раз сто переспросил он. – Этот подонок не заслужил того, чтоб ему еще и ребенка рожали.
– Ребенка рожают не для кого-то, – заметила Анджи. – А ради него самого.
– Окей, я не большой специалист в том, для кого и для чего обычно рожает детей, но я могу сказать одно: у Кристи будут проблемы, если она решит оставить его. Большие проблемы. Как только все узнают, что она беременна, МакАлистеры сложат два плюс два и решат, что обращались с ней в плену не лучшим образом. А значит, надо проучить Стаффордов: паф-паф! – сказал Сет, складывая два пальца в «пистолет». Не то чтобы я жалел это зверье…
– Зверье? – переспросила Анджи, выгнув бровь.
– Именно, – кивнул Сет. – Зверь-е.
– И чем же они заслужили этот эпитет? – прищурилась Анджи.
– Жестокостью и отсутствием какой-либо морали.
– А МакАлистеры, значит, ангелы? Ходят по воздуху и светятся в темноте? – усмехнулась Анджи. Гэбриэл явно рассказывал ей достаточно, чтобы она сделала свои выводы.
– Не знаю, кто и что тебе сказал, детка, но у меня практически отрос нимб за последние пару лет, – возразил Сет, выглядя почти оскорбленным. – Ношу с собой оружие только потому, что знаю, что за кустом может поджидать снайпер. Ни во что не лезу. И мое единственное желание – дожить до тех пор, когда смогу увидеть у себя на голове хоть один седой волос. Седой волос – вот это будет праздник! Не понимаю тех, кто ненавидит седину. По-моему, это прекрасный символ того, что ты, говнюк, оказался таким везучим, что смог дожить до этого великого момента… Так вот, а после «паф-паф» со стороны МакАлистеров Стаффорды придут и вернут должок. Они всегда возвращают. Можно прямо часики засечь…
– Я расскажу всем, что никто меня ни к чему не принуждал, – сказала я, чувствуя прилив праведного гнева.