«Как видишь, твой босс тоже умеет всякие интересности разыскивать. Но ты на меня особо не полагайся, это скорее исключение, чем правило».
– Раз уж всё идёт к тому, что нам с тобой придётся «и жили они долго и счастливо, и умерли в один день», – первым нарушил тишину я, – давай хотя бы узнаем друг друга поближе. В частности – что ты можешь рассказать о баронстве, своей семье, себе?
– Ну… – протянула девушка. – Даже не знаю, с чего начать… Наш род владел замком Ланаров с самого момента его постройки, а это было ещё до Первой Волны. По факту, когда император выделил предку эти земли, замка ещё не существовало. «В год девятнадцать тысяч сто первый от Исхода, милостью Его Императорского Величества Каина IV, за верную службу и заслуги перед Ранкором, приказываю отныне величать Сигурда Ланара графом и жалую ему земельный надел в северных провинциях», – процитировала Астрид по всей видимости какой-то древний приказ. Девятнадцать тысяч сто первый год от Исхода – это за две тысячи сорок три года до Великого Мира. Сейчас, для справки, на дворе год тысяча четыреста двадцатый, то есть между Сигурдом и моей невестой почти три с половиной тысячелетия. Впечатляет.
– После распада Ранкора, когда северные провинции приняли Кодекс Вольных земель, владелец замка автоматически стал бароном. То есть, с одной стороны, – хихикнула она, – получилось понижение в звании, с другой – теперь семья ни перед кем не отчитывалась. Замок в том виде, как он выглядит сейчас, построили позже – незадолго до Великой Войны. Просто, потому что геологоразведку Северных гор до этого нормально никто не проводил, вот и выживали в основном за счёт немногочисленных налогов с сервов. И то, его после этого четыре раза перестраивали, так как постоянно растущая казна позволяла добавлять что-то новое или модернизировать старое. Ульрих, наш начальник дружины, говорит, что сегодня замок Ланаров – один из самых неприступных в регионе!
Ну, судя по тому, что я вижу со спутника – не врёт. Впрочем, тут лучше своими глазами всё оценить.
– Я, кстати, не первая одарённая в линии Ланаров, – продолжала меж тем рассказ девушка. – Просто… Ну ты же знаешь, если чародей заключает брак с немагом, то всегда есть шанс, что линия Дара пресечётся. Так и у нас в семье было пару раз. Теперь вот папа маму встретил. Она тогда сразу после Академии была, закончила факультет артефакторов, работу искала. А ему как раз нужен был новый маг, чтобы за механизмами замка следить. Так и встретились – в Лауре, на бирже труда. Тридцать пять лет назад, – голос Астрид подрагивал, но в целом выглядела она вполне неплохо – похоже, что уже смирилась. Или просто заставляет себя отрешиться от рассказа. – В баронстве сейчас целых… Вернее, было целых восемь магов, осталось шестеро. Двое бытовых, двое лекарей, маг смерти – Рольф и боевик, ученик погибшего Миста. Ну, в теории ещё я, но я кроме десятка рун и нескольких простых заклинаний ничего не знаю. Мама всё собиралась в Академию отправить, а папка – замуж выдать. Так и не определились. Так что, – фыркнула она, – я то готовилась к поступлению и учила разные науки, то к замужеству – и брала уроки этикета и управления замком. Теперь, похоже, тебе решать – куда я отправлюсь.
– Для начала – давай с баронством разберёмся. Как я и говорил – жить в замке у меня не получится. Слишком много дел в Торговом союзе, а может и не только там, – я качнул головой, забыв, что девушка меня не видит. – Наверное, нужно про себя что-то рассказать… Что тебе мама, кстати, наплела? И не только она, по идее…
– А немного! – с какой-то долей возмущения ответила Астрид. – У леди Дианы поразительный талант очень много говорить и при этом так ничего толком и не рассказать. А остальные про тебя ничего и не знают. Поэтому давай с самого начала.
– А как же «ты хороший»? – подколол я девчонку.
– Так это было понятно ещё по Осилии!
– Если только это всё не было моим коварным планом с самого начала, чтобы втереться к тебе в доверие и завладеть тобой и баронством.