- Рассел, берегись! – заорал кто-то слева, и я с трудом опознала по голосу Арину.
Мимо нас пролетел черно-красный сгусток магии, способный стереть с лица земли половину города. Я сглотнула и невольно прильнула к мужской груди, инстинкт велел прятаться. Плечи испытали невероятное облегчение, когда шеф перестал вонзать в них свои отросшие когти.
«Ого, да он вошел в измененное сознание!» - мелькнула мысль, но тут же исчезла, когда босс одной рукой крепко прижал меня к себе, а второй начал один за другим запускать такие же магические шары, как и Арина.
Точно, голос принадлежал подруге. Я попыталась отлипнуть от начальника, чтобы оценить остановку и разглядеть подругу, но Рассел так зарычал на меня, что я замерла, уткнувшись носом в его куртку, стараясь даже не дышать.
Не дышать не получалось. Некромант пах дымом и… ландышами. Не знаю почему, но для меня смерть всегда пахнет ландышами. Может потому, что они цвели, когда не стало родителей? А в Расселе сейчас очень много эманаций Леди В Сером.
- Ранена? - рыкнул кто-то над моей головой.
- Нет, - пробормотала я, делая очередную попытку отлипнуть от некроманта.
- Хорошо, - босс оценил мой героизм и зашвырнул за спину, как нашкодившего котёнка, я даже пикнуть не успела.
- Даяна, ты что тут делаешь? – еще один рев, но уже женским голосом.
- Арина! Я…
- Стой здесь, - меня не стали слушать, задвинули подальше.
Подруга стала плечом к плечу с Расселом, и они вдвоем с утроенной силой принялись магией гасить монстра. Я стояла в метре от них и кусала губы. Вот почему жизнь несправедлива? Я могу выпустить Серое Пламя и уничтожить чудовище без посмертия. Но – нельзя, потому что рядом с мертвым Личем тут же окажется мертвая Даяна.
Мертвый Лич неумолимо приближался, я не понимала, что с ним не так, почему его до сих пор не развеяли два сильнейших мага Империи. В том, что Арина Арано стояла на одной ступени с Расселом по уровню магии, я убедилась в первые секунды боя. Арина и была тем самым универсальным магом, чью силу я наблюдала, когда перебралась на кладбище.
Я кусала костяшки пальцев, пытаясь решить, что мне делать. Стоять, как приказали, или все-таки помочь, чем могу. Приказ есть приказ, с другой стороны, я же не в армии, чтобы беспрекословно подчиняться шефу. Все решил случай.
Неожиданно для всех Лич раскрыл рот и беззвучно завыл. Я заткнула уши, стараясь не слушать крик, но призыв мертвого рвал перепонки и выворачивал наизнанку душу, пробуждая в ней первобытные страхи.
- Какого!.. – зарычал Рассел, сгибаясь пополам и начиная стремительно менять форму.
Я упала на колени, всхлипнула и почувствовала, как из ушей и носа потекла кровь. Арина стояла рядом, согнувшись в три погибели. Сквозь пальцы, которыми она закрывала уши, побежала тонкая красная струйка.
Стоя на коленях, я не сводила глаз с Рассела и неистово молилась Великой Матери, умоляя её помочь. Если некромант во время призыва мертвого Лича примет полную форму адепта Смерти, вряд ли сможет вернуться обратно в себя. Хуже того – Лич обретет над ним власть, сделает своей марионеткой.
Спинным мозгом я ощущала, насколько близко подобралась Дама В Сером к человеку, за которого я готова… попасть в застенки инквизиции. Её довольная улыбка вызывала во мне ступор, но я пыталась бороться с собственными страхами и отчаянно пыталась докричаться до Рассела сорванным голосом.
Мертвый Лич продолжал визжать ультразвуком. Вместе с криком с его губ начала стекать сизая тьма. Клубы живого тумана спадали на землю и тут же… вставали на тонкие кривые лапы с четырьмя острыми когтями. Жуткие пушистые зверушки плодились не очень быстро, но магия некроманта и универсала их не брала: заклинания поглощались невидимым барьером, который мы сумели разглядеть только из-за ряби во время ударов.
Арина не выдержала звукового напора и упала на колени, сгибаясь все ниже, чтобы спрятать голову в коленях. Я же пыталась доползти к Расселу и сказать ему… сказать…
Тишина… Какое блаженство слушать тишину! Я лежала на спине, смотрела в синее небо и улыбалась глупой улыбкой. Нечто темное нависло надо мной, скрывая солнце. Я нахмурилась, пытаясь понять, что это, как вдруг меня резко схватили за плечи, подняли и усадили. Какая-то игла впилась мне в бедро, и это помогло окончательно прийти в себя.