— Да от мамы я ушла. Совсем она меня достала, — отвечаю я, тяжело вздыхая.
— Эх, так и знала. Она уже давно это все начала... Помнишь, когда ты в шестнадцать первый раз после десяти пришла. Надо было тогда еще границы отстаивать.
— Ну, надо было. Но это сейчас понятно, — отвечаю я. — Кстати, а я смогу пожить у тебя? — спрашиваю робко, не хочу навязываться. Не хочу причинять неудобства. Сразу уточняю: — Хотя бы несколько дней, а потом я придумаю.
— Прости, Катя. Я бы с радостью, но родители не разрешат.
— Ну ладно. Все равно спасибо... Мне больше пойти некуда было.
— А сейчас ты куда пойдешь?
— Я придумаю. Есть еще один вариант...
— Если прижмет, ты все-таки приходи.
— Но тебе же от родителей влетит.
— Переживу, — отмахивается она.
После мы обсуждаем всякие разные мелочи. Я рассказываю про работу, а она — про учебу. Мою чашку с кофе, забираю все свои вещи. Обнимаюсь с подругой, и мы прощаемся. Не знаю, как скоро мы снова встретимся.
Ночевать я у нее точно не буду, не хочу портить ее отношения с родителями. Они и без того напряженные. Все-таки Лера более бойкая девочка, чем я.
⁂
Два часа спустя я уже выполняю свои должностные обязанности на рабочем месте. Делаю разные штуки. Что-то интересное, что-то не очень.
Позже мне в специальный мессенджер пишет сам Орлов. Он, как и обещал, скидывает мне ссылки на книги и ресурсы, которые я должна изучить, чтобы стать трейдером в его фирме.
А правда ли я этого хочу? После всего, что было? Конечно! Твердо — да. И никак иначе. У меня же все еще есть долг. Я помню про него, хоть Роман Сергеевич и не напоминает.
Да и потом — я же когда-то устроилась сюда работать как раз для того, чтобы пойти по карьерной лестнице. Единственное, что смущает, как-то очень с этим непонятно, — это Роман Сергеевич.
Он, конечно, уже не кажется мне таким властным социопатом, как в первые дни, но он все ближе и ближе ко мне. Вспомнить только вчерашний день... Его пальцы в том самом месте, десятки украденных поцелуев.
Но и он же меня тогда защитил. И не побоялся здоровяков этих... В сторону мысли. Я скачиваю книги на телефон. Сайты отправляю в закладки. Буду все это изучать и конспектировать. Но не в рабочее время.
Чуть позже я все-таки пытаюсь решить вопрос с тем, где мне жить и ночевать. Денег на аренду просто нет. Вот нет и все. А во всякие хостелы или отели — нет, это слишком небезопасно.
Конечно, есть и безопасные места для молодой одинокой девушки, но я их финансово не потяну. Остается только один вариант. Нужно попросить деньги у Орлова.
Причем не выпросить за какие-то заслуги или вообще просто так. Я же помню, как Орлов забрал деньги у того лысого здоровяка за моральный ущерб. За мой моральный ущерб.
Да, двести двадцать тысяч я получила. Но это не вся сумма. Вот про нее и напомню. Может, у него будет хорошее настроение, может, я смогу улыбнуться, чтобы он не разозлился на меня сразу.
После обеда Тамара Николаевна разрешает мне передохнуть двадцать минут. Как раз в это время я иду в кабинет Романа Сергеевича. Вхожу со стуком.
Он молча смотрит на меня. Сейчас больше увлечен экраном ноутбука. Лишь жестом указывает на кресло, что стоит перед его директорским столом.
Подхожу и присаживаюсь. Стараюсь вести себя вежливо, слишком не наглеть, когда заведу разговор на эту непростую тему.
— Роман Сергеевич, тут такое дело, мне деньги нужны очень...
— Ты знаешь, Рыжулька, всё просто. Цвет сосков. Можешь грудь показать. Можешь... — усмехается он, даже не продолжает.
А сам так смотрит на меня, будто говорит это только ради моей реакции. Но Орлов никогда не шутит, он не бросает слова на ветер.
Я стараюсь проигнорировать эти его попытки меня сломать. Не буду я ничего такого делать за деньги. Да, меня до сих пор это оскорбляет, но я не показываю недовольства. Только спокойно говорю.
— Вы же знаете, я не буду этого делать...
— Тогда с хуя ли я должен давать тебе деньги? — он слегка хмурится, поглядывает на экран ноутбука.
— Помните, случай в казино? Тот толстяк заплатил мне за моральный ущерб. Вы отдали мне не всю сумму.
— Верно. Оставшиеся бабки я засчитал как долг.
— Но они мне очень нужны. Правда... Не на прихоти всякие, а... Я не могу сказать.
— Говори, иначе хер тебе, а не деньги, — отвечает он.
Как же бесит! Зачем он мне грубит?! Разве можно так с девушкой. Особенно, когда я пришла с хорошим настроением. Никак его не злила и не раздражала.
Такое ощущение, что бешу его одним фактом своего существования.
Ладно. Держаться и терпеть. Улыбаться и махать — как в известном мультике. Но я все равно не буду говорить, что сбежала от мамы. Орлов может захотеть вмешаться.