Он громко повторил слова заклинания, стены содрогнулись, мерцающие знаки закружились в воздухе, но мэр не двигался. Некромант перешел за призрачную черту и склонился над почившим. Приложил пальцы к шее и выругался:
– Да он же в стазисе!
– В чем?
– Странный вопрос для выпускника академии, – заметил начальник. – Мартин, ты вроде бы изучал некромагию?
Не дожидаясь моего ответа, лер Десмонд совершил загадочные пассы руками и пробормотал неизвестное мне заклинание.
Я же судорожно вспоминала, что такое этот «стазис» и как он действует на труп. Но когда мэр Власек закряхтел, от испуга вздрогнула и нечаянно выронила флакончик с раствором. Склянка разбилась, и к потолку поднялись большие пузыри. Они лопались, образуя зеленоватую дымку. Потянуло тухлятиной.
Некромант обернулся ко мне и шумно втянул носом воздух.
– Мартин, что это за гадость?
– Ничего такого, обычные пузыри с вонь… с ароматизацией, – прогундосила, своевременно зажав нос пальцами. Пришлось приврать: – Специальное средство для поднятия умертвий.
– Мартишка придумала? – Десмонд прищурился.
Только неясно от чего: от едкого запаха или от злости.
– Вот у вас во всем Мартишка виновата! – огрызнулась я. – А у самого, между прочим, характер не сахарный! Я бы даже сказала, наоборот, как эти пузыри…
– Мартин! – рыкнул некромант и вроде бы чихнул.
– Будьте здоровы, – пожелала я.
– Это ты будь здоров.
И, кажется, опять чихнул. Мы вновь пожелали друг другу здоровья, причем одновременно.
– Это не я, – возразила я.
– И не я, – ответил некромант.
– И не мы, – снаружи раздался стройный хор голосов жителей Тушки.
Мы с лером Десмондом обернулись к гробу, и я вскрикнула. Мэр Власек перевернулся на другой бок и вновь чихнул.
– Удалось снять стазис. Нужно закрепляющее заклинание прочитать. – Начальник поднес к глазам маленькую черную книжицу и ругнулся: – Мартин, откуда дым? Я ничего не вижу!
– Так пузыри лопаются, из них дым идет. Вместе с запахом, – проговорила сдавленно, потому что дышать уже было невозможно.
– Специальное средство, говоришь? – рявкнул Десмонд и начал наступать.
– Новейшая разработка! – Я обежала гроб, пытаясь спрятаться за мэра, который кряхтя вылезал из убежища. – И это еще большой вопрос, ваше ли заклинание сработало или наши с Мартишкой животворящие пузыри!
– Впредь прошу согласовывать со мной нетрадиционные методы оживления! – разозлился начальник.
Пока мы препирались, раздалось очередное оглушительное «апчхи». Из глотки мэра Власека вылетела кость. Пробив самый большой пузырь и распахнув ставни, она улетела в окно.
Снаружи раздался вскрик, а мэр потер глаза и недоуменно посмотрел на нас.
– Вы кто? Столичные целители?
– Можно и так сказать, – ответил некромант, подошел к мужчине и проверил пульс.
На всякий случай оттянул веко и довольно кивнул. Убрал свою черную книжицу и свечи в чемоданчик, тем самым завершая ритуал.
– А что я делаю в семейном склепе? – заозирался мэр, кутаясь в плед. – Его недавно возвели, обжить-то еще не успели.
– Видимо, обживаете, – любезно пояснила я и указала на начальника. – Заслуженный некромант Протумбрии вас только что призвал.
– Куда призвал? Я вроде на умертвие не похож! – возмутился мэр.
– Помните, что с вами произошло? – приглушенно спросил лер Десмонд, прикрывая нос и рот ладонью.
Пузыри лопались один за другим, источая отвратительный запах.
– За ужином костью подавился, и жена отправилась за целителем. Тот меня стазисом собирался заморозить, а сам хотел за подмогой метнуться.
– Похоже, заморозил и сбежал ваш целитель, – сообщила я мэру.
– Ну и ладно. Хоть отоспался. А какой мне снился сон!
Мужчина мечтательно улыбнулся и зажмурился, а я уточнила:
– Какой?
– Летаргический, – отрезал Десмонд и направился к выходу.
Окошко открылось, инспектор просунул голову в склеп.
– Ожил наш мэр? – И тут же поморщился: – Чем у вас тут разит?
– Так вашего мэра оживляли, обработали специальным составом, – нашлась я. – Еще чуть-чуть, и разложение бы пошло!
Десмонд хмыкнул, а мэр Власек испуганно вскрикнул. Но, заметив возле стены бутыль и сало, оживился:
– Позвольте угоститься? Со вчерашнего вечера ничего не ел.
– Угощайтесь, – милостиво разрешил Десмонд и передал мэру провиант.
Инспектор уже докладывал о «воскрешении» мэра семье. С улицы донеслись радостные вопли, дверь в склеп распахнулась, и в помещение вбежали жена мэра и дочери.
– Кормилец!.. Поилец!.. Ожил!
– Я и не собирался помирать! Это все лекарь Пжижек… – пытался оправдаться мэр, пряча бутыль в гроб, так и не успев отхлебнуть живительной влаги.