— Нам надо подумать, — ответила Заварзина, — а сейчас извините, но нам пора к Герману Валентиновичу. Он человек занятой, и мы договаривались с ним о встрече.
— Прекрасно. Думайте. Вот вам номер телефона. Как надумаете позвоните. — Тарханов протянул мне бумажку с написанным на ней номером, затем вышел из машины и с любезным видом открыл заднюю дверь.
Заварзина вылезла из автомобиля подошла ко мне и сказала:
— Пошли Саша. Нам пора. Герман Валентинович ждет нас.
Мы, не прощаясь с Тархановым пошли на троллейбусную остановку. И на остановке пока мы ждали нужный троллейбус и пока ехали в нем мы с Юлей не обмолвились ни единым словом. Когда до дома дяди Германа оставалась пара остановок Юля обратилась ко мне со словами:
— Саша давай выйдем и пройдемся пешком. У нас еще есть время в запасе.
Мы вышли на ближайшей остановке. Я взял Юлю за руку, и мы пошли вперед. Заварзина помолчала еще немного. А затем сказала мне:
— А ты знаешь я знаю. Вернее, знала этого самого Тарханова.
— Интересно, когда это ты успела познакомиться с ним? — с ноткой недовольства в голосе спросил ее я, — раньше ты мне ничего не рассказывала о своих знакомствах с офицерами госбезопасности.
— В своей первой жизни. Я знала его в своей первой жизни. И он тогда уже не являлся действующим сотрудником КГБ. Собственно, в тот момент, когда я впервые его увидела уже и самого КГБ давным — давно не существовало. В девяностые годы Тарханов был начальником службы безопасности банка “Святослав” здесь в Величанске. Этот банк контролировала группировка вора в законе Виталия Гвоздева по кличке “Гвоздь”. Насколько мне известно Тарханов уволился из КГБ в звании подполковника, затем его подобрал Гвоздев. В середине девяностых годов он стал едва ли не его правой рукой.
Я с большим недоверием в голосе перебил Заварзину:
— Юль, по-моему ты что-то путаешь. Какой бы плохой или даже мерзкий не был Тарханов я не могу представить себе, чтобы офицер госбезопасности пошел бы в услужение вору в законе. Такого просто не может быть. Я лично не могу себе даже такого представить.
— Ты многого не можешь себе сейчас представить Саша. Многого, что кажется совершенно немыслимым сейчас в эти дни, станет совершенно в порядке вещей через несколько лет. Ты не можешь себе представить как все решительно изменится вскоре. И люди, и обстоятельства, и нравы. Для девяностых карьера Тарханова будет не то, что исключением она будет обыденной. В те годы очень много выходцев из КГБ и МВД возглавляли службы безопасности в разного рода коммерческих структурах. А эти самые структуры в свою очередь контролировались криминалом. Так что служили такие Тархановы преступникам без малейших угрызений совести. Тем более, что служба эта не плохо оплачивалась.
— Ну не знаю, не знаю, — пробурчал я, — возможно ты и права. Не жил в это время не знаю. Ну и чем закончилась эта служба для Тарханова?
— Плохо закончилась. Тарханова вместе с его шефом Гвоздевым расстрелял киллер в кафе летом 1998 года. Но в то время подобные вещи происходили регулярно и можно сказать были обыденностью.
— Ничего себе обыденность! Убийцу надеюсь поймали?
— Нет. Хотя ни для кого не составляло большого секрета имя заказчика этого убийства.
— Как же это так? Что у вас там будет твориться в будущем?
— Я же говорю, что скоро все очень быстро и радикально изменится. А заказчиком убийства Гвоздева и Тарханова был некто Нечаев. Человек, который сумел к концу девяностых подмять под себя и город, да и почти всю область, сожрав при этом всех своих конкурентов. А особенно неуступчивые были практически демонстративно убиты. Гвоздев был из таких, неуступчивых.
— И вот так все знали, что этот Нечаев организует убийства конкурентов и это ему сходило с рук?
— Да так. Это был страшный человек. У него было много денег и много связей в том числе и в Москве. Ходили слухи, что ему вообще отдали всю Величанскую область на кормление. При условии, если он сумеет установить контроль над ней и не будет забывать своих покровителей в столице отстегивая им регулярно солидный процент со своих прибылей. При этом ему выдали чуть ли не полный карт бланш на все действия, которые он сочтет нужными. Нечаев был весь в крови по самую макушку. Начальник его службы безопасности был под стать ему садист и убийца в подчинении которого находился большой отряд готовых на все боевиков головорезов. Страшно вспоминать, что творили эти люди вернее не люди. Но самому Нечаеву было это мало. Он лично любил пытать и убивать людей. Это был законченный садист и кровавый маньяк. В своем загородном доме он оборудовал настоящую пыточную тюрьму. Он особенно он обожал мучить проституток. Его боевики похищали их, да и не только их, жертвой могла стать любая женщина или девушка привозили в этот загородный дом, и Нечаев и лично мучил их до смерти. На его счету, наверное, десятки таких жертв. Но все попытки разоблачить его заканчивались плохо не для него, а для тех кто хотел этого. Моя подруга Наташа так же была журналисткой причем достаточно известной и за пределами области и даже в Москве. Она сумела раздобыть где-то совершенно убойный компромат на Нечаева, опубликование которого грозило ему серьезными неприятностями. Ее взорвали в автомобиле вместе с мужем и трехлетней дочерью. Они сгорели заживо. Компромат исчез. Мой первый муж Олег сумел почти доказать причастность Нечаева к одному из убийств. Замять дело в том числе и за хорошие деньги он отказался. Его застрелили практически на пороге квартиры, где мы жили с ним. Убийцу, естественно, не нашли.