Честно признаться, я ожидала иного расклада: ну точно не благоприятного общения с элементами моего писклявого (из-за монтажа) и брызжущего смеха, следовавшего за репликами неожиданного компаньона.
Если мне не изменяла память, Земской собирался поговорить по душам, на что все в целом и было похоже. Тем не менее, существовали многочисленные «но», и первенствовало мое намерение быть с этим человеком откровенной до конца в своих суждениях о нем, не бояться высказать ему правду-матку в лицо и с достойно окончить диалог… Ведь так?
И почему Владислав Валерьевич был не против того, что я запечатлела нас (хотя пока что технически только его) на камеру? Вот уж сомневаюсь, будто он пренебрег тем, как я дергала рукой с телефоном чуть ли не перед его носом! Мой начальник не принадлежал к числу людей, которые могли бы спокойно закрыть на подобное глаза и сохранять невозмутимость.
Может, он был достаточно пьян для того, чтобы допустить мою пьяную дерзость? Ведь иначе субботним утром я проснулась бы не в его квартире, а кое-где похуже, обвиненная в незаконной съемке и вторжении в чужую частную жизнь.
Да, наверняка.
Ах. Земской превосходно смотрелся в кадре. Даже в проклятой ускоренной перемотке.
По-моему, не существовало ни единого места в мире, где бы он выглядел непривлекательно.
И… что за дурацкая музыка играла фоном? Какой-то ремикс с участием Тейлор Свифт и, кажется, Кэти Перри. В любой другой ситуации мне бы, возможно, даже понравилось. Но в нынешнем курьезе песня раздражала — меня, и очевидно добавила бы несколько оттенков комичности посторонним зрителям, которых, к великому счастью, не имелось. Брат же в преддверии, по всей видимости, настоящего веселья надрывался от истерического смеха на диване.
Прикусив губу, я молилась, чтобы причиной приступа эмоционального взрыва Дэна стала его плоское чувство юмора, и глазам моим не предстояло взирать ни на что постыдное.
Но как только видео преодолело рубеж семнадцати секунд, возникло дрожащее изображение бульвара с неторопливыми прохожими, а затем оно резко сменилось на глупое и ликующее над чем-то лицо Земского крупным планом.
— Внимание, мотор, — хохотнув, сказал он, приблизив телефон к себе еще на пару сантиметров. — Дубль первый.
Босс перенаправил камеру и сфокусировал ее на девушке, стянувшей с ног туфли и отбросившей их на газон. Шатаясь, эта ненормальная встала посреди бульвара и, запрокинув голову, начала во весь голос и явно фальшивя петь:
«Цвет настроения синий.
Внутри Martini, а в руках бикини.
Под песню "Синий иней"
Она так чувствует себя Богиней.
Цвет настроения синий.
Внутри Martini, а в руках бикини.
Под песню "Синий иней"
Она так чувствует себя Богиней»
Прохожие то хихикали, то безразлично проходили мимо, либо с осуждением и пренебрежением косились. Кое-кто сделал остановку в своем маршруте, чтобы заснять поющую идиотку на телефон. Ею была я, разумеется.
Я ткнула курсором на значок внизу экрана по центру, поставив видео на паузу, и испустила громоздкий сиплый вздох.
Нет, не могу. Не хочу смотреть дальше.
Боже, какой стыд!
С какого перепуга мне в голову взбрело горланить Киркорова в людном месте?! Почему Владислав Валерьевич забавлялся вместо того чтобы схватить меня за шкирку и не дать мне опозориться на всю Москву?!
Проклятье!
А если ролики с моим «представлением» уже мелькали в сети?!
— Рано хнычешь, Лика, — не поленился и внес свою ложку дегтя Денис. — Это же только цветочки! Эээх, — он заткнулся на пару секунд. — Есть в доме корвалол, или что-нибудь вроде него? Цвет лица у тебя, гм, слегка бледноватый.
Я не ощущала себя побледневшей. Угодившей в ловушку зазора? Да. Заживо сгораемой изнутри от чувства сокрушенной совести? Да, да и еще раз да! Возможно, отрывок с дивным исполнением песни и блуждал на просторах интернета; возможно, в ближайшем будущем те, кто видел этот кошмар, о нем благополучно позабудут. Но не я.
Я буду неоднократно вспоминать, и терзаться воспоминаниями о том, что когда-то вела себя неподобающим образом при многочисленных свидетелях.
Прижавшись ладонями к щекам, я свесила голову, но через несколько мгновений вздернула ее. Я не буду тряпкой. Я не буду тряпкой. Я не буду тряпкой. Я досмотрю до конца.