В этот момент Демиор, скрестив руки, прищурился и внимательно посмотрел на них.
– Вы выглядите так счастливо, – заметила Эстер. – Что произошло?
– Да, что? – подхватил Хранитель. – Вчера на ваше логово напали бандиты, а сегодня вы просто светитесь от счастья!
Ася не успела ответить, как Демиор, нахмурив брови, подошёл ближе и, наблюдая за Зейном, произнёс с недоверием:
– Подожди-ка... Ты что, старый развратник, соблазнил девочку?!
Внутри Аси всё замерло. Её щёки обдало жаром, а Зейн, продолжая её обнимать, вскинул голову и спросил с лёгким раздражением:
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, – продолжал Демиор, сверля наёмника суровым взглядом, – что вы выглядите так, как будто между вами что-то есть!
– Между нами всегда что-то было, – уклончиво ответил тот.
– Да, но... мне кажется, или... между вами что-то большее, чем дружба?! – прямо спросил Хранитель удивлённым тоном, словно сам поражаясь своей бестактности.
– Дем! – воскликнула Эстер. – Как неучтиво с твоей стороны задавать такие вопросы... и разбрасываться такими обвинениями!
– Ася, – не слушая её, строго продолжал Демиор, как отец, отчитывающий непослушную дочь, – ты должна быть осторожна с такими, как он.
Она попыталась найти слова, чтобы объясниться, но вместо этого лишь смущённо потупила взгляд, не в силах встретиться с пристальным взором Хранителя. Зейн, заметив её неловкость, сильнее прижал её к себе, как будто стараясь защитить от напора вопросов.
– Да ты что, Дем! – снова воскликнула Эстер, шутливо толкнув того в бок. – Ты же не на допросе, а в саду!
– Я просто беспокоюсь о ней, – продолжал настаивать тот, но в его голосе уже слышалась нотка игривости. – Ася, ты же знаешь, что у нас есть правила?
– Правила? – переспросила она, несмело подняв удивлённый взгляд. – Какие правила?
– Правило номер один: не доверять старым развратникам, – произнёс Демиор с серьёзным лицом, но в его глазах мелькнула улыбка.
Зейн, не выдержав, рассмеялся:
– Ну, если я старый развратник, то ты, похоже, старый ворчун!
Демиор, покачав головой, произнёс:
– Ладно, ладно, я вижу, что вы оба счастливы. Но, Ася, если что-то пойдёт не так, я буду рядом, чтобы защитить тебя от этого злодея!
– О, не переживай, – ответил Зейн. – Она и сама прекрасно позаботится о себе.
В этот момент Ася поняла, что, несмотря на всю неловкость, она действительно счастлива. Её смущение постепенно ушло, уступив место радости и веселью.
– Ладно, – сказал Зейн, когда они отсмеялись, вдоволь обменявшись шутками и подколами, – мы пришли по делу. Насчёт Лиама.
– Мы готовы отправиться в мой мир, – посерьёзнев, добавила Ася.
Эстер обеспокоенно прижала руки к груди.
– Это опасное решение, – произнесла она, – но я благодарна вам, что вы за это берётесь. Только... возвращайтесь, пожалуйста!
Зейн уверенно ответил:
– Мы сделаем всё для этого. И вернёмся не с пустыми руками, а с информацией о вашем брате.
Демиор, скрестив руки на груди, кивнул с одобрением:
– Хорошо, ребята. Но, Зейн, я беру с тебя слово, что ты нас не бросишь и позаботишься об Асе!
Эстер добавила:
– Давайте отведём вас в спокойное место. Там вам будет удобно медитировать.
Она повела их через сад, и вскоре они оказались в небольшой комнате дворца. Тёплый свет мягко освещал уютное помещение, стены были украшены картинами с природными пейзажами, которые создавали атмосферу умиротворения, а полы устилал белый ковёр с длинным пушистым ворсом.
– Вот здесь! – произнесла Эстер. – Садитесь, как вам удобно. Мы оставим вас в тишине.
– Не исчезайте надолго, – напомнил Демиор.
Зейн хмыкнул:
– Если время в этом мире застынет, пока мы будем там, для вас окажется, что мы вообще никуда не уходили!
– То есть мы даже не успеем от вас отдохнуть? – усмехнулся Хранитель.
– Пойдём, Дем, – Эстер потянула его за руку, и, одарив Асю и Зейна добрым взглядом, полным надежды, вышла из комнаты.
Они уселись на ковёр, взявшись за руки, и Ася почувствовала, как тепло и уверенность любимого передаются ей, несмотря на неопределённость и страх от мыслей о родителях, которые могли сойти с ума, если успели вернуться из санатория и узнали, что она пропала. Они были строгими и набожными, всегда заботились о её безопасности и никуда не отпускали одну – разве что на учёбу, – а тут такое!..