Ирина ахнула восторженно:
— Ты смотри-ка! Не соврал!..
— Ну! — усмехнулся я. — Антоныч мужик твердый. Сказано — сделано!
Тут из входной группы вывалилась вся аспирантская братва, поднятая Семеном «в ружье». Серый и Радон, как выражался сам Топильский — соседи по шестьсот девятому блоку Сергей Чижов и Радик Халитов. Девушки: Таня, Катя, Ольга, Вера… Ну, этих только пальцем помани. И Вадим, понятно! Куда же без него.
Мой взгляд так и зацепился за лицо аспиранта Гранцева. Честное слово, так странно было видеть своего будущего шефа столь помолодевшим. А главное — улыбающимся, приподнятым, жизнерадостным! Суровая жизнь на вершинах бизнеса сделала Вадима в зрелости сумрачным, недоверчивым… да попросту неприятным типом. Да, ко мне он относился по-особому, но я представляю, каково было тем, кто хлебал от него лиха полным черпаком. А сейчас он был совсем другой. Веселый, улыбающийся парень. Правда, и теперь было видно, что он полон энергии, а лучше сказать, какой-то брутальной, свирепой силы, он заряжен на жизнь, готов бороть, мять, ломать, укрощать ее, делать послушной. Иными словами, рожден быть чемпионом — а уж в какой сфере, посмотрим.
И привычка к краткости сложилась у него тогда же.
— А! — воскликнул он. — Земляк на месте — полет нормальный! — протянув мне руку.
Сегодня мы еще не виделись.
Обменялись рукопожатием. Ну, хватка у Вадима была почти как у борца.
Замыкающим на крыльцо громоздко вывалился Семен. Понятно, он сиял как медный котелок. Он видел изумление и восторг девушек. Не сомневаюсь, что он видел ошарашенные, возможно и завистливые взгляды случайных прохожих, сознающих, что никогда в жизни у них не будет возможности прокатиться в столь роскошном экипаже… И все это наполняло его щедрую душу позитивом, как парус — попутным ветром.
— Ну⁈ — заорал он, привычно поводя плечами — куртка нараспах, ему всегда было жарко. — Чего стоим, кого ждем?
— Тебя! — хохотнул кто-то из парней.
— Так вот он я! Вперед, праздник ждет нас!.. Да, только одно: курить в машине нежелательно. Не то, чтобы запрещено, но… Словом, просьба такая. И шампанского нет. Все остальное нет, а этого нет.
— Ну, понятно, — ухмыльнулся Вадим. — Во что салон превратится после шампани…
— Давайте! — Антоныч шикарно взмахнул рукой и гаркнул: — Петя! Открывай калитку!
Немногословный Петя кивнул, взялся за ручку дверцы…
— Ириша! — весело крикнула Таня, сбегая по ступенькам, — занимаем лучшие места!
— Для Ириши лучшее место рядом с Юрой… — многозначительно произнес я негромко и как бы в пространство, но так, чтобы она услышала.
Услышала, конечно. И отреагировала сдержанной улыбкой. Молча.
С радостным гомоном будущие ученые рассаживались в салоне. Роскошные кожаные диваны тут были сделаны буквой П, в центре стоял столик, имелось место и для мини-баров, мини-холодильников, где располагались напитки и уже подготовленные холодные закуски, как в виде бутербродов, так и просто нарезок. Мини-стеллажики с бокалами и рюмками, фрукты и кондитерка также присутствовали.
— Знакомьтесь! — проорал Семен. — Капитан нашего корабля! А зовут его Игорь!
И указал на водилу в строгом темном костюме с галстуком, сидящего по ту сторону перегородки, отделяющей пассажирскую часть салона от служебной.
Тот суховато кивнул и вполоборота к нам отбубнил заученный текст вроде:
— Здравствуйте! Рад приветствовать вас… вы сделали правильный выбор, доверившись нашей компании… мы постараемся сделать ваше путешествие по ночной Москве незабываемым… большая просьба воздерживаться от курения… — ну и в том же духе.
Все это он проговорил без выражения, чувствовалось, что ему глубоко по барабану и наш выбор, и мы сами. «Да, я вынужден быть прислугой, — безмолвно звучало за нарочито равнодушной речью. — Но не я такой, а жизнь такая. Лучше всего будет, если вы просто не будете меня замечать. Есть я, нет меня — неважно…»
Отговорив приветствие-инструктаж, водитель вопросительно взглянул на Семена. Благодетель наш важно кивнул:
— На Красную площадь, шеф! Как договаривались.
«Шеф» поднял стекло, окончательно отгородившись от нас. Лимузин плавно тронулся задним ходом, отъезжая от крыльца, аккуратно развернулся и покатил к выходу на Рязанский проспект.
Ирина в самом деле уселась рядом со мной. Сама. Я не просил. Больше скажу: я нарочно взобрался в машину первым, сел в ожидании: что Ирина предпримет?.. Типа судьба умнее нас, пускай сама решит.
Судьба в лице Ирины чуть помедлила. Это было видно. И выбор сделала. Я ощутил в груди поток тепла, идущий из неведомых сердечных глубин.