Согнувшись пополам, я облокотилась на чье-то надгробие и принялась дышать: три коротких, один длинный, пауза, одни длинный, три коротких. И в тот самый миг, когда мне практически удалось погасить собственную магию, запрещённую на территории нашей Империи, засунуть её поглубже за наспех созданный заслон, шеф внезапно обернулся и посмотрел на меня.
Из его глазниц сочилась тьма. Я застыла перепуганным кроликом, боясь дышать и моргать, чтобы ничем себя не выдать. На долю секунды показалось, что сама Бездна изучает меня глазами некроманта. Во рту пересохло, спина взмокла от ужаса, пальцы с такой силой вцепились в надгробный камень, что он начал крошиться, не выдержав моей силы. В какой-то момент, на адреналине, я просто перестала контролировать выброс другой своей магии, подсознательно стремясь спрятать Серое Пламя как можно глубже и дальше.
- Уходи! – рявкнул шеф.
Я, наконец, моргнула и впилась взглядом в совершенно привычные глаза босса: бездонно-черные, но не такие пугающие, какими они казались секунду назад.
- Я могу помочь! – выпрямляясь, крикнула в ответ, стараясь перекричать завывания сгустков пламени, которыми Арина продолжала осаждать мёртвого Лича.
- Вернись к склепу и передай – мы ведем Лича. Пусть активируют ловушку через десять минут! Выполняй! – приказал некромант и, не дожидаясь ответа, отвернулся и ударил с новой силой по чудовищу, которое медленно, но неотвратимо приближалось к шефу и Арине.
Колебалась я недолго, но все-таки решила подчиниться боссу и передать его приказ. Полицейские живы – это ли не счастья! Но тогда совершенно непонятно, откуда в восставшем мертвеце столько силы? По логике вещей, огонь и магия смерти должны были если не уничтожить, то уж точно ополовинить ресурс, который Лич успел накачать на кладбище.
Но с этим покойником все происходило с точностью наоборот. Чем больше живой магии в него прилетало, тем сильнее он становился. Я едва не навернулась, споткнувшись об очередное надгробие, когда решила вернуться к некроманту и Арине, чтобы донести до них свою гениальную мысль.
С трудом, но мне удалось устоять на ногах, я обернулась и облегченно выдохнула: судя по всему, босс и подруга пришли к такому же выводу и теперь действовали по принципу «умерщвляй и побеждай». Арина создавала высокие преграды из огня, воды, земли, воздуха. Шеф насыщал их магией смерти, лишая, так сказать, жизни – жизненной энергии, которой напитывала их пиарщица.
Огонь, вода, воздух становился черной густой патокой, земля же превращалась в глыбы, похожими на те, которыми усыпаны пустоши дальних земель. Лич взревел, столкнувшись с первой стеной. Черное пламя облепило рассерженного воскресшего со всех сторон, но как мертвец не бился, оно не поддавалось поглощению.
Чудовище взревело, с трудом избавляясь от потоков огненной патоки, его продвижение вперед серьезно замедлилось. В какой-то момент мне даже показалось, что мертвый огонь причиняет покойнику боль. Хотя я не понимала, как такое возможно: уничтожать неживое - неживым.
- Даяна! – чудовищный голос шефа, многократно усиленный магией, заставил меня подскочить на месте и помчаться сломя голову в сторону усыпальницы мертвого Лича, чтобы срочно выполнить распоряжение некроманта.
- Гоблин меня побери! Рассел! Он идет за ней! – заорала Арина. – Вторая линия! Держи!
Я неслась со всех ног, уговаривая себя не оборачиваться, чтобы не отвлекаться. Сердце колотилось где-то в горле, а в голове бился один вопрос: за кем идет мертвый Лич? И почему-то мне казалось, что ответ мне не понравится.
Глава 13. Пять минут, полет нормальный
За моей спиной начался Армагеддон. Хотя, если судить по звукам и нецензурной брани, с помощью которой Арина объясняла мертвому Личу, что она с ним сделает, позади меня разворачивался полный армагедец. Сомневаюсь, что старый рыбак Айраш, большой любитель непечатных выражений, слышал хотя бы половину.
- Даяна! Ложись! – раздался рев, и я, как подкошенная, рухнула лицом в землю на тропинку между двух ухоженных могилок.
Спину чем-то обожгло, раздался глухой удар, и сверху на меня посыпалась каменная крошка. Великая Мать, что вообще происходит?! Я осторожно приподнялась на локтях и попыталась обернуться.