- Хорошо, - ответила я, не глядя ему в лицо. – Я буду притворяться. Но только на год, не дольше.
- Само собой! – обрадовался Дельгар. – Даже такой особенный брак должен подчиняться законам королевства, иначе его бы и вовсе не признавали. Уверен, что через год браслеты снимутся, если мы оба того пожелаем.
Я кивнула. Хотелось бы надеяться. Потому что я прекрасно сознавала, что в жёны Эдриену не гожусь. Мы с ним не пара. А мои к нему чувства – это только моя проблема.
Мне её и решать.
Знать бы только, как...
Поднявшись с места, волшебник приблизился ко мне.
- Заверни штанину, Мариэтта. Я посмотрю, что у тебя с ногой. Ты ведь не хочешь, чтобы она распухла?
- Что? Нет, я не думаю, что... Что ты сделаешь?! – снова начисто позабыла о церемониях я, когда Дельгар опустился передо мной на колено и принялся тянуть вверх мокрую ткань.
- Прекрати, это для твоего же блага! И начинай именно так ко мне и обращаться. Не забывай, что мы теперь законные супруги. Проклятье! Придётся резать.
- Резать? Но они же даже не мои! – возразила я, но Эдриен меня не слушал. Вытащил из кармана брюк перочинный нож и, развернув его, принялся кромсать острым лезвием чужие штаны, каким-то чудом не полоснув при этом меня по ноге.
- Опухоли нет. Но кожа покраснела. Нужно приложить лёд.
- И где же мы его тут возьмём? – поинтересовалась я, стараясь не слишком смущаться от этой близости и прикосновений его руки к моей лодыжке.
- Проще простого, - ответили мне с улыбкой.
Я наблюдала за тем, как он поднялся и направился к выходу из пещеры. Протянул руку, набрал в горсть холодной дождевой воды, что-то пошептал над ней. Мелькнул яркий синий отблеск, и, когда волшебник вернулся ко мне, в его руках посверкивали мелкие кристаллики льда.
Он заморозил воду!
Я громко охнула, когда ощутила ледяное касание на коже. Так неожиданно... и так контрастно... Ведь только что я чувствовала тепло его пальцев, а сейчас ему на смену пришёл холод.
- Больно? – спросил Дельгар. Отчего-то его голос прозвучал хрипло. Не простудился ли?
- Н... нет, - откликнулась я, тоже почему скованным голосом. – Я... кхм… могу и сама это сделать. Отдай мне лёд.
- Не нужно. Просто сиди смирно. И привыкай ко мне.
- Привыкать?
- Если ты каждый раз будешь так дёргаться, когда я до тебя дотрагиваюсь, никто не поверит, что мы безумно друг друга любим. Настоящие молодожёны ведут себя иначе, Мариэтта. И тебе придётся соответствовать.
- И как же? – выдохнула я.
- Например, так... – Эдриен поднял голову и, поймав мой взгляд, наклонился к моему лицу. Я невольно зажмурилась. Горячие губы мазнули по моему виску. – Видишь, ничего страшного?
- Это обязательно?
- Мужу и жене необходимо касаться друг друга, в том числе и на людях. Приличия это допускают. Теперь ты до меня дотронься…
Я подняла руку и неловко провела ладонью по его колючей щеке. Кожу закололо. Сердце, казалось, пустилось в пляс, стремясь выскочить из груди.
Глава 4
Дельгар перехватил мою руку, прижал плотнее, повернул голову. Коснулся губами чувствительной кожи серединки ладони. Что он делает?!
С губ сорвался прерывистый выдох. Голова кружилась, мысли путались, как нитки в клубке, с которым поигрался шаловливый котёнок. Со страхом, смешанным с чем-то вроде томительного предвкушения, я вдруг осознала: если волшебник сейчас не остановится сам, то я не найду в себе силы воли, чтобы...
Остановился. Встал и отошёл в сторону. Без его рук стало холодно, по ноге потекла вода – лёд успел растаять.
- Отдыхай, Мариэтта, - всё так же хрипло, точно у него пропал голос, проговорил Эдриен. – У тебя был трудный день. Попытайся немного поспать.
- Нам будет теплее, если ты ляжешь рядом.
Неужели я это сказала?!
- Уверена? – хмыкнул он. – Ты ведь только что боялась, что я сделаю с тобой что-нибудь неприличное. Ладно, как скажешь, только учти – не храпеть и не лягаться!
Я фыркнула. Мне приходилось спать на одной кровати с сестрёнками. Если кто и лягался, то уж точно не я.
Дельгар принёс свой сюртук, успевший слегка просохнуть. Устроился рядом со мной, накрыл нас обоих этим сюртуком. Тяжёлая мужская рука легла на моё плечо.
- Спи, Мариэтта. Что бы ты обо мне и моей распущенности не думала, обещаю, что сегодня я тебя не трону. Твоя драгоценная невинность останется при тебе.