Свежие вкусности всевозможных форм, изящные, пестрые, восхитительные. Дизайн каждого отдельного блюда проработан до малейших деталей. Сложность гастрономических конструкций потрясала воображение. Без преуменьшения гений своих творений, австралиец так же представил популярнейшие работы. Изысканный крокембуш, разноцветные башни из макарун, муссовый тарт с маракуйей, миниатюрное пирожное «Кармель» из карамельного бисквита. Шоколадные фонтаны, кексы. Голова кружилась от изобилия сладостей. Но в груди все замерло, содрогнулось и взорвалось в экзальтации, когда взглядом я проделала дорожку к знаменитому кулинарному произведению «Ангельский торт». Восемь слоев нежнейшей ванили и бесконечное, бесконечное блаженство.
С Ангелиной Васильевной мы дегустировали пряности, делились друг с другом восторгом и болтали о «вишенке» на торте сегодняшнего банкета. А когда Адриано явился публике, кажется, я перестала отдавать отчет своим мыслям и с головой погрузилась в волшебство атмосферы.
Прекрасная компания.
Прекрасный вечер.
Сейчас я счастлива!
Глава 22
Я еле заставила себя сомкнуть веки, вернувшись после мастер-класса. Ангелина Васильевна, с которой под конец мероприятия мы стали не разлей вода, любезно подвезла меня до дома. Я была счастлива знать, что мама Владислава Валерьевича хорошо провела время. Я сделала множество прекрасных фотографий, и парочку из них, на которых была запечатлена веселившаяся женщина, скинула боссу, чтобы он видел, какое множество приятных моментов упустил. Улыбки Ангелины Васильевны были лучезарнее любых звезд, что прежде я видела на небе. Я заведомо не рассчитывала на то, что Земской оттает душой и поблагодарит меня за это. Он вернулся к своей прежней чопорности и напомнил о воскресном дне и командировке в Эстонию, что было кстати, потому что после встречи с Адриано я на девяносто девять и девять десятых процентов забыла обо всем на свете.
Но, может быть, в душе Владислава Валерьевича покрытой коркой льда душе все же что-то колыхнулось?
До глубокой ночи я не выпускала телефон из рук, даже принимала с ним ванну, влюбленными глазами смотрела на новую заставку… мое селфи с кондитером! Мало того, что я объелась до такой степени, что, наверное, еще как минимум год к сладкому не притронусь… ну ладно, может, не год, но месяц точно!
Суббота началась замечательно.
Я в коем веке приехала к родителям. Мама не отлипала от меня ни на минуту. Окунулась в заботу, хлопотала и кружила вокруг, то и дело подбивая свою дочь, которая уже набрала три кило, попробовать смородиновый пирог. То, что я съела кусочек, ее, понятное дело, не устраивало. Папа сидел со мной за столом и со смехом наблюдал, как мама супится, уперев руки в бока, и набирает воздуха в грудь, чтобы продолжить принуждать меня к дальнейшему поглощению уймы калорий.
— А где Денис? — облизав с кончика указательного пальца ягодную начинку, я вытянула шею, выглядывая в коридор. Дверь в комнату брата была немного приоткрыта, хотя обычно плотно заперта. А так же, войдя в квартиру, я не услышала язвительных комментариев.
— С девушкой со своей в кино пошел, — удивила меня мама и, отряхнув руки о фартук, плюхнулась на стул рядом со мной.
— Он с кем-то встречается? — недоверчиво переспросила я.
— Ну да.
— Кто эта несчастная? — ухмыльнувшись, я поднесла к губам кружку и сделала глоток жасминового чая.
— Прекрати, Лика, — мама шлепнула меня по руке с шутливым упреком в голосе.
Я подмигнула ей и потянулась за телефоном, чтобы узнать время.
— Завтра я улетаю в командировку в Таллин до вторника, поэтому меня не теряйте, — пробормотала, в уме прорабатывая список вещей, которые возьму с собой в путь.
Утром Владислав Валерьевич отправил мне перечень документов в электронном виде, а я до сих пор не занялась их изучением.
Мама пришла в восторг от этой новости.
— Как здорово! — порадовалась она за меня. — Давай я тебе пирога в дорогу соберу?
Видимо, вопрос был риторическим, потому что мама соскочила с места и перебила мой отрицательный ответ бурчанием себе под нос, спрашивая у самой себя, куда она подевала какой-то пластиковый контейнер с синей крышкой.
— Мам, успокойся, пожалуйста, ничего не нужно, — я решила не сдаваться и поднялась следом за ней. Подошла сзади и обняла за талию, уткнувшись подбородком в ее плечо. — Лучше оставь папе.