Он смотрит на меня и говорит:
— Повезло тебе, Рыжуля, что этот старикан тебя заприметил. Ты ныла, что я не даю тебе нормальную работу, ну так вот. Появилась она.
— Эм, что? — Совсем мне пока что не кажется, что речь про нормальную работу. — А можно подробности?
— О, тебе понравится. Иди сюда, Рыжуля, расскажу.
Он это говорит таким тоном, что мне совсем не хочется подходить.
Глава 31
Я подхожу ближе к Роману Сергеевичу. Усаживаюсь на стул перед его директорским столом.
— Расклад такой, сегодня вечером Бурков, этот ебануто богатый старикан, устраивает вечеринку. Он намекнул, что мне следует прийти с тобой.
— Со мной? — я удивленно округляю бровь.
Прекрасно помню, что Орлов почему-то совсем не подпускает ко мне мужиков. А тут такое. Неужели ему просто предложили достаточно денег?! Ну да. Тот богатый старик мог!
— Нет! Я не согласна.
— Выслушай сначала, — жестко чеканит Орлов, велит мне жестом закрыть рот. — Могу прямо тебе сказать: если ты явишься со мной, то он проинвестирует в фонд еба-ать какую огромную сумму денег.
—... — хочу уточнить, что мне придется делать, но молчу. По лицу Романа Сергеевича вижу, что он сейчас все объяснит.
— На вечеринке ты будешь под моей защитой. Тебя никто не тронет, даю слово.
— Но...
— Что «но», блядь? Ты смеешь сомневаться во мне?! — Орлов встает со стула, упирается кулаками в стол и грозно нависает надо мной.
— Нет! — быстро отвечаю, только бы не злить. — Но я не понимаю, зачем я этому старику.
— Ну, походу, у него тоже охуенный вкус, — ухмыляется Орлов понятной только ему фразе. — А если серьезно. Забей, Рыжуля. Не будешь ты его старый член обслуживать. Не сможешь. Он — импотент.
Напрочь теряюсь. Столько информации, столько всего нужно обдумать...
— Простите, а откуда вы это знаете? — не могу не спросить я.
— А хуле ты думала? Я все слабые и сильные стороны своих партнеров и инвесторов знаю. Это серьезный бизнес.
— То есть я по сути просто должна буду провести с вами вечер?
— Да, потусим с тобой на вечеринке, — отвечает он и усмехается.
Меня в этот момент не покидает странное чувство. Такое ощущение, что Орлов просто надумал этот предлог. Но зачем бы он это сделал? Он ведь может заставить меня поехать с ним. Или решил, что подкупить проще. Кстати, если это настоящая работа.
— Вы сказали, что это настоящая работа. Но ведь это вечеринка.
— Вечеринка, — кивает Орлов, — на которой ты должна будешь светить своей милой мордашкой. Это все твои обязанности. Так что, согласна?
— А в какое время? Я не могу пропускать пары... Да и мама мне вчера скандал устроила.
— Блядь, Рыжуля, пора взрослеть, не думаешь? В десять вечера мы будем там.
— Ну... С мамой я могу договориться, но вот пары... А сколько вы заплатите? — робко спрашиваю я.
— Наконец-то хороший вопрос, — одобрительно кивает Орлов. — Назови свою цену.
— Миллион! — нагло заявляю я.
Я просто не верю, что нет подвоха. Ну а если реально нет, то эта сумма — копейки. Тот старик явно будет инвестировать не два-три миллиона в фонд, а восьмизначные суммы.
— Ни хуя себе загнула! — хмурится Орлов. — Я уже говорил, что у тебя пиздец раздутое самомнение? Ладно, похуй, пятьсот тысяч, и ты будешь улыбаться рядом со мной. — предлагает он.
Пятьсот тысяч?! Блин! Я даже забываю о своем долге. И все равно. Пятьсот тысяч. На целых пятьсот тысяч я буду должна меньше. А нужно лишь съездить на вечеринку с Орловым.
— Улыбку не обещаю, но я согласна.
— Заебись, — отвечает Орлов. — У тебя приложение для заказа одежды есть?
— Нет.
— Скачай. Чтобы к вечеру заказала себе туфли и вечернее платье. Ты должна выглядеть охуенно. Ясно?
— Я не могу себе позволить такие расходы...
— С Тамарой обсуди, пусть выделит тебе деньги от фирмы.
— Хорошо, — отвечаю я. — Могу идти?
Орлов две секунды смотрит на меня. Затем молча кивает. Разворачиваюсь и ухожу. А сама чувствую, как он меня провожает взглядом. Точно в этом уверена.
⁂
Стою в женской уборной. Здесь зеркало почти во всю стену, то есть я вижу себя от головы до ног. Новое вечернее платье кораллового цвета сидит на мне идеально. Причем я еще постаралась выбрать не самое дорогое.
Говорят: наглость — второе счастье. Не знаю. Никогда я наглостью не отличалась. Мама меня с детства учила, что наглеть нельзя. Девочки должны быть скромными... Она мне часто говорила: «Тебе что, больше всех надо?».
Туфли я тоже подобрала хорошо. Единственное — макияж и прическа из рыжих волос. Я, конечно, постаралась, чтобы они не портили образ. Но как-то не сильно получилось.