После завтрака Ася пошла на учёбу, которая без Зейна снова казалась скучной и бесполезной, как и вся её жизнь. Каждый раз, когда она пыталась сосредоточиться на чём-то другом, в сознании возникал образ наёмника, вызывая волны ностальгии и боли.
День прошёл бесцветно и пусто – она даже его не запомнила, делая всё на автомате, – а вечером, оставшись одна в своей комнате, решила, что дальше так не может продолжаться.
Сев на пол, она достала рубашку Зейна и прижала к груди, вдыхая знакомый запах. Слезы потекли по щекам, и она прошептала:
– Я люблю тебя, Зейн. Я не знаю, как жить без тебя.
Ей хотелось увидеть его хоть на миг, и она подумала, что если не будет жить в его мире, то сможет хотя бы навещать его украдкой. В этом она видела своё спасение.
Она закрыла глаза и сосредоточилась на медленном глубоком дыхании, чувствуя, как боль немного утихает и в глубине души зарождается надежда. Но вместо света перед глазами она видела лишь темноту, которая, казалось, всё глубже затягивала её в себя. Время шло, а она никак не могла переместиться, и вдруг поняла, что её портал между мирами закрыт. Она осталась в своей реальности. Без Зейна. Навсегда.
Глава 62
Когда Зейн с принцем Лиамом вышел из кафе, мир стал совершенно нормальным: небо, улица, дома – всё выглядело, как обычно. Люди больше не застревали в текстурах, а шли по своим делам или общались друг с другом без намёка на то, что это какая-то лагающая симуляция, но сейчас всё это казалось ему далёким и не важным.
Он поднял голову к небу и глубоко вздохнул, силясь унять нервную дрожь, но перед глазами всё ещё стояла чудовищная картина того, как Ася просто истаяла из его рук, помнящих тепло её тела.
Не сказав Лиаму ни слова и не взглянув на него, Зейн пошёл по улице, ощущая, как его ноги двигаются, но не понимая, куда он идёт, его движения были механическими, словно он стал лишь тенью самого себя.
В голове всё ещё звучали её слова: «Я всегда буду любить тебя». Но что это значило, если она ушла? Он не мог поверить, что она действительно приняла такое решение. В его сознании крутились образы их совместных моментов: смех, радость, нежные взгляды, – и каждый из них был теперь как нож в сердце.
Зейн остановился на углу улицы, опершись о стену. Он закрыл глаза и попытался представить её лицо, но вместо этого увидел лишь пустоту, в которой она исчезла. Каждый вдох давался тяжело, словно воздух вокруг был насыщен тёмной энергией, которая давила на его грудь. Слёзы стояли в глазах, и он крепче зажмурился, чтобы не дать им упасть. Он не хотел, чтобы кто-то видел его слабость. Он был наёмником, сильным и бесстрашным, но сейчас он чувствовал себя разбитым.
«Как я смогу жить без неё?» – думал он, стискивая зубы от гнева и отчаяния. Он не мог понять, почему Лиам не нашёл другого способа. Почему нельзя было восстановить мировой баланс, не жертвуя ею? Гнев закипал в груди, смешиваясь с горем. Это было несправедливо!
Он вспомнил, как Ася смотрела на него с безграничной преданностью и доверием, – и вот теперь он не смог её защитить. Он не смог спасти её от судьбы, которую она приняла ради него и этого мира. Зейн почувствовал, как в нём нарастает ненависть – к себе, к Лиаму, к миру, который без Аси остался пустым.
В этот момент он осознал, что не может оставаться в таком состоянии: он должен действовать, должен найти способ вернуть её. Он не знал как, но не мог позволить себе сдаться.
Зейн развернулся и увидел Лиама, который стоял поодаль, опершись о стену и смотря в его сторону. Наёмник знал, что принц не был злым, но сейчас в груди клокотала ненависть к нему.
Прежде чем Зейн смог остановить себя, он в невероятном прыжке оказался возле принца и схватил его за грудки, прижав к стене.
– Почему? Почему ты не нашёл другого способа? – зарычал наёмник, забыв о приличиях.
Лиам встретил его взгляд с сожалением в глазах и тихо ответил:
– Я сделал то, что считал правильным. Я не хотел, чтобы ты страдал, но баланс миров был на грани разрушения. Ася приняла решение, чтобы спасти нас всех.
– Спасение? – Зейн, отпустив принца и отступив назад, рассмеялся – безумно и горько. – Какое спасение, если она теперь исчезла? Я не могу смириться с этим!
Лиам положил руку ему на плечо со словами: