- Что это?
- Кофе, - ровным тоном ответила я.
- Даяна, это – не кофе. Это… - мужская рука взметнулась вверх и попыталась изобразить весь спектр эмоций, который испытывал шеф от собственного изобретения.
Я промолчала, и даже порадовалась: хоть что-то вернулось в свою колею в это безумно длинное ужасное утро.
- Даяна, думаю, нам нужно съездить и переговорить с Рафиком. Пускай Адрамалех связывается с отделом МСБ, с этим… как его… - шеф нахмурился, делая вид, что вспоминает фамилию начальника отдела, с которым у него случилась взаимная неприязнь с первого взгляда.
– Люциус Рофокал, - подсказала я.
- Именно! Это Люфокал втянул нас в эту историю, значит, обязан обеспечить безопасность твоей семьи. Про которую, кстати сказать, я почему-то слышу впервые… - Рассел сделал многозначительную паузу, но я промолчала, сделав вид, что не поняла. – О твоей безопасности я в состоянии позаботиться сам.
- Но… - моя попытка возразить пресеклась на корню.
- Никаких но! – отрезал шеф. – Без тебя я в столицу не поеду, ты едешь со мной, это не обсуждается. Даяна…
Черные бездонные глаза шефа вдруг стали просто огромными, заполняя собой все пространство.
- Ш-што…- сглотнула я, не в силах отвести взгляд от этой бездны.
- Все будет хорошо. Я обещаю.
Бездна подмигнула мне, улыбнулась и рассыпалась сотней черных бабочек. Тьма мягко окутала меня за плечи, огладила по спине, поцеловала в макушку. Страх отступил, и я, наконец, смогла задышать полной грудью.
Глава 4. Хозяин дома на Мертвой улице
Дом на Мертвой улице,
Рассел
Утро не задалось с самого начала. Я засиделся допоздна, решая головоломку, которую мне подкинул старинный друг Даррел Паймон – начальник Магической службы безопасности и второй советник Его Темнейшего Императорского Величества. Любит он озадачить простыми задачками с двойным дном.
Разгадав суть, детально описав преступления, составив вопросы, на который Даррелу необходимо найти ответ, я отправил письмо по маг-почте и решил вернуться к череде ритуальных убийств, которые прокатились по столице Империи. Но потерял не активированный дух, который хотел расспросить еще раз. Какая-то деталь не давала мне покоя, но вот куда я смахнул девицу, когда закончил первый допрос, вылетело из головы. Пришлось звать ассистентку.
А дальше, как всегда, все пошло не по плану. Не знаю почему, но с тех пор, как эта девчонка появилась в моем доме, я превратился в ворчливого, вредного старикана, который временами выкидывает фортели. Что со мной происходит и почему Даяна Аркано так воздействует на мою психику – не представляю. Но разум, закаленный годами ментальных тренировок и битвами последней войны, защищенный психощитом, просто зависал, наблюдая за ее действиями.
Я не могу продавить её волю, вычислить, о чем она думает, настоять на своем, если она этого не хотела. И дело даже не в контракте, который мы подписали, и не в дополнительно соглашении, в котором ментальная магия, внушение и прочие прелести управления одаренными и простыми под запретом.
Обойти такой договор для меня, Высшего мага Империи, – раз плюнуть, но Даяна настояла, и я согласился без особого сопротивления. Если ей так спокойней, пусть утешается мыслью, что магическая подпись оградит её от моих манипуляций.
Я хмыкнул. Вот и сейчас эта несносная девчонка не торопилась примчаться на мой приказ и отыскать этот демонов дух и чертово сердце! Трёхмерное сердце одной из потерпевших я тоже куда-то приткнул. При всей моей любви к порядку, на рабочем столе моего маг-бука творился полный беспредел.
Я хотел еще раз призвать ассистентку, но вспомнил: по утрам у нее двухчасовая медитация. Чтобы начать с нее свой длинный день, девочка каждое утро встает ни свет, ни заря. На мой вопрос – зачем так себя истязать? – Даяна улыбнулась своей совершенной невозмутимой улыбкой и ответила: «Привычка».
Я вздохнул: придется искать самому. Самому искать было лень. Я прислушался к тишине в доме, вздохнул еще раз, размышляя над мыслью: «Начальник я или где?», оттолкнулся ногами от громоздкой тумбы письменного стола из маголита и покатился по паркету, чтобы по традиции застрять посреди комнаты, упершись в толстую кромку старинного ковра ручной работы.